Первая заповедь Империи - Александр Шапочкин

Экран мигнул, и напротив значений во всех блоках появилась цифра четыре.

– Итак, Император, готов ли ты?

– Готов.

– Помни, что, формируя свою новую личность, ты не обязан сохранять базовые значения характеристик. Ты можешь уменьшить любую из них вплоть до единицы и использовать освободившиеся очки по своему усмотрению, – продолжил наставления механический голос. – Император, ты пользуешься виртосферой, а потому для тебя доступен альтернативный режим…

– Дальше… – поторопил его я, но, осознав, о чём говорит болван, передумал: – Уточни, что за «альтернативный режим».

– Для пользователей виртосферы доступен альтернативный режим генерации персонажа, – охотно затрещал механизм, – позволяющий при сохранении девяностопроцентной схожести игрового тела с оригиналом перенести в игру и собственные параметры. Однако должен тебя предупредить, что получившийся персонаж может быть как лучше созданного при помощи распределения очков, так и значительно хуже. К тому же многие тесты проводятся на физическом уровне, и возможно, что по окончании генерации персонажа тебе потребуется на некоторое время выйти из игры и отдохнуть.

– Нин, что думаешь? – спросил я своего игрового помощника.

– Нигде не читала о подобной возможности, Максим, – отозвалась она, – возможно, причиной тому дороговизна виртосфер либо то, что они совсем недавно появились на галактическом рынке. В остальном, на мой взгляд, это «русская рулетка». Я не знаю, как будут оцениваться твои реальные возможности…

– Думаю, что рискну. Интересно всё-таки. К тому же всегда можно удалить персонажа и начать игру заново.

– Как скажешь, Максим.

– Я выбираю альтернативный режим. Что мне нужно делать?

– Тогда следуй инструкциям, Император!

Мир мигнул, смазался, и через мгновение я оказался в собственном теле, одетом в спортивный комбинезон, стоящим перед длинным столом, за которым сидели люди в белых халатах. Резануло жуткое сходство происходящего с ежегодным посещением военной медкомиссии.

«Я… я помню этот день, как сейчас, – заговорил у меня в голове мой собственный голос, – длинный стол, за которым сидят врачи CSF. Круг света и я. Один из немногих счастливчиков, избранных человечеством для великой миссии. Вот председатель берёт папку с моим личным делом…»

Действительно, один из сидящих передо мной людей, лица которых оставались в тени, взял со стола папку с пласто-бумажными листами и, раскрыв её, несколько секунд вчитывался в текст.

– Итак, – произнёс он. – Зовут вас Император. О, псионический потенциал… Неплохо, неплохо. Человек. Мужчина от рождения, кавказоидной расы, а, простите, вы же русский? Значит, будем пользоваться принятыми у вас терминами – европеоид.

– Доктор Смит. Я бы попросил вас использовать интернациональные термины. Называть «европеоидом» не толеранта Евросоюза – это, знаете ли, противоречит простейшей логике. Руссоиды давно уже выделены в отдельную…

– Генрих, вы, батенька, политику-то к делу не примешивайте. Это в вашем научном пространстве что-то там выделено…

– Не хотел бы вас задеть, Владимир Павлович, но…

– Господа, господа! – остановил говоривших доктор Смит. – Молодому человеку совершенно не интересны ваши «научные термины». Давайте приступим к тестам. Итак. Император. С какого блока вы хотели бы начать тестирование?

Я на секунду задумался. Важными для меня были все характеристики. Но если, как говорил железный болван, после альтернативного метода мне придётся какое-то время отдыхать, то связано это будет скорее всего с нагрузками в физическом уровне. Я – пехотинец. Не знаю, как сейчас, но ещё полтора дня назад я был не самым последним по показателям гвардейцем Российской Звёздной Империи. Так что за свою физическую подготовку я не переживаю. Вот только если меня сейчас нагрузят по полной программе, вряд ли я смогу показать всё, на что способен, в остальных блоках. И в результате получится ни рыба ни мясо.

– Интеллектуальный блок, затем псионический, личностный и уже потом физический.

– Хм! Владимир Павлович. Я склонна поставить плюс вашему подопечному за мудрый выбор! – произнесла женщина с сильным китайским акцентом.

– Спасибо, доктор Мэй, – в голосе делегата от РЗИ промелькнула гордость. – Ну что ж, молодой человек, следуйте за мной.

И начались тесты. Мне показывали какие-то картинки, заставляли собирать на скорость ханойскую башню и раскладывать цветовую головоломку. Параллельно я отвечал, казалось, на нелогичные и бессвязные вопросы, разгадывал загадки и под конец сдал упрощённый до безобразия тест на коэффициент интеллекта.

– Вот мы с вами и закончили, – хлопнул в ладоши Владимир Павлович спустя десять минут. – Следуйте по красной линии в псионический блок.

Доктор Смит ждал меня в комнате с мягкими белыми стенами. Опять были картинки. Много картинок. Я пытался угадать цвет предметов, скрытых ширмами, должен был передвинуть невидимый для меня шарик и послать мысленную фразу прямо в голову американца.

Проходя эти, нелепые на первый взгляд, тесты, – я подумал, что всё-таки стоит удалить персонажа и начать генерацию заново. В конце концов, даже в игре я не чувствовал никаких псивозможностей и логично предположил, что отделаюсь я бесполезными единичками.

Личностный тест проводил толерант Евросоюза – Генрих, фамилии которого я так и не узнал. Мы поговорили о том о сём. Я сыграл на гитаре, спел «Уходит в пустоту десантный батальон» и неофициальный гимн Российского Космофлота «Трава у дома», родиной которого, как говорят, была ещё древняя Земля. После чего попал в цепкие лапки китаянки Мэй Ли Су.

Вот здесь на мне оторвались по полной программе. Я тягал штангу, ходил по сужающейся балке, фехтовал с дамочкой, равной которой во владении эрго-оружием не видел никого в жизни. А после уже рукопашного спарринга, нагруженный так, что трещали кости, минут десять полз по беговой дорожке, обдуваемый нестерпимо жарким воздухом.

Измотанный до предела, я вновь оказался перед столом медицинской комиссии.

«И вот, решилась моя судьба…» – произнёс мой собственный голос в голове.

– Ну, что я могу сказать, коллеги, – начал доклад Владимир Павлович. – Интеллектуальные способности бойца вполне средненькие.

– Согласен с вами, – кивнул Генрих. – В Личностном блоке тоже ничего особенного, разве что поёт неплохо. А вы что скажете, Мэй Ли?

– В физическом блоке он был одним из лучших за последнее время, – коротко ответила китаянка. – Мне давно уже не доводилось встречать такого умелого в обращении с клинком молодого человека. Доктор Смит?

– Не знаю, что вам сказать, – ответил американец, покачав головой. – Вот, сами посмотрите.

Он протянул Владимиру Павловичу свой планшет.

– О, боже! – воскликнул тот, выхватив у него электронный прибор. – Вы не ошиблись? Мы можем вообще отправлять такого…