Без права на возврат - Елена Мейсак

Но сейчас-то она понимала, что все это, как минимум, бред. У нее явно что-то с головой. Наверное, так вот и сходят с ума.

Они сели в машину и неспешно тронулись в обратный путь. Он первый нарушил молчание:

– Ты хочешь есть? Я ужасно проголодался. Знаю, тебе нужно решать эти твои китайские проблемы с плейерами, но может быть, выкроишь часок, чтобы посидеть в парке со старым другом и пригубить горячий пирожок с картошкой?

Она поморщилась.

– Я не гуляю по паркам в холодные мартовские полдни. И жирный фастфуд не ем тоже. Но я действительно проголодалась.

Как-то замявшись, он сказал:

– К сожалению, сейчас я не могу себе позволить сводить тебя в более приличное место. Я думаю, так будет не всегда, однако сегодня мне нечего тебе предложить, кроме пирожка с картошкой. Но обещаю, что у тебя будет еще и с укропом.

Она вдруг рассмеялась.

– Знаешь, а поехали в «Шоколадницу?» Почему бы сегодня мне не пригласить тебя? Раньше я этого никогда не делала, по-моему.

Она вздохнула, вспомнив, как в две тысячи четырнадцатом она потеряла все мыслимые и немыслимые возможности потратиться на хотя бы еще один скромный комплексный обед, и пробормотала:

– Куй железо пока горячо.

– «Боже мой, что вы делаете? – вскричал Гаррет, гремя цепями – Я, так сказать, кую железо, пока горячо. Не перебивайте человека, который кует железо, пока оно горячо, это неучтиво. Вот так!»

– Откуда это?

– Ты что, не читала «Марсианских хроник» Брэдбери?

– В бизнесе времени на чтение, как правило, не остается. Есть время только на бизнес. Ты повязана узами брака со своим бизнесом, спишь со своим бизнесом, все деньги приносишь только ему и думаешь круглые сутки тоже о нем. Ты работаешь в режиме всегда. Когда ты идешь по солнцу, от тебя вместо тени фонит работой. Если ты болеешь, ты принимаешь работу перорально по часам. И лишь если благосклонная судьба занесет тебя на почту, в самолет или в очередь, ты еще можешь вырвать из ее клешней обрывки книг, но это будет не проза.

– Наверное, всегда полезно уметь остановиться за пять секунд до того, как работа вынудит принимать ее ректально.

– Специфический юмор у тебя, однако. Хотя, если не лукавить, то бизнес без павлиньих хвостов и социальной мишуры так и выглядит: пока все думают, что имеют его, на самом деле он имеет тебя, сжирая по кускам.

– Мы все исправим, обещаю. Но, послушай, «Шоколадница» ведь в шестидесяти километрах отсюда. Зачем ехать в такую даль? Давай найдем что-нибудь по пути.

– Мы и найдем ее по пути. Сейчас сеть «Шоколадниц» в Москве довольно большая. Они не совсем похожи на советский вариант, но тебе понравятся. И фирменные блинчики там тоже есть. Хотя я, все же, думаю, во времена Союза их готовили вкуснее. Я тебе рассказывала, как меня ребенком водили туда родители?

– Рассказывала. Как вы стояли в очереди два часа, вас проводили в большой светлый зал и усадили за столики с белой накрахмаленной скатертью. Вы ели ароматные блинчики с изюмом и шоколадом, а на десерт заказали мороженое в железной розетке.

Она вновь замолчала и нахмурилась.

– Получается, что ты, все же, настоящий.

– Ну да. Насколько можно быть настоящим в текущих обстоятельствах.

Прибыв в кафе, они торжественно уселись за столик.

– Да, все действительно изменилось. Теперь на столах даже скатертей нет.

– Не ворчи ты, словно девяностолетний старик. И можно, я попрошу тебя кое о чем?

– Проси, конечно.

– Давай не будем больше вспоминать сегодняшний эпизод с походом на кладбище и всю подобную тематику. Я не верю в твою теорию с параллельными реальностями. Но думать, что сижу с покойником, я как-то тоже не хочу. Давай мы просто представим, что я немного рехнулась на почве своей наполненной нервными перегрузками работе, и подменила реальность розовыми иллюзиями, выдавая желаемое за действительное. Я немного поживу в своей сказке, а потом все вернется на круги своя.

– Я не покойник! – вдруг он резко схватил ее за руку, пристально заглянув в глаза, – ты же видишь, я не холодный. Не знаю, как еще тебе доказать свою теорию, и пусть будет по-твоему. Но я докажу тебе, что я не мертвец, и сделаю это очень скоро!

К ним подошла официантка, чтобы принять заказ. Увидев, что эти двое, кажется, ссорились, она остановилась рядом, нерешительно замявшись.

– Я рекомендую тебе заказать облепиховый чай, здесь он очень вкусный, с приятной кислинкой.

– Я, наверное, еще не привык к этой своей новой жизни. Раньше облепихи можно было нарвать на даче целую бочку и сделать из нее, что хочешь. Помню, как ненавидел, когда меня заставляли ее собирать ведрами. Такая мелкая и противная. Не могу уложить в своей голове, что за чай нужно заплатить целых 300 рублей.

– Я тоже ненавидела, – она горько вздохнула, – когда было что.

Оставив эту реплику без внимания, он взглядом подозвал официантку.

Они были заняты своей незатейливой трапезой, и казалось, что лед, наглухо запечатавший озеро их отношений, начал потихоньку таять.

– Помнишь, как мы ужинали в «Шоколаднице» в последний раз? – он радостно вонзил десертную вилку в торт.

– Еще бы. Такое забудешь. Полгорода проехать, чтобы обнаружить, что нас подсадили в тот же самый зал, где проходили поминки. Теперь я думаю, что это был нам знак. Есть вещи, которые приносят большие несчастья в жизни. И это – одна из них.

– Не помню, чтобы ты раньше была такой суеверной.

– Это так. Но жизнь, она подлая штука, заставит. И теперь я точно знаю, что в ней нельзя делать всего три вещи: ужинать в зале с поминками, фотографироваться вместе на Красной площади и не обращать внимания на геодезиста.

Он вдруг засмеялся.

– Выходит прикольно. Допустим, про зал ты права. Нужно было просто уйти, но после часа за рулем так хотелось есть. Но чем не угодила Красная Площадь и о, боже мой, несчастные геодезисты?

– Я никогда не верила в приметы. Хотя мама мне говорила, что нельзя фотографироваться с женихом, пока вы еще официально не вместе. Удачу сглазишь, и вы расстанетесь. Так и вышло. И наше с тобой первое и последнее совместное фото мы сделали на Красной Площади, к сожалению для всех. Никакой мистики. Что же касается геодезистов, то это шутка такая. Если ты идешь по лесу и вдруг видишь в нем геодезистов, которые что-то там меряют, высунув язык, может быть уверен, что вскоре там пройдет дорога, построят новый торгово-развлекательный комплекс, метро, а то и целый комплекс комплексов.

– Я всегда хотел жить без комплексов.

– Смешно.

Он вновь неожиданно сменил тему.

– Расскажи, чего в твоей жизни не было все эти годы?