Чужая корона - Алексей Изверин

— Серег, оружие‑то может и у чеченов оказаться, потом в русских ребят стрелять будет. Нехорошо это очень. Может, откажешься, пока не поздно?

— Тезка, ты спятил? — Поразился я. — Стал бы я с ними дела вести. Кто и что… Рассказать не могу. Но на Кавказ оружие не поедет, совершенно точно. Врать не хочу, но и правды сказать не могу. В России оружие точно не останется.

— Тогда куда? Приднестровье?

— Нет. Далеко, намного дальше! Хрен его знает где, в общем. И не только оружие они требуют, много иного хотят. Ребят, придет время — честное слово, все расскажу. Обещать могу — в наших оно стрелять не будет… Серег, сейчас ты мне покажешь, как разбирать и собирать калаши, а также набивать магазины патронами.

— Завтра днем? — Глянул на меня удивленный Серега.

— Нет, сейчас надо. Причем оба.

— Блин. Тогда давай достань‑ка малешко масла машинного, у тебя флакон точно есть, все равно смазать надо. Я потом покажу какое правильное, а это отмоешь. Итак, для начала надо стереть всю дрянь, в которой ствол держали. Делается это так…

Раскладывая и перекладывая детали, протирая все быстро порыжевшей тряпкой, соединяя и разъединяя их, я старался запомнить каждую выемку, каждый бугорок, пристраститься к округлости ствола и выверенности приклада, прокапывая машинным маслом механизмы, я гладил их пальцами, шептал себе что‑то такое, проникался им.

Иного шанса у меня не будет.

Пока два раза собрал и разобрал, наступила ночь. Серега — большой пожал плечами.

— Что мог. Гранаты тоже показать?

С гранатами обошлись за полчаса, их я и сам попробую, может, получиться.

— Серег. — Серьезно сказал Серега — большой, когда Костик отошел в кусты с мобильным, поговорить со своей уже невестой. — Слушай сюда. Я не знаю, чем ты занимаешься… Но Машу в это не втягивай, душевно тебя прошу. Как человека, как друга. Не хочу с тобой ссориться, понимаешь?

— Понимаю. — Твердо ответил я, глядя ему в глаза.

— Понимаешь. — Подтвердил Серега — большой. — Я не хочу лишнего говорить. Сестра мне самый близкий человек на свете, понимаешь? И я не хочу сделать её несчастной. А ты начал играть в нехорошие игры. Чего тебе не хватает? Институт есть, работа есть, так зачем вот это всё? Нет, ты мне сейчас не отвечай, Костик вернется, не хочу, чтобы он слышал. Ты сам себе ответь, стоит ли счастье моей сестры денег?

Сначала хотел ответить.

Что я все понимаю. Нет, не стоит, конечно. То есть стоит… То есть, всю эту гору зелени и даже тонны желтого металла я обменяю на то, чтобы Маша была счастлива. Да. Мне самому много денег не надо, просто не надо, не жили богато, не фиг и начинать…

Я промолчал, а уж потом вернулся Костик, с довольной улыбкой на лице.

— Сказал, что смена срочная с парнями… Серега, завтра тебя пытать будет, что да как. Сказала, что…

А одна мысль, как у меня и бывает, цапанула другую.

Вот друг мой жениться. Он же тоже хочет, чтобы Женя была счастлива?

Так какого ж, простите, хера я тяну‑то? Пора делать полноценное предложение. И квартиру съемную подыскивать, до осени можно у меня пожить, а там уже золота приволоку достаточно, чтобы на съемную съехать, и дальше уже по накатанной пойдет. Можно вообще из страны уехать, туда, где вопросов задавать не будут, были бы деньги… А деньги будут. Я просто не развернулся ещё, золота оттуда можно за неделю очень много натаскать. Язык выучить не такая уж и большая проблема, как может показаться. Деньги на первое и на последующее время будут, просто я ещё всерьез не занимался личным обогащением тут. А не мешало бы, потому как…

— Серег, ты о чем мечтаешь? — Толкнул меня в плечо Серега — большой. — Ты что, вознести хочешь и с неба понаблюдать, как гранату собирать надо? Осторожнее давай… Вот ещё пару раз, и на сегодня хватит!

Собрал автоматы, завернул в промасленную бумагу, подкинутую нам на прощание главным, и зарыли сумку на окраине полянки.

Развез всех по домам, заехал ещё раз в Макдональдс, купил себе кофе и стандартную колу, еду брать не стал, гадость потому что. Потом вернулся на полянку, отрыл сумку, бросил рядом.

Разложил сиденья, на торпеду поставил кофе и колу. Глотнул ледяной колы, стало чуть полегче, распустился мерзкий клубок нервов в животе.

Ну да, волновался, конечно же. А ну как не получиться? Тогда волки нас сожрут точно! Не удержу я с одним пистолетом, да и не усидим мы в замке там, еды‑то у нас нету, воды в обрез, только то, что во фляжках. Им даже на штурм не надо идти, сами вылезем…

Переложил автоматы, гранаты, вынул и заново уложил в цинк обернутые в вощеную бумагу патроны.

Тренькнул мобильный телефон.

"спокойной ночи любимый целую"

Это Маша. Вот балбес же я! Рассуждал тут, рассуждал сначала про счастье, а потом ещё и предложение делать собрался, а под вечер и позвонить забыл! Голова‑то ты моя деревянная…

"Спокойной ночи и самых приятных и ласковых снов, моя самая любимая девушка на свете!"

Ну… Ну вот теперь мне придётся постараться и захватить вот всё вот это с собой…

Ещё один треньк телефона.

"любимый я сплю завтра важное дело не буди меня!!!"

Отвечать не стал, постарался вытянуться поудобнее, и обхватил руками здоровенную холщовую сумку. Погладил по боку гранаты, набитые магазины, стволы и приклады…

Все мое, все со мной, все должно быть со мной…

И плавно провалился в сон.

Мне показалось, что я уже помер. Вдруг, пока я спал, волки таки набросились да и всех пережрали? Руки и ноги отказывались двигаться

Нет, вроде бы пока что живой, вот лицо Виктора, вот Вера, рядом, напряженная спина и лук наготове, барон Шорк невозмутим, лишь лицо чуть бледное. И все это плавает в дыму, в тумане, складывается, делится, умножается, вычитается… Ничего не понятно.

И у меня под боком что‑то мешается, что‑то такое угловатое, ледяное, в холстине…

Немалого усилия воли стоило прийти в себя.

Это вот раньше мне казалось, что я утром просыпался усилием воли. Оказалось, что все гораздо, гораздо хуже. Проклятый туман плавал перед глазами и никак не желал отступать, желудок толкал кислятину в горло.

— Виктор и барон Шорк. Вам по одному. Разбирайте. — Еле — еле получалось шевелить языком, в глотку как будто толченого угля натолкали, дико кружилась голова, земля то и дело проваливалась вниз, а потом с силой била меня под лопатки.

Перенеслось оба калаша, магазины, цинк патронов, початый, все гранаты и взрыватели. Сумка полна, как была, так и есть.