Префект - Аластер Рейнольдс

Сааведра скептически качала головой. Дрейфус чувствовал, что эту особу будет нелегко убедить, но заинтриговать ее уже удалось.

– Образы насаждал?

– Часовщик использовал ее как медиума, самовыражался через ее творчество. Дельфин думала, на нее снизошло чудесное вдохновение, а на деле она воплощала идеи Часовщика.

– Ерунда! – возразила Сааведра – впрочем, без особой уверенности.

– Возможно, это и привлекло внимание Авроры, – озвучил Дрейфус только что возникшую у него догадку. – Разумеется, чтобы чувствовать угрозу со стороны Часовщика, она должна была понимать, с чем имеет дело.

– И с чем же? Похоже, у тебя есть ответы на все вопросы.

– То есть сама ты не знаешь? – Дрейфус невольно улыбнулся. – Провозившись с Часовщиком столько лет?

– А ты, стало быть, знаешь?

– Кое-какие мысли имеются.

– Да ладно, Дрейфус! Если надеешься запудрить мне мозги своим блефом…

– Совершено преступление, – перебил ее Дрейфус. – В основе всего лежит элементарное убийство невиновного. Часовщик – прямое следствие этого преступления.

– Кого убили?

– Объясню, если опустишь бозер. А еще лучше покажи Часовщика.

– Снимайте скафандры, – велела Сааведра. – Хочу убедиться, что у вас нет другого оружия. Почувствую подвох – убью.

– Сделай, как она велит, – глянул на Спарвера Дрейфус.

Префекты сняли и аккуратно сложили в стопки бронекостюмы и скафандры. Под скафандрами у обоих была стандартная форма «Доспехов».

– Повернитесь спиной, – приказала Сааведра.

Дрейфус со Спарвером подчинились.

– Теперь лицом ко мне! Снимите хлысты, но не активируйте.

Дрейфус со Спарвером отстегнули хлысты и бросили на пол.

– Пните их ко мне.

Префекты снова повиновались. Держа их под прицелом, Сааведра опустилась на колени, пристегнула хлысты к поясу, потом одной рукой сняла собственный, модели «В», и активировала. Хвост зашуршал по полу, острая кромка мелькнула завитушкой яркого серебра. Сааведра ловко перехватила рукоять и направила лазерный глаз на Дрейфуса и Спарвера, пометила обоих. Потом выпустила хлыст.

– Подтвердить фиксацию цели, – скомандовала она, и хлыст кивнул рукоятью. – Остаться в режиме слежения. Если расстояние от целей до меня уменьшится до пяти метров или, наоборот, увеличится до десяти, применить максимальную силу, смертельный исход допускается. Приказ ясен?

Хлыст кивнул.

– Вот мы и оговорили основные правила, – резюмировал Дрейфус.

Сааведра приблизилась к брошенным бозерам, положила свой, извлекла из чужих батареи и пристегнула к поясу рядом с изъятыми хлыстами. Затем взяла свой бозер и повесила на плечо стволом вверх.

– Это называется жестом доверия. Не злоупотребляйте им.

– Нам и без этого весело, – ухмыльнулся Спарвер.

– Следуйте за мной и помните об указаниях, которые я только что дала хлысту. Я покажу Часовщика, если вы действительно хотите его увидеть.

Сааведра повела их в недра Девятой ПБ по одному из пандусов, которые, как ранее заметил Дрейфус, спускались от атриума к нижним ярусам базы. Замыкал шествие хлыст-ищейка, неустанно оценивающий расстояние между Сааведрой и ее гостями, – пусть только попробуют нарушить заданные параметры! Хорошо, когда тебя не держат на мушке, но с хлыстом шутить не стоит. Если прежде Том боялся, что у Сааведры дрогнет палец, то сейчас опасался шаблонных мыслей устройства чуть умнее сторожевого пса. Вообще-то, Дрейфус не собирался нарушать правила, но вдруг он споткнется или случайно пересечет пятиметровый рубеж?

– Часовщика я вам покажу, – пообещала Сааведра, – но о любых переговорах забудьте. Это не рациональный интеллект.

– Аврора хочет его уничтожить, – чтобы понять это, особой рациональности не требуется, – возразил Дрейфус.

– Считаешь это козырем?

– Считаю, причем самым крупным. Вариантов-то нет.

– Как вам удалось так быстро устроить здесь тюрьму строгого режима? – полюбопытствовал Спарвер.

– Ничего особенного мы не устраивали. Времени едва хватило, чтобы эвакуировать Часовщика с Раскин-Сартория. К счастью, что-то вроде клетки здесь уже было. Потребовались небольшие изменения, но ничего сверхъестественного.

– Ты имеешь в виду токамак? – спросил Дрейфус.

– Тока… что? – переспросил Спарвер.

– Термоядерный реактор, который во времена американо обеспечивал эту базу энергией, – надменно пояснила Сааведра. – Дрейфус прав, мы воспользовались токамаком. Это большая вакуумная камера, замкнутая магнитная ловушка. В сравнении с портативными генераторами токамак жутко неудобен, но нам сгодился. Мы проверили его, отрегулировали систему наблюдения – особых сложностей не возникло. Так куда проще, чем ставить наши охранные устройства. Для них пришлось бы вырубать новую пещеру.

– Надеюсь, вы доверяете технике американо, – сказал Дрейфус. – Токамак вряд ли рассчитан на длительное содержание хитроумного робота-психопата.

– Я уверена, он не подведет. Иначе разве прилетела бы сюда?

– Где остальные? – спросил Дрейфус.

– Остальные из «Головни»? На Йеллоустоне сейчас лишь мы с Саймоном Вейчем.

Дрейфус помнил это имя из списка, который дала ему Джейн. Почему-то в памяти оно отпечаталось четче других.

– А остальные?

– На заданиях – куда «Доспехи» послали. С тех пор как Джейн распорядилась о ликвидации «Головни», приходится жить двойной жизнью. Ты хоть задумывался, как нам удавалось заниматься и своими делами, и служебными?

– Задумывался.

– Терапевтический режим, благодаря которому бодрствовала Омонье, пригодился и нам. Большинство сотрудников «Головни» обходится несколькими часами сна в неделю.

– Саймон, я нашла лазутчиков, – проговорила Сааведра в браслет, надетый на тонкое бледное запястье. Выслушав ответ Вейча, она сказала: – Да, только двое. Веду их к реактору. – Сделав еще паузу, пояснила: – Разумеется, оба под контролем, иначе я бы их уничтожила.

Наклонный тоннель стал горизонтальным. Из коридора, вдоль которого тянулись склады с оборудованием, трое попали на балкон, опоясывающий атриум, размером чуть меньше предыдущего. Этот атриум почти целиком занимал реактор, стоящий на подставках-амортизаторах, словно огромный ведьмин котел. Он был светло-зеленый, с тонкими ржавыми полосами на стыках панелей. Несколько панелей блестели, как хромированные, – вот и все признаки ремонта. Дрейфус понял: «Головня» проделала минимальное восстановление, чтобы только запустить магнитные генераторы.

Самую широкую часть реактора окружали мостки. У темного смотрового окошка притаился пульт, за которым дежурил мужчина в черном. Мужчина обернулся, поднял голову и состроил гримасу. Призрачно-тощий, как Сааведра, Вейч казался таким же жилистым и сильным.