Империя бурь - Сара Маас

Аэлина решила немного разрядить обстановку:

– Ансель, помимо твоей армии, мне нужны дополнительные силы. Я не способна находиться в нескольких местах одновременно.

Теперь все смотрели на нее. Ансель снова приложилась к бутылке.

– Хочешь, чтобы я собрала тебе еще одну армию? – удивилась королева Западного края.

– Хочу, чтобы ты нашла мне пропавших крошанских ведьм.

– Что? – так и подскочила Манона.

– Они где-то прячутся, но совсем не исчезли, иначе Железнозубые не охотились бы на них, – сказала Аэлина, царапая ногтем щербатый стол. – Я думаю, крошанки перехитрили Железнозубых, и численность их достаточно велика. Обещай, что отдашь им часть Западного края. Ты владеешь Вересковым Утесом и половиной побережья. Отдай им южную часть и острова.

Манона не шла, а подкрадывалась к Аэлине. В глазах сверкала смерть.

– У тебя нет права обещать чужие земли.

Руки Эдиона и Рована потянулись к мечам. Лисандра сонно приоткрыла глаз, вытянула лапу и выпустила острые когти, не позволив ведьме вплотную подойти к Аэлине.

– Проклятие все равно не даст вам удержать эти земли, – сказала Аэлина. – Ансель, кстати, они не достались на блюдечке. Все там было: и кровь, и потери. К тому же Ансель не обделена умом и сведуща по части дипломатии… когда ее не заносит.

– Западный край – мой дом. Родина моего народа.

– И условие вашего вхождения в союз с Эраваном. Я не ошиблась? За ваше участие Эраван пообещал вернуть вам Западный край и, быть может, даже посулил снятие проклятия.

Глаза Маноны округлились.

– Вам и этого не рассказывали? Хороши же ваши Верховные ведьмы! А шпионы Ансель кое-что разузнали.

Аэлина смерила взглядом бывшую главнокомандующую:

– Если ты и твои ведьмы окажетесь лучше ваших Верховных, в Западном краю найдется место и для вас.

Манона поплелась обратно. Она тяжело плюхнулась на скамью и сощурилась на жаровню, будто одним взглядом могла превратить угли в льдинки.

– До чего же эти ведьмы чувствительные, – пробормотала Ансель.

Аэлина благоразумно промолчала, зато Лисандра опять насмешливо мурлыкнула. Манона щелкнула железными ногтями. Лисандра проделала то же, щелкнув когтями.

– Разыщи крошанок, – повторила Аэлина, поворачиваясь к Ансель.

– Говорю вам, они исчезли, – снова вмешалась Манона. – Мы их почти целиком истребили.

– А если королева призовет их к себе? – спросила Аэлина.

– Я для них такая же королева, как ты.

Это можно будет уладить. Главное – найти крошанских ведьм.

– Всех, кого найдешь, отправляй на север, – сказала она Ансель. – Вторжением в мелисандскую столицу ты сильно разозлила Эравана, но нам нельзя застревать здесь. Мелисанда для него – мелочь. Следующий удар он нанесет по Террасену, и мы должны быть во всеоружии.

– По-моему, Эраван уже родился обозленным, – усмехнулась Ансель.

Она имела право смеяться над валгским королем. Сумасбродная Ансель, перемахнувшая на украденной лошади через пропасть. Аэлина до сих пор удивлялась, как та сумела тогда оказаться на другом краю и не загреметь вниз вместе с Касидой.

– Я сделаю то, что ты просишь, – заверила ее Ансель. – Не знаю, в какой мере это нам поможет, но мой путь в любом случае лежит на север. Бедняжка Хисли. Как она перенесет новую разлуку с Касидой?

Неудивительно, что Ансель была так привязана к Хисли – другой астерионской кобыле, которую украла для себя. А Касида… Лошадь Аэлины стала еще красивее. Аэлина успела побывать на мелисандском корабле и поздороваться со своей любимицей. Расчесала ей гриву и задобрила большим яблоком.

Ансель сделала еще несколько глотков.

– Ну а про мои приключения, как я слышала, ты знаешь. Когда тебя отправили в Эндовьер, я вовсю сражалась за трон. Воевала с самозваным правителем Локом. Сумела объединить вокруг себя нескольких мелких правителей, у которых были свои счеты с этим мерзавцем. Но даже до нашего захолустья дошли вести, что тебя схватили и послали на каторгу.

Если бы у Аэлины были железные ногти, она бы располосовала стол. А так она ограничилась лишь глубокими бороздами. О таких вещах она бы предпочла говорить с Ансель наедине.

– Как ты понимаешь, мне там было не до развлечений, – хмуро бросила она рыжеволосой королеве.

– Конечно… Когда я убила Лока, нашлись другие претенденты на трон. Нужно было еще и народ убедить, что я не самозванка. Я знала только одно: если кто и уцелеет в Эндовьере, так это ты. Уладив дела дома, я отправилась туда. Добралась до Руннских гор и там узнала, что тебя увезли в Рафтхол. Вот он… – Ансель кивнула в сторону Дорина, сидевшего с каменным лицом. – Но ехать в Рафтхол я не могла. Слишком далеко. А дома в мое отсутствие могло случиться всякое. Словом, отправилась я назад, в Западный край.

– Ты собиралась вызволить меня из Эндовьера? – сдавленным голосом спросила Аэлина.

Корабельный фонарь придавал волосам Ансель золотистый оттенок.

– Не было такого дня… да что там дня! Не было часа, чтобы я не вспоминала о своих действиях в пустыне. И о том, как ты выпустила стрелу через двадцать одну минуту. Ты сказала, что дашь мне двадцать минут, а потом выстрелишь и дальше я должна уже пенять на себя. Я считала время. Я знала, сколько минут прошло. Ты подарила мне одну лишнюю минуту.

Лисандра вытянула морду и потерлась о руку Ансель. Та рассеянно погладила ее, забыв, что это не кошка.

– Ты была моим зеркалом, – сказала Аэлина. – Лишнюю минуту я подарила не только тебе, но и себе. Спасибо, подруга.

Они снова чокнулись бутылками.

– Не спеши меня благодарить.

Что-то в словах Ансель заставило Аэлину напрячься. Остальные тоже прекратили есть.

– Пожары на эйлуэйском побережье были устроены не по приказу Эравана, – сказала Ансель, и ее красно-коричневые глаза вспыхнули, поймав качающийся свет фонаря. – Мы допросили мелисандскую королеву и ее ближайшее окружение. Словом… такого приказа из Мората не поступало.

Эдион тихо зарычал. Дальнейшие объяснения Ансель ему не требовались. Он и так обо всем догадался. И не только он.

– Мы узнали, что деревни поджигали фэйские солдаты, – продолжала Ансель. – Они стреляли с кораблей.

– Маэва, – выдохнул Гарель. – Но жечь – не в ее правилах.

– Зато в моих, – невесело рассмеялась Аэлина.

Все повернулись к ней. Ансель кивнула:

– Она сжигала деревни, а вина ложилась на тебя.

– Зачем это нужно? – удивился Дорин, по давней привычке запустив пальцы в волосы.

– Чтобы опорочить Аэлину, – ответил Рован. – Выставить ее в глазах мира не спасительницей, а жестокой тиранкой. Цель очень простая – оттолкнуть от Аэлины всех потенциальных союзников. Хуже того, заставить их объединиться против нее.