Расходный материал - Надежда Навара

Она переключилась на свое подразделение:

– Воины! Первая декурия со мной, остальные на флангах. Направление атаки – центр города. Врываемся, крушим все подряд и вытаскиваем наших! Расстреливать все, что движется! Будьте осторожны – здания минированы! Пошли!

Роберта включила встроенные в бронекостюм прыжковые дюзы – в бою гоплиты передвигаются быстрыми скачками – и устремилась вперед.

Перелетев через невысокий домик, Роберта оказалась на узкой улочке. Сканер отметил движение в дальнем конце. Центурион выпустила пару ракет из заплечной установки и метнулась в сторону. Ее поддержали пулеметным огнем – улица осветилась. Рядом что-то ухнуло, осела стена дома, в воздух полетели кирпичи балки и комья земли. Роберта снова прыгнула и приземлилась в небольшом садике – прямо на ракетный расчет. Партизаны бросились врассыпную. Она пальнула им вслед из лазера – заборчик и кусты ярко вспыхнули.

Спокойный голос оптима отвлек ее от преследования:

– Пешеход-один! Здесь пешеход-два! Напоролся на танки. Уже не проблема – вскрыли, как консервные банки. С юго-запада к городу подходит еще колонна. Я попробую их задержать.

– Принято, пешеход-два! Не дай им пройти.

И уже своим:

– Вперед! Вперед! К бандитам подходит подкрепление.

Гоплиты задавили противника техническим превосходством и выучкой – расстреливали пехоту, дырявили и взрывали бронемашины. Партизаны не выдержали натиска и сломались.

Центр города выглядел так, словно пережил извержение вулкана. Полыхающие остовы зданий и машин, оплавленные стены и мостовые, пепел и обугленные трупы.

Роберта осторожно пробиралась через завалы: опасалась не только мин – впереди маячили фигуры ТЕХНО, сдуру могли и пальнуть.

– Штурм-два! Внимание! Мы подходим, дистанция двести метров.

– Вижу вас, пешеход-один! – Голос пилота дрогнул от напряжения. – У нас почти не осталось ракет и снарядов. Выводите нас.

– Двигайтесь прямо на нас. Мы очистили коридор.

Она снова вызвала оптима:

– Пешеход-два! Пешеход-два, отвечайте!

После паузы ей ответил незнакомый голос:

– Пешеход-один. Здесь пешеход-два.

– Кто на связи? Где Милан? Доложите обстановку!

– Декурион Валевский. Оптим погиб – получил снаряд в прыжковые двигатели. Мы потеряли восемь гоплитов и преследуем отступающих бандитов. У них много техники, если успеют погрузиться, мы их не догоним.

– Валевский, где наш обоз?

– Обоз манипула подходит к городу с юго-востока.

– Отлично! Мы закончили. Выводи людей из боя и прикрой обоз. Это приказ, декурион!

– Бандиты уйдут! – запротестовал гоплит.

– Если ты прекратишь пререкаться, мы их нагоним. Выполнять!!!

– Принято, центурион! До связи.

Уцелевшие ТЕХНО манипула выглядели жалко. Закопченный «Вельзевул» еле доплелся до обоза – мина повредила правый голеностоп. Один из «Кобольдов» лишился магнитно-кинетической пушки, у другого вместо батареи импульсных лазеров – куцые обрубки. Только подвижный «Попрыгунчик» легко отделался – шрамы на броне и паралич квазимускулы левой руки.

Механики сразу облепили поврежденные машины. Пилоты тесной кучкой стояли поодаль и обсуждали перипетии боя. Похоже, решили – на сегодня их задача выполнена.

Роберта сняла боевой шлем, направилась к бриидам и спросила пилота «Вельзевула»:

– Центурион Ли, когда твои люди будут готовы к преследованию противника?

Тот даже не обернулся и бросил через плечо:

– Я не понимаю тебя, гоплит.

– У нас осталось незавершенное дело, центурион, – подчеркнуто вежливо напомнила Роберта. – И потрудись в дальнейшем обращаться ко мне по званию.

– Вот как? – Ли повернулся и с интересом посмотрел на нее. – Забавно… С каких это пор пехотинцы ставят себя выше ТЕХНО-пилотов? Старший офицер здесь – я. Я и принимаю командование манипулом. Через час мы возвращаемся на базу для ремонта и пополнения боекомплекта. Тебе все ясно, цен-ту-ри-он?!

– Мне все ясно, – процедила Роберта сквозь зубы и сверху вниз посмотрела на бриида. – Если через десять минут вы не выступите вместе с нами, я брошу вас здесь.

– Слушай, ты… – Ли задохнулся от гнева. – Ни одна сучка-полукровка…

Роберта сграбастала невысокого бриида левой, похожей на клешню лапой бронекостюма, подняла над землей на уровень своих глаз и тихо пообещала:

– Если ты, сморчок, будешь на меня гавкать, я размажу тебя по броне.

Захват разжался – Ли мягко шлепнулся в грязь.

Роберта перевела взгляд на остальных пилотов и порекомендовала:

– Отложим споры, нам есть чем заняться.

Вовремя продемонстрированная сила – лучший аргумент для воина легиона. Коллеги поверженного претендента оценили расклад и предпочли промолчать.

– Отлично. Возражений нет. – Роберта удовлетворенно кивнула. – Выступаем немедленно. С нами пойдут «Кобольд» и «Попрыгунчик». Все, выполняйте!

Пилоты бросились исполнять распоряжение. Даже Ли поплелся к своему ТЕХНО, ворча и отряхиваясь, как побитая собака.

Роберта знала, что нажила смертельного врага, но сейчас важнее дело. Она надела шлем и подключилось к командной частоте манипула:

– По машинам – и вперед!

Легионеры настигли колонну партизан километрах в ста от городка и атаковали противника на марше. Гоплиты дрались яростно, никого не щадя – только победа могла смыть позор утренней неудачи.

Равнина Тара,

тренировочный лагерь IV штурмового легиона Ориона,

Медная гора, Федерация бриидов,

Зона Сожженных Миров.

26 января 3000 года

Над равниной Тара свирепствовала гроза. Мертвенно-голубая вспышка на мгновение высветила в пелене дождя массивные очертания штурмового ТЕХНО, и электрический заряд ударил всего в какой-нибудь паре десятков метров от боевой машины. Металлическая громада качнулась. Громовой раскат ворвался через динамики в замкнутый мирок командного мостика. Акустическая волна кувалдой обрушилась на барабанные перепонки, но человек, сидящий на месте водителя, игнорировал ярость природы. Ни один мускул не дрогнул на его лице, глаза по-прежнему остались закрытыми, а руки с длинными пальцами музыканта неподвижно лежали на консоли.

Лайонел Винсон любил дождь. В унылом для других зрелище легат IV легиона Ориона черпал уверенность: мириады одиночных капель – неудержимый поток – сила воинов в единстве.