Иллюзия безопасности. Пандемия по-американски - Майкл Льюис

Через несколько дней после того, как Черити вручила им свой план, Тодд Парк и Диджей Патил, судя по всему, нашли, кому его преподнести так, чтобы на самом верху забегали. Сначала ей позвонил человек из высшего руководства Google и сообщил, что в Google готовы взять на себя разработку информационного дашборда с цветовой маркировкой почтовых индексов. Затем к ней подошел один из членов команды Тодда и сказал, что ее план заинтересовал самого Энди Славитта. «Я спросила: „А кто такой Энди Славитт?“». Оказалось, бывший банкир и консультант, при Обаме управлявший Medicare и Medicaid пару лет после отставки Дона Бервика. При этом Энди Славитт каким-то странным образом был тесно связан с Джаредом Кушнером, зятем действующего президента и членом новой группы по обеспечению поставок в составе рабочей группы по COVID-19 при Белом доме[63].

Энди Славитт лично обратился к Черити по электронной почте с вопросом, не хочет ли она отредактировать свой план, который он забил в компьютер, немного упростив и добавив от себя, кто за какие задачи будет в правительстве отвечать. Все его правки поначалу поражали Черити своей несущественностью и безобидностью, пока она не добралась до того места, где Славитт набрался наглости вписать в ее план строку о том, что «стандарты отнесения сообществ к горячим, теплым или холодным определяются CDC».

«Нет, — написала Черити в комментарии. — Единственная наиважнейшая часть этого плана заключается в том, что ОН НЕПОДКОНТРОЛЕН CDC. Управление и надзор осуществляет местный орган с реальным опытом боевых действий на передовой фронта войны со вспышками». Она дополнительно подчеркнула свои чувства в ответном электронном письме Славитту с собственными правками во вложении. «Важнейший момент, — написала она, — кто приводит в действие и возглавляет этот план. Орган/учреждение/лицо, стоящее во главе его, должно быть Черчиллем, а не Чемберленом!» Затем, чуть подумав, она решила, что хуже уже не будет, а значит, пропадай оно всё пропадом, — и села дописывать к ответу еще и тезисы, которые нужно довести до сведения президента США, — и отправила письмо вместе с ними. После этого ей оставалось только сидеть и ждать, уволит ее теперь начальство за нарушение служебной субординации или не уволит. Ведь она — служащий штата Калифорния с губернатором-демократом во главе — осмелилась вступить в тайную переписку с политическим противником — советником президента-республиканца…

Энди Славитт, однако, больше на связь с нею не выходил[64]. Зато через несколько дней ей позвонил человек из руководства Google и сообщил: «Твой план так пришелся по душе Джареду, что он его теперь втюхивает презику». «Что нас реально взбесило, — вспоминал Диджей Патил, — так это когда нам из Белого дома пришла служебная записка ровно с теми же рекомендациями, которые были в плане». Он переслал ее Черити с пометкой от себя: «Видишь теперь, что ты на них всё-таки повлияла?» Нет, не повлияла или слабо повлияла. Это же была какая-то жалкая служебная записка из утечки, а не официальная присяга президента на верность новой национальной стратегии. И Черити снова застыла в ожидании. Спроси ее тогда, в ожидании чего, — она ответила бы: в ожидании лучшего, что тогда еще могло бы произойти, — объявления президента о развертывании ее плана действий в масштабах страны… Это к тому, что даже на исходе марта 2020 года, когда уже было предельно ясно, что действовать на упреждение поздно, надежда в ней еще теплилась. А пока она затаилась в ожидании несбыточного, ее губернатор, в котором она, кстати, разувериться не успела, взял да и сделал нечто такое, что, знай она об этом, окончательно в него бы уверовала. Короче, губернатор Калифорнии позвонил на «красный телефон».

«Красный телефон» всегда был далеким от совершенства средством спасения жизней. Сам Джо Де Ризи первым же это и признавал. Подавляющее большинство людей, чья жизнь находилась под угрозой, понятия не имели о существовании этой неформальной службы спасения. Да и те, кому повезло о ней узнать, зачастую звонили на «красный телефон» слишком поздно и заканчивали свой путь как та пожилая китаянка с Balamuthia, чьи лечащие врачи просто не догадались проверить ее на эту амебу-мозгоеда, а вместо этого потратили 1 000 100 долларов США на бесполезные при амебных инфекциях лекарства, позволив Balamuthia подчистую сожрать головной мозг пациентки. Так что «красный телефон» очень часто оказывался лишь источником обоюдного огорчения звонивших и абонента. Тем не менее, даже при самых огорчительных звонках, он всегда служил Джо еще и светочем знаний. Телефон показывал, что, где и как было упущено, помогал извлечь из этого уроки и в следующий раз не допустить подобных упущений. Время от времени он высвечивал также и крупные системные проблемы. Вообще-то говоря, всякий звонок на «красный телефон» служил индикатором того или иного сбоя в системе. Кому придет в голову звонить куда-то еще, если по его или ее местопребыванию система работает идеально?

Одним мартовским вечером Джо, посмотрев на определитель, хотел было и вовсе проигнорировать очередной звонок с незнакомого номера. Дело в том, что звонили из его родного Сакраменто, и это заставило его усомниться в чистоплотности намерений звонящего. «Я подумал, не иначе телефонные рекламщики и здесь до меня добрались, но всё-таки снял трубку, а там Гэвин Ньюсом». Губернатор Калифорнии объяснил земляку, что у него проблема, правда до сих пор не ясно, какого масштаба, — и попросил Джо составить для него два списка: во-первых, список из трех наиважнейших вещей, которые следовало бы сделать губернатору Калифорнии в ответ на вспышку в штате нового коронавируса; а во-вторых, список трех наихудших ошибок, которые он может в такой ситуации допустить. «Я ему сказал, что мера номер один — тестирование, — вспоминал Джо. — Поскольку, если не будет тестирования, не будет и решения проблемы, то есть без шансов». Тестирование — единственный способ выявить вирус, причем это помогает отследить и спрогнозировать пути его распространения. Тестирование настолько значимо, объяснил Джо Ньюсому, что без него об остальных пяти позициях в обоих списках можно просто забыть.

Система общественного здравоохранения сильно подводила губернатора Калифорнии, как, впрочем, и губернаторов всех прочих штатов. Вторая попытка CDC создать тест на COVID-19 для массового производства и распространения по всей стране завершилась столь же безрезультатно, как и первая. Отсутствие централизованного федерального руководства исторически лоскутной системой американского здравоохранения само по себе подразумевало, что на местах тестов на вирус либо не будет в наличии, либо они окажутся в дефиците, а результаты их обработки будут возвращаться туда с задержкой, делающей их бесполезными. Джо доводилось читать рассказы людей, по десять дней ожидавших результатов анализов из Labcorp и Quest Diagnostics, двух крупнейших в стране частных лабораторий. «И даже при отправке тестов непосредственно в CDC сроки их обработки исчислялись сутками, а не часами», — сказал Джо.