Дикая медицина. Шокирующие операции и факты из истории медицины - Дэвид Хэвиленд

Тогда (хотя встречается и сейчас) люди считали контроль рождаемости греховной практикой. Против этого памфлета началась кампания, главой которой был городской министр Мейсон Гросвенор. В ходе этой кампании Ноултон был привлечен к суду и оштрафован. После этого книгу еще раз издали в Бостоне, и Ноултон снова был наказан – на этот раз ему дали три месяца тюремного заключения и приговорили к каторжным работам. После освобождения Ноултон продолжил медицинскую практику и даже обрел репутацию надежного и добросовестного врача. Он умер от сердечной недостаточности в 1850 году.

Через двадцать семь лет после смерти Ноултона книга снова стала сенсацией уже в Лондоне. Она была опубликована сторонниками свободного мышления Чарльзом Брэдло и Энни Безант, которые впоследствии были привлечены к ответственности по Закону о непристойных публикациях 1857 года. Генеральный стряпчий[61] был возмущен этой книгой:

Брэдлоу и Безант были приговорены к шести месяцам тюремного заключения и штрафу в 200 фунтов, хотя потом наказание было отменено по апелляции из-за несоблюдения формальностей. Однако судебный процесс по этому делу сделал книгу бестселлером – она разошлась тиражом более 150 тысяч экземпляров. Считается, что известность книги оказала положительное влияние на использование контрацепции по обе стороны Атлантики, и некоторые даже считают, что именно из-за этой книги замедлился рост населения Великобритании.

Ответ – сифилис. По крайней мере, такой ответ можно было услышать, если вы были англичанином. Поскольку эпидемия сифилиса распространилась по всей Европе после 1495 года, у болезни было множество названий, любое из которых создавалось по определенному принципу: каждая страна перекладывала вину за ее распространение на своего главного недруга. Во Франции сифилис назывался злом Неаполя, итальянцы называли его испанской болезнью. Японцы называли сифилис китайской болезнью, в то время как большинство китайцев обрушилось на кантонцев – людей из провинции Гуанчжоу.

На самом деле сифилис – это всего лишь еще один пример того, как работают лингвистические тенденции. В Англии считали, что французы крайне неприличные и сексуально раскрепощенные, поэтому презервативы назывались французскими письмами, генитальный герпес – французской болезнью, а поцелуй с приоткрытым ртом – французским поцелуем. Из-за такой пикантной репутации французские открытки и новеллы считались порнографией, и если бы вы тогда сказали: «Простите за мой французский», это означало бы, что вы извиняетесь за сквернословие.

Во Франции произошло то же самое, только в другую сторону. На этой стороне канала filer à l’anglaise (фр. «уходить по-английски») означает уйти без разрешения или не прощаясь, то есть как настоящий англичанин. В Англии точно такая же концепция называется «уходить по-французски». Наше французское письмо – это их английский презерватив (capote anglaise), а французский поцелуй – английский поцелуй. Ничто не ново под луной…

Рентгеновские лучи были открыты случайно в 1895 году немецким профессором физики Вильгельмом Рентгеном, который экспериментировал с электронами в вакуумных трубках. Махнув рукой между закрытой трубкой и экраном, он увидел изображение костей своей руки, спроецированное на экране. После этого он сделал рентгеновский снимок руки своей жены, и это стало международной сенсацией.

Рентгеновские лучи – это форма излучения, когда лучи по-разному проходят через различные части тела в зависимости от их плотности, благодаря чему можно получать изображения внутренней структуры человеческого тела и затем переносить их на фотопластинки.

Открытие рентгеновских лучей стало огромным прорывом – это означало, что врачи впервые смогут заглянуть внутрь человеческого тела, не разрезая его.

В течение нескольких недель после открытия Рентгена врачи сделали множество снимков сломанных костей, желчных камней, повреждений и всевозможных предметов (включая пули и иглы), которые оказались в теле человека.

Сегодня мы знаем, что рентгеновские лучи, хоть и могут быть полезны, увеличивают риск развития рака, поэтому нужно относиться к ним с осторожностью. Однако в 1895 году об этом еще не знали. Главным страхом общественности тогда было предположение, что при помощи рентгеновских лучей можно было заглядывать людям под одежду и любоваться их обнаженными телами. Одна компания в Лондоне начала продавать «рентгенозащитное нижнее белье» и, как говорят, сколотила на этом небольшое состояние. Законодательное собрание штата Нью-Джерси даже приняло закон, запрещающий использование рентгеновских лучей в оперных биноклях, чтобы защитить общественную благопристойность!

Интересно, что сейчас эти страхи могут показаться довольно странными и глупыми, хотя сегодня мы сталкиваемся с похожей проблемой.

В аэропортах появились вызывающие споры новые сканеры, которые четко показывают обнаженные тела пассажиров, включая гениталии. Некоторых сотрудников аэропорта уже поймали на использовании таких сканеров в личных целях: один мужчина, работающий в аэропорту Хитроу, якобы использовал сканер, чтобы сфотографировать коллегу, которая затем подала жалобу о сексуальных домогательствах. В аэропорту Манчестера двум женщинам запретили садиться в самолет после того, как они отказались пройти через сканер. В аэропорту Майами вспыхнула драка после того, как один из сотрудников мужского пола подвергся насмешкам по поводу размера его пениса, который отобразился на сканере. Возможно, в будущем эти сканеры покажутся такими же безобидными и тривиальными, как рентгеновские лучи, но в настоящее время это кажется маловероятным.

В 1987 году журналист-гей по имени Рэнди Шилтс выпустил книгу «А оркестр все играл», посвященную ранним годам эпидемии СПИДа. Книга стала весьма спорным бестселлером, особенно из-за ее сенсационного утверждения, что один неразборчивый в связях гей, так называемый нулевой пациент, сыграл важную роль в распространении ВИЧ[62] из Африки в США и в дальнейшем из города в город. В книге нулевого пациента звали Гаэтаном Дюга, он был канадским бортпроводником, который умер от болезни, вызванной СПИДом, в 1984 году.