Дар Смерти - Алексей Любушкин

— Мило улыбается?! Они чуть ли не целуются у всех на виду. Какой позор! Почему император вдруг резко осмелел? Вы, Федор Иванович, говорили, что он у нас в кулаке! — поднялся с кресла мужчина с густой бородой и сжал руку в кулак.

Платон Геннадьевич Шуйский владеет Суздалем и Нижним Новгородом. Про него говорят типичный затворник, а он лишь улыбается в густую бороду. Шуйский всегда сам себе на уме и при первом удобном случае воткнет нож под ребро неудачника.

— Все началось, как боярич Холмский приехал в Москву. Соколов быстро сошел с дистанции под градом появившегося со всех сторон компромата на его банк и старшего сына. Орлов вдруг стал верным псом императора, а жандармы лютуют и чистят столицу от криминала. Совпадение? — поднял бровь Долгоруков.

— Мой информатор сообщил, что по всем отделам тайной канцелярии разослали приказ, не вмешиваться в дела Холмского, — усмехнулся третий собеседник.

Антон Яковлевич Шереметев правитель Архангельска и владелец обширных земель на побережье Белого моря. Весельчак и балагур. Маску свою он не снимает даже перед близкими людьми, но шпионскую сеть растянул по всей империи. Любит сталкивать своих врагов друг с другом лбами.

Трое глав великих кланов ежедневно решали, как будут жить тысячи людей на подневольных землях. И резкое изменение ситуации заставляло задуматься о вмешательстве боярича в произошедшие события. Подумав немного, они резонно пришли к одному выводу.

— Разве мы оставим это без нашего внимания? Надо избавиться от Холмского!

Семен Долгоруков зашел в гостиную, налил бокал с виски и сел в свободное кресло под недовольные взгляды глав кланов.

— А провинциальный боярич стал угрозой для вас? — спросил Семен.

— Сын, у нас серьезный разговор, займись чем-нибудь…

— Я вызвал Холмского на дуэль через неделю. Видели бы вы лицо этой вертихвостки, когда боярич согласился…, - похвалился сын Долгорукова.

— Зачем? Ты не бретер, а он опытный дуэлянт, — ошеломленно спросил Федор Иванович.

— Сделаю замену! Мастер мечник из страны Ямато берет дорого, но говорят, он лучший в своем деле, — отмахнулся наследник клана.

Трое глав кланов посмотрели на Семена с недоумением. Разрекламированные школы меча с восточных островов редко выставляли настоящих бойцов. Лучшие воины служили восточному императору, а не продавали свое оружие, что было серьезным нарушением чести. Лучше нанять дуэлянта из солнечной Каталонии. Надежнее.

— Но император может не согласиться на замену, — улыбнулся Шереметев, прищурившись, рассматривая Семена.

— Значит, надо надавить на императора, отец! — забеспокоился Семен.

— Император попросит немало за свое согласие! После такого уже я буду должен, а не он нашему клану. Дурак ты, Семен…

Главная арена Москвы называлась «Империя» и вмещала в себя сто тысяч зрителей. Чемпионат Силы… Такое событие. Всегда собирается масса людей. Места выкупаются заранее, задолго до начала, на все этапы чемпионата. Зарядиться энергией участников и посмотреть на реальный бой могучих владеющих, спешили как дворяне, так и простые люди.

Длительные отборочные и групповые этапы прошли, теперь всеимперский чемпионат Силы быстрее набирает обороты. Бои будут идти через день, и за неделю империя увидит своих новых героев. Условие соглашения с генералом Головиным я уже выполнил, и в принципе можно было сходить с чемпионата, если бы не одно, но.

Император все-таки выполнил свое обещание, и с утра мне передали документы об увеличение вотчины боярского рода Холмских на двадцать тысяч десятин, добавив из государственных земель. Никем не обрабатываемых пустырей хватало по всей империи и Тверь далеко не исключение. Совсем все плохо с аграрным комплексом в центральных губерниях.

Оказывается, эти земли они считают недостаточно плодородными! Видели бы местные дворяне, в какой земле приходилось копаться крестьянам отца. Мысль об еще большем увеличении вотчины не покидала меня, до полуфинала оставалось всего лишь два боя…

— Дамы и господа, приветствую вас! Сегодня мы открываем одну восьмую всеимперского чемпионата Силы среди гимназий! На главной арене страны сильнейшие таланты империи покажут свои способности, и Сила выберет достойных! — заряжал зрителей энергией предстоящих боев мужчина в центре арены.

Ведущий был тот же, что и на дуэли с Морозовым. Сакмышев и, правда, нашел самого лучшего. Хорошие для провинциального дворянина связи и знакомые.

Огромный экран за спиной ведущего показывал строчки рейтинга команд и одиночных участников. К моему удивлению, я был в середине рейтинга. И рядом какое-то цифровое соотношение.

— Высоко взлетел, Холмский! Знаешь слова про больно падать и все такое? — напомнил о себе новгородский дворянин.

— И тебе не болеть, Морозов. Думаю, ты не просто так нашел меня среди ста тысяч зрителей?

Для участвующих были отдельные места и очень интересно, как у Морозова получилось пройти ко мне. Артем в ответ взглядом показал на экран со строчками рейтинга.

— Знаешь, какое соотношение на твою победу в этом поединке? Один к пяти. Если я вложу десять тысяч рублей, после налогов мне выдадут сорок тысяч. Неплохо?! Вот и я так думаю. Только я хочу поставить не десять тысяч, Холмский, а все сто.

Здесь еще и ставки официальные есть.

— Твои деньги, как и риски.

— Я знаю, если ты захочешь победить, то обязательно сделаешь это. Холмский, ты слишком хитер и опасен. Мне надо знать, сколько ты поставишь на свою победу. Коэффициент может упасть, и тогда я в пролете. Сколько, Холмский? — спросил Артем.

— В чем мой интерес, Морозов?

— Треть выигрыша. Больше не могу, деньги не только мои…

— До начала одиночных боев я скажу свое решение.

— Холмский, ты… Ладно, буду ждать, — резко развернулся и ушел Морозов.

Не падение коэффициента его интересовала, а настроен ли я на победу. Хитер новгородец. Тем временем на арене начались первые командные поединки. И сейчас проходил довольно интересный поединок между двумя командами московских гимназий. Собрать в команды представителей одинаковых стихий по мне не лучшая идея, но выглядело эффектно.

Лед против пламени завораживал столкновением стихий под высоким куполом стационарной защиты. Стены огня ударялись об щиты льда, в ответ летели ледяные копья, и подмораживалась земля под огневиками. Показуха. Смотреть на командные бои было интересно, но сто тысяч хорошие деньги, и подобная сумма не выходила у меня из головы.

— Фима, сколько денег мы максимум можем найти за полчаса?

Глубокий вдох в трубку телефона показывал отношение к вопросу со сторону моего верного помощника.

— Двести тысяч, если снять со всех наших счетов и взять в долг у Бороздиных. Может, получится больше… Могу я узнать для чего?