Двери больше не нужны - Екатерина Соболь

на базе заворачивала цветы в пять слоев бумаги, но ей нравилось любоваться ими по пути – и вот результат. По дороге мне стало так жаль промерзших бедняг, которых нещадно трепал ветер, что я стянула шарф и осторожно прикрыла им букет. Чуть не зашипела, когда дождь начал заливаться мне за воротник – но в то же время было в этом что-то освобождающее. Мы бегом домчали до нужной пятиэтажки, Ева пошла к клиенту, а я ждала ее, отогреваясь в подъезде. Наматывать мокрый шарф обратно не хотелось, и я завязала его вокруг пояса.

Ева прискакала вниз, встряхнула купюрами, полученными от клиента, и бережно спрятала их. Будучи почти такой же мокрой, как я, она выглядела отлично – есть у нее такой талант. Классный бежевый плащ, шейный платок, ботинки на платформе. В прошлом году, когда Ева, окончив школу, сидела дома в попытках выбрать дело жизни, она целыми днями не вылезала из ночной рубашки, но ей и это шло.

– Почему мы одеваемся в одних и тех же секонд-хендах, а ты выглядишь круто? – жалобно спросила я, грея руки о батарею в подъезде.

– Так у меня Венера в первом доме, я прирожденная фэшн-леди, – довольно сказала Ева и откинула с лица мокрые волосы. – Все, мчим домой. Чай, бутеры, под одеяло и смотрим новый выпуск «Тихого ответа» – второй день тебя жду, сама не смотрю!

Мы выскочили на улицу и побежали домой, сражаясь за место под зонтом. Как ни странно, впервые за три месяца на душе у меня просветлело. Скоро все наладится. Может, даже преодолею себя и на свидание с Васей схожу.

Но этот день, к сожалению, еще не свел со мной все счеты. Мы уже подбегали к дому, когда я заметила: около нашего подъезда сидит парень. Это само по себе было подозрительно – зачем торчать на скамейке в такую погоду? А потом мы добрались до него, Ева остановилась закрыть зонт, и парень посмотрел на меня.

Именно на меня. И смотрел он так, будто мы знакомы, хотя видела я его впервые. Мой уровень тревоги сразу взлетел до небес. Да что у нас за город! Вспомнился тот вечер в феврале, когда я шла домой и за мной погнался какой-то тип. Убегая, я растянулась на льду за гаражами и уж думала, что мне конец, но он куда-то делся – может, сам передумал меня убивать, а может, кто-то его спугнул.

Потом было нападение в июле, которого я не могу вспомнить. Теперешний парень вписывался в эту картину мира как родной: пристально, с угрозой смотрел на меня со скамейки. Может, на меня объявил охоту целый клуб пыреевских маньяков? В ухе у парня блестела сережка, вид был бледный и какой-то нездоровый – ну, точно бандит или наркоман.

Парень бросил недовольный взгляд на Еву – ее присутствие его явно не радовало. Ага, хотел застать меня одну и прикончить! Это определенно не мой год, пусть Ева выяснит, что на эту тему говорят звезды.

Какое счастье, что я сегодня с ней. Одна я бы уже рванула наутек, и разумный довод, что до подъезда рукой подать, не помог бы, а уж вдвоем мы с ним как-нибудь разберемся. Ева как раз закрыла зонт и, не взглянув на парня, поспешила к подъезду. Но он ловко перегородил дорогу нам обеим, развеяв мои последние надежды, что он сидел тут, чтобы полюбоваться дождем.

– Ну, привет, – сказал парень.

Ева взвизгнула так, будто ей под ноги бросили дохлую крысу. Парень был, конечно, подозрительный, но не до такой степени, а Ева не робкого десятка, так что ее реакция удивила меня даже больше, чем появление очередного недоброжелателя на моем жизненном пути.

– Эй, отошел, – скандальным голосом сказала я. Вечно от стресса начинаю говорить, как торговка на рынке. – Денег у нас нет, проваливай.

– Будешь прикидываться, что мы не знакомы? – ядовито проговорил парень. Я попыталась обогнуть его, но он заступил мне дорогу. – Умно, трюкачка.

Что за словечко? Что-то из цирка? Алкоголем от него не пахло, но мало ли чем еще можно довести себя до такого состояния!

– Тань, с кем ты… разговариваешь? – дрожащим голосом спросила Ева.

Лицо у нее было перепуганное до смерти.

– Да я не знаю этого типа!

– Нет, в смысле… Тут же нет никого, – пролепетала Ева, глядя куда-то сквозь незнакомца. – Откуда голос? Запись какая-то?

– А, вот как это работает… – пробормотал парень. – Я-то думал, почему все тут на меня смотрят как на пустое место…

Ева беспомощно прижала к груди руки и попятилась. Голос она, значит, слышит, а типа с сережкой не видит? Я чувствовала скорее раздражение, чем страх: видимо, парень – какой-то дружок Евы, и они вместе решили меня разыграть.

Мы обе уже промокли окончательно, потому что зонт-то закрыли, а дождь продолжал лить как из ведра. Парень вцепился в мой локоть и дернул к себе – так грубо, что я на ногах еле удержалась. Он был моего роста, но определенно сильнее, чем казалось по его жалкому мокрому виду. И вот тут я почувствовала злость. Я устала на работе, замерзла, мне не до шуточек.

– Хватит комедию ломать! – Парень подтащил меня к ближайшему фонарю, словно хотел, чтобы я разглядела его лицо. – Уверен, ты думала, все шито-крыто, мы тебя не найдем. А вот сюрприз! Говори: ты знаешь, что происходит? Бешеные двери – твоя работа?

Какой бред. Я уже хотела высказать все, что думаю, когда за спиной у меня раздался сдавленный писк. Обернувшись к Еве, я увидела на ее лице такой шок, что задумалась, не стоит ли ей попробовать себя в театре. Она таращилась на парня с сережкой, как на призрака.

– Вода… – прошептала Ева. – Он невидимый, но под светом… Вода показывает, где он.

Ага, конечно. И как назло, в такой ливень можно не надеяться на прохожих, которые положат конец этой дурацкой сцене.

– Ну и погодка, – хрипло пробормотал парень. Видимо, думал о том же. – А говорят, у нас город дождливый… Да не молчи ты, ну пожалуйста. Пять минут удели мне и вали куда хочешь!

Наверное, стоило врезать ему и скрыться в подъезде, но мою руку он сжимал до синяков, явно переигрывая, и мне страшновато стало его злить.

– Вы меня с кем-то перепутали, – выдохнула я. От холода зуб на зуб не попадал. – Я вас не знаю. Честно.

Надеялась, он скажет: «Ой, серьезно? Простите, тогда я ухожу». Но куда там!

– Ну ты и дрянь, – выплюнул он и встряхнул меня так,