Да здравствует Император - Роман Гончий

на одном уровне с той, которая заменяет плоть и Императору. Его размер был относительно мал, охранник рядом был в трое больше, но опасность представлял здесь лишь он. Также как и Рамон, он не следил за внешностью. Старая порванная туника и разбитые защитные очки украшали его изуродованную в сражениях и пытках морду. В его глазах явно виднелся план, который он собирался воплотить сегодня на переговорах. Возможно Кайлос и был шакалом, но Дориан видел зеркальное отражение своего отца, которое готовились к новому витку возможностей. Дьявольская улыбка и шарм сразу размягчили душу изувера и заставили Дориана пойти на уступок.

Дориан посмотрел на ангела смерти и указав на охрану императора, начал рассматривать свои шрамы. Арлекин медленно стал подходить готовясь к расправе над шакалами, но Кайлос лишь усмехнулся и попросил своих людей оставить его наедине. Охрана не послушала его приказа, тогда император начал угрожать им казнью за неподчинение их господину. Шакалы с недовольством покинули комнату, оставив своего господина наедине с Землянами. Как только двери закрылись, Кайлос выдвинул лезвие из своей руки и несколькими ударами смог ранить Арлекина, затем, достав пистолет, приставил его к голове Дориана и просто смотрел на него, скаля свои стальные клыки. Дориан сразу узнал улыбку дьявола и взгляд чудовища. Копия отца в звериной шкуре. Арлекин сразу пришёл в себя и слизав свою кровь со стола, готовился разорвать шакала. Но Дориан лишь рассмеялся вместе с Кайлосом, который был рад наступившим обстоятельствам. Император рывком схватил пистолет за дуло и передал его наследнику. Дориан проверил магазин, который оказался пустым и отдал оружие обратно его владельцу. Закончив со знакомством, две монаршие особы были готовы к разговору.

(Дориан) — Рад знакомству император Кайлос. Вы ведь пришли сюда не из-за смерти своего отпрыска. Это лишь идеально сложившиеся обстоятельства, которыми вы решили воспользоваться.

(Кайлос) — Разве? И в чем же они проявляются мальчишка? Просвети меня.

(Дориан) — Прикрытие. Вы пришли сюда, чтобы заключить сделку с моим отцом, для уничтожения триады, чтобы стать единоличным правителем секторов троицы. Будь сын вам дорог, вы бы ни за что не отправили его на вражескую территорию, вооружённым лишь жалким судном с сотней охранников. Его кончина — начало вашего нового правления. Как бы сказал мой отец "Идеальный хаос".

(Кайлос) — Вы проницательны. Он был незаконнорожденным рабом, до которого мне нет дела. Я хотел с помощью его смерти захватить и покорить Мир-корабль, но теперь могу накинуться на триаду

(Дориан) — Наши миры пошли разными пути, но мы стоим в одной точке. Я думаю, что нам пора начать новую строчку с общего слова. Альянс.

(Кайлос) — Мы идём по одинаковым путям расцвета наших миров, просто твой отец скрывает свою власть за добродеятельностью, в отличие от меня.

(Дориан) — Разве?

(Кайлос) — Я никогда не заключал союзы с инопланетными мразями. Я просто убивал их, забирая миры для своего процветания. Твой отец шёл через слова и поступки. Он заключает союзы с мирами менее развитыми, чем Земля, помогая им в развитии и постоянной помощи, заставляя найти опору только в его лице. Миры сами того не осознают, что они становятся рабами на добровольной основе. Прекратив Земля свою помощь в разных аспектах жизни союзных миров, они отдадут всё, чтобы вновь пасть в тени величия твоего отца. Я построил империю, используя рабство в виде достижения цели, твой отец использовал обратную концепцию. На Земле нет рабства, но сотни миров существуют только благодаря поддержке Императора. Люди свободны, но другие расы подчиняются им, веря в равенство перед ними. Даже я, не способен на столь аморальное ведение действий. Твой отец посадил на цепь триллиарды жизней, которые сами позволили это. При этом веря в то, что они свободны и живут своей волей.

(Дориан) — Мало, кто понимает ведение политики моего отца. Вы меня приятно удивили. Триада часто мешает отцу в его деятельности. Земля согласится на уничтожение триады и передачи их власти в ваши руки только при нескольких условиях.

(Кайлос) — Ну же дитя смерти, закалённое в отчаяние и грехе. Поведай мне условия, которые я и так уже знаю и согласен на их исполнение.

(Дориан) — Сектор "Линса" отходит Земле. Все технологии и секреты триады будут разделены между нашими империями поровну. Чёрные пути будут постоянно открыты для кораблей союзников Земли. Мир-корабль и императрица Каталина теперь освободятся от вашего гнёта. И главный пункт. Наши миры будут постоянно поддерживать связь и помогать в решении проблем друг друга, даже если одной из сторон это будет не выгодно.

(Кайлос) — Это всё? Я готов пойти на большие потери. Это конечные условия нашего соглашения? Могу дать пару дней, чтобы ты переговорил с отцом. Это серьёзное решение.

(Дориан) — Этого нам будет достаточно Кайлос. Альянс заключён?

(Кайлос) — Да. Теперь буду ждать прихода Императора, чтобы обговорить первые пути уничтожения триады. Через три дня в этом месте и в это время.

(Дориан) — Он будет. Удачи тебе шакал.

(Дориан) — И тебе дитя греха. Поверь мне, мы ещё проведём достаточно времени в пучине, когда она поглотит наших врагов.

Кайлос с улыбкой на устах покинул тёмную комнату, оставив Дориана в экстазе. В первые за много лет служитель смерти смог встретить того, кто верен греху так-же, как Майлз пламени. Служители империума тоже не стали задерживаться и под прицелом наёмников вошли на борт судна. Как только оно пересекло нейтральную границу, Дориан и Сионис начала смеяться, представляя картину того, как миллиарды будут корчиться в агонии и захлебываться в собственной крови, когда война начнётся по настоящему. Один Император внёс в галактический баланс огромный дисбаланс, но двое могут изменить и саму ткань мироздания. От этой мысли Дориан пребывал в небывалом наслаждение. Закончив с минутой радости, наследник вышел на связь с братьями и попросил их передать отцу одно сообщение.

"Хаос начинается".

Глава 3. Глава 5

В течении многих часов императрица не могла найти себе покоя в родовом замке под защитой собственного мира. Каталина не хотела сидеть на месте и просто ходила по гостиной дворца от одного окна к другому, глядя в небеса, где решается дальнейшее будущие сектора и многих жизней. Ведь от части в произошедшем она видела свою вину. В том, что не смогла остановить своего мальчика от необдуманного поступка. Но кинув взгляд на него, Каталина поняла, что никто и ничто, не смогло бы остановить его в порыве пылающего гнева. Майлз в свою очередь был спокоен и по связи обговаривал с техниками все