С ума сойти! Путеводитель по психическим расстройствам для жителя большого города - Антон Зайниев

По мере развития науки стало ясно, что странности в поведении вызваны не феями и демонами, а дисбалансом в психических и неврологических процессах. Термин «аутизм» (от греческого «сам») в 1910 г. придумал швейцарский психиатр Юджин Блейлер. Правда, тогда он применял его в первую очередь для обозначения симптома шизофрении{286}. А в 1944-м австрийский психиатр и психотерапевт Ганс Аспергер описал четверых детей с ограниченной эмпатией, физической неловкостью, узконаправленными интересами и слабыми способностями к невербальной коммуникации. Годом ранее его соотечественник Лео Каннер, иммигрировавший в США, описал такое же расстройство. Шла война, поэтому долгое время работы Аспергера оставались незамеченными в США. Лишь в 1991 г. его труды были переведены на английский язык и стали доступны широкому кругу специалистов{287}. В Новом Свете к тому моменту аутизм был известен как синдром Каннера. Интересно, что Аспергер не присваивал синдрому свое имя (он обозначал его как аутистическую психопатию) – это сделала его последовательница, американский психиатр Лорна Уинг{288}. В итоге термин «синдром Каннера» укрепился за классическим аутизмом (тем, который характеризуется почти полной необучаемостью и средним интеллектом в районе 50 IQ), а синдром Аспергера – за его более мягкой формой.

Первая половина 1940-х была не самым удачным периодом для людей с психическими расстройствами и отклонениями в развитии. Подробности взаимоотношений Аспергера с нацистами неизвестны, но, согласно популярной точке зрения, Третий рейх, заинтересованный в евгенических проектах и избавлении от всех «лишних», поддерживал исследования психиатра. Но Аспергер сознательно преувеличивал положительные стороны своих пациентов и доказывал их необходимость для общества, чтобы спасти от истребления. Доктор называл своих подопечных «маленькими профессорами» и предрекал, что их необычные способности найдут применение в будущем. Ближе к концу Второй мировой войны он открыл школу для детей с «аутистической психопатией» – но ее разбомбили, и большая часть работ психиатра была потеряна{289}. В 1952 г. в клинику Аспергера поступила шестилетняя девочка по имени Эльфрида. Полвека спустя она станет лауреатом Нобелевской премии по литературе. И хотя сама Эльфрида Елинек позже осторожно говорила о своем состоянии: «У меня не было Аспергера, но я была довольно близка к этому», – она остается одним из самых популярных примеров того, сколь одаренными могут быть люди с высокофункциональным аутизмом{290}.

Как мы уже сказали, термин «синдром Аспергера» появился в англоязычной медицинской литературе благодаря Лорне Уинг – это произошло в 1981-м, спустя год после смерти австрийского психиатра. А его работу перевели с немецкого на английский только в 1991 г. Зато уже на следующий год расстройство было включено в список заболеваний ВОЗ, а в 1994-м его признало американское медицинское сообщество. Впрочем, диагностические критерии и теории происхождения синдрома продолжают меняться до сих пор.

Людям с синдромом Аспергера свойственны узконаправленные интересы, проблемы с коммуникацией и другие особенности восприятия и поведения, но их речевые и когнитивные способности развиты настолько, что позволяют им более или менее адаптироваться в обществе, а в каких-то случаях и преуспеть. Вопрос о месте синдрома среди аутистических расстройств вызывает дискуссии: одни специалисты выступают за то, чтобы выделять его как отдельное заболевание, а другие относят синдром к высокофункциональному аутизму (на самом деле различие между этими двумя понятиями весьма туманно){291}. Многие люди с синдромом предпочитают называть себя просто аутистами, не проводя различий между разными степенями дисфункции. В последней версии американского справочника DSM-5 синдром не представлен как отдельный диагноз, став «расстройством аутистического спектра»{292}.

Кстати, образ героя фильма «Человек дождя» Реймонда Бэббита, которого среднестатистический зритель воспринимал как 100 %-ного аутиста, на самом деле был списан с человека с совершенно другим диагнозом. Его прототип американец Ким Пик родился с черепно-мозговой грыжей и повреждением мозжечка. Особенности строения мозга сформировали феноменальную память – Пик запоминал до 98 % поступающей информации{293}. Это яркий пример савантизма – невероятной одаренности человека с отклонениями в развитии. Около 50 % cавантов – аутисты, но только 10 % аутистов становятся савантами{294}.

Дети с синдромом Аспергера (у таких больных есть уменьшительное прозвище – аспи) обычно начинают ходить позже обычных, но произносят первые слова в возрасте типичном для здоровых ребят, поэтому поначалу расстройство трудно диагностировать. Этих детей можно отличить по маловыразительной мимике и интонациям. Аспи с раннего возраста склонны придерживаться определенных ритуалов, привязываться к определенному месту или коллекционировать какие-то необычные вещи – например, батарейки. Они с трудом привыкают ко всему новому, нарушение принятого порядка их пугает – тем более что они часто обращают внимание на детали, которые обычные люди просто не замечают, скажем, на выдвинутый ящик или неправильно разложенные приборы на столе. Они часто выстраивают распорядок дня по определенному шаблону, и любое изменение привычных событий – такое как внезапный приход гостей или отмена урока в школе, – вызывает у них сильный стресс{295}.