Короли пепла - Ричард Нелл

самого начала хотел убить разведчиков, утверждая, что они просто убегут обратно к своим хозяевам, когда увидят достаточно, и быть может, вскоре сотни людей начнут охотиться на них всерьез.

Рока так не думал. Очевидно, кто-то из Хусавика сообщил о нападении Айдэна, и если бы долинная армия хотела отреагировать, то прислала бы больше людей. Возможно, кому-то просто стало любопытно. Возможно, кто-то – жрица или крупный вождь – намеревался использовать этот маленький бунт или верил, что имеет общие интересы с Айдэном или с «последним рунным шаманом». Как бы то ни было, это даст Роке рычаг воздействия. Он сможет манипулировать этим кем-то и выиграть время, чтобы получить больше людей и припасов – или просто его проигнорировать.

С Восточным лесом в такой близи – огромной непролазной чащей, почти лишенной цивилизации, в основном служащей объектом суеверного страха людей пепла – Рока почти не боялся атаки. С некой «божественной» гарантией безопасности он с людьми Айдэна мог бы углубиться в лес и устроить засаду любому, у кого хватит смелости последовать за ними. Рока уже бывал здесь раньше в бытность изгоем. Он знал тут все утесы, лощины, водопады и пещеры.

Поэтому он убедил Айдэна, и они стали ждать. Имея вдосталь времени, мужчины рубили деревья и мастерили такелаж да телеги. И хотя вождь казался сбитым с толку – ведь боги требовали спешки всего днем ранее – Рока только улыбнулся.

«Мы уже на тропе, Айдэн. Но нам неведомо, какие препоны могут возникнуть». – Он знал, что здешние тисовые деревья хороши для заготовки бревен. Для воплощения задуманного понадобятся все припасы на побережье, и если начать готовиться сейчас, позже это будет воспринято пророческим.

Тем же самым занялись и его мертвецы, но представлялось, что лучше плодотворно работать в обоих мирах, да и древесина Рощи была другой.

Слуги Айдэна вынули два тяжелых бревна из земли и отставили в стороны, открыв для визитеров проход в частоколе.

– Мы посланцы. – Младший воин поднял руки в жесте мира, затем, медленно опустив одну, снял с пояса свиток.

Рока внимательно рассматривал гонцов. В глазах старшего мужчины он заметил беспокойство. Но не за себя, решил он, а за спутника. Возможно, они родичи. Это его отец? Почему же тогда говорит сын?

Когда мужчины приблизились, Эгиль, как было приказано, подковылял и встал рядом с Рокой, а остальные наблюдали с холма, который выбрали в качестве лагеря. У ближайшего столба притаился Эшен; его новый длинный кинжал был спрятан под плащом, закрывающим половину лица. Айдэн точил меч возле своей палатки, выглядя безразличным.

– Я Букаяг, сын Бэйлы. От кого вы несете послание?

Молодой воин попытался, но безуспешно, украдкой осмотреть лицо, броню и лагерь Роки.

– От Далы, дочери Кары, Верховной Жрицы Юга.

Услышав это имя, Рока на мгновение перенесся в хаос Алвереля и застыл над изуродованным трупом жрицы Кунлы, ожидая смерти. Он прокручивал в памяти все охваченные ужасом лица, пока не увидел молодую, симпатичную воспитанницу со шрамом на щеке и решительным взглядом. Она в некотором смысле спасла ему жизнь два года назад.

Она велела преследовавшим его Гальдрийским воинам остановиться, и благодаря их замешательству и промедлению Рока преодолел момент слабости и сомнения и убежал на Север. «Мы служим одному и тому же Богу, ты и я, – сказала она Роке. – Однажды ты увидишь».

Он заморгал, прогоняя прошлое из своих видений, затем кивнул. Эгиль прохромал вперед и принял послание.

– Моя госпожа сказала, что использовала простые символы. У тебя есть матрона, которая умеет читать?

Рока взглянул на молодого посыльного и сдержал смех. Прежде чем прикоснуться к письму, он осмотрел свиток. Велень был туго обмотан вокруг деревянной катушки и перевязан кожаным ремешком, затем запечатан воском. На мгновение Рока задумался: можно ли каким-то образом втереть или впрыснуть в пергамент яд? Он вспомнил все травы Аскома, которые открыла ему Бэйла, и решил, что некоторые, вероятно, могут обжечь ему ладони, но и только.

Развернув послание, он обнаружил в основном обычные слова, написанные несколько небрежным почерком.

«Букаяг, если это действительно ты, эти посланцы – мои слуги. Если ты по-прежнему тот, кого я встретила в Алвереле – тот, кто боролся за мир справедливости, пощады и мудрости, где любовь никогда не преступление, то я желаю встретиться с тобой. Возможно, вместе мы сможем создать такой мир. Скажи мне время и место, и я приду».

В письме были те же самые слова, которые он высказал Кунле двумя годами ранее. Затем они с Букаягом убили ее и разорвали труп на куски, и это тоже было на глазах у Далы.

Рока не торопился, делая вид, будто читает символы с трудом. Когда же наконец он поднял глаза, то встретился взглядом с молодым гонцом, решив, что тот держится с достоинством и властностью.

Над горизонтом висело красное солнце, окрашивая светом лицо посланника, и Рока улыбнулся, увидев подсвеченное отверстие на мочке левого уха, где полагалось быть серьге вождя.

– Итак. Ты – Бирмун.

Все трое мужчин застыли от удивления и страха.

– Нет. – Рока мотнул головой. – Она не предала тебя. Ты предал сам себя. Скажи мне, почему я не должен убить тебя, Бирмун, сын Канит, которого послали уничтожить меня?

Вот теперь Айдэн оживился, и его дружинники подались вперед. Некоторые полуобнажили клинки или подняли ножи и секиры. Почуяв опасность, лошади визитеров заржали или рванулись с места, и гонцам пришлось их успокаивать.

– Ну, – сказал Бирмун без следа страха в голосе, – зависит от того, что в этом сообщении.

Роке очень понравился такой ответ, как и спокойствие мужчины. Он угодил Роке.

– Твоя госпожа говорит, что хотела бы встречи со мной.

– И ты согласишься?

– Возможно.

Вождь Бирмун пожал плечами, лениво придерживая поводья коня.

– Тогда тебе нечего меня бояться, шаман. Если только ты не желаешь ей зла. – Он посмотрел Роке в глаза. – В таком случае я убью тебя.

При этой смехотворной угрозе воины Айдэна рванулись вперед. Несколько человек, заранее переместившихся, дабы преградить всадникам путь к бегству, выхватили копья. Нож Эшена выскользнул у него из рукава.

Посланники напряглись; вспотевший кочевник выхватил свой маленький лук и приготовил стрелу.

Рока ждал, наблюдая за мужчинами, улавливая реакцию каждого, сохраняя в памяти каждое выражение лица, чтобы изучить позднее. Он засмеялся.

– Твоя смелость делает тебе честь, вождь. Но в одном ты прав: мне тебя нечего бояться. – Некоторые из мужчин ухмыльнулись, и Рока повернулся к ним: – Это посланники и мои гости. Нельзя причинять им вред. – Он протянул руку и почувствовал, как угроза насилия исчезла. –