Энциклопедия доктора Мясникова о самом главном. Том 3 - Александр Мясников(врач-внук)

Взрослея, долгое время я считал эротикой возбуждающие (но, конечно, не порнографические) картинки, музыку из фильма «Эммануэль» (сама Эммануэль мне казалась не достойной высокого чувства, что-то ближе к той самой порнографии, не комсомолка в общем, но и не ведьма, которой все прощается!), какие-то горько-сладкие ароматы.

И только с возрастом понял, что все те, кто за эротику принимает то же самое, не правы! Это только малая составная часть полноценного — 10-го! — органа чувств под названием эротика! Эротика вовсе не набор приемов, направленных на то, чтобы возбудить сексуальное желание! Это 10-е чувство, но первое, которое вообще удерживает нас на Земле! Ведь эротика во всем, что нас окружает. Это разновидность восприятия красоты, но далеко не только! Вы смотрите на прибой и насколько же эротичны катящиеся волны в багровых лучах заката! Повторяют изгибы тела, бархатная кожа которого мерцает в темноте! Как необъяснимо может волновать теплый ветер в степи с запахами полыни и даже сибирский мороз, когда температура валится за 30, а звезды сияют серебряными яблоками совсем близко от тебя!

Вот, я сформулировал: эротика — это способность ощущать стимулы, которые пробуждают в тебе жажду жизни, вкус к ней! Не желание женщины или мужчины — это частность, а жизни вообще! Понаблюдайте, как араб смотрит на коня или гонщик на мотоцикл! Женщины (да и мужчины) не зря ревнуют своих партнеров к их увлечениям! Это ведь именно та самая ревность, без скидок! Теперь для меня совсем по-другому выглядит факт, что зачастую человек испытывает наивысшее сексуальное возбуждение при смертельной опасности и в момент расставания с жизнью. Издревле бытует мнение, что колдовское зелье — мандрагора — произрастает под виселицами, там, куда излилась сперма повешенного в его последние мгновения. Так абстрактная жажда жизни достигает наивысшего пика в момент расставания с ней. А вы говорите юбочки-трусики. Тут все намного серьезнее!

Я, помню, как мы все удивлялись и состязались в остроумии, когда в 2011 году Всемирная Организация Здравоохранения (ВОЗ) внесла любовь в список психических заболеваний, присвоив этой болезни кодовое название F 63.9. (Хотя еще в начале XIX века некоторые психиатрические школы утверждали, что влюбленность — это временное помутнение сознания.) Как безнадежный романтик, я воспротивился такому определению всеми фибрами своей души! Тогда и вера — болезнь! И надежда тоже! Все то, что происходит в нашей душе, овладевает нашими мыслями, руководит нашими действиями, по логике ВОЗ, попадает под определение психического заболевания! Ненависть, честолюбие, страх, ревность и проч., и проч… и проч.!

Но ненависть и честолюбие и прочие нехорошие вещи, пусть их (страхи, так вообще отдельная глава в психиатрии), но за что веру, надежду, любовь? И вот недавно я задумался: а вообще любовь существует как явление вне нас, вне нашей личности? А вера? А надежда? Глупый вопрос? Ну да, наверное…

В повседневной жизни мы постоянно чего-то хотим: есть, пить, спать, нас мучает чувство усталости, боли то там, то сям по всему телу. Но если вдуматься, то на самом деле ничего этого нет! Конечно, умирающий от голода и жажды в пустыне или дальнобойщик, 3-и сутки не вылезающий из-за руля, — примеры абсолютной реальности этих чувств. Но у нас-то с вами? Ну да: недоспал чуток, обед пропустил, кроме утреннего кофе ничего не пил и т. д. Все в нашей голове, мы многократно преувеличиваем наши проблемы и проблемки! И их вполне можно перетерпеть, стоит только мобилизоваться (или побежать под пулями — сам видел, как в такой ситуации московский интеллигент почти сутки убегал по саванне, не думая ни о питье, ни о еде, палкой сшибая с тропы злых от нежданного вторжения ядовитых змей!). Об усталости, голоде и жажде можно на время забыть, а вот о любви — нет!

Но существует ли это чувство вне нас, или ВОЗ права, и все это лишь плод нашего (получается что больного) воображения? Хочу возразить сам себе: а так ли важно это знать, зачем задаваться этим вопросом? Совершенно согласен с Игорем Северяниным:

Наверное, нам хочется убедиться в реальном существовании любви не как особого состояния психики, а как физического явления, чтобы быть уверенным во взаимности. Конечно, если это только у меня в голове, тогда как знать: не обманываюсь ли я насчет ответных чувств? Мой любимый сонет Н. Гумилева:

А как же великие примеры доказательства любви, как же Ромео и Джульетта? Просто двое сумасшедших? Возможно, возможно, суициды — отдельный раздел психиатрии. По существующим сегодня нормам поведения Ромео, увидев бездыханную Джульетту, должен был вызвать скорую помощь. А очнувшаяся Джульетта — тут же вызвать на место происшествия полицию. Но сегодня и до трагедии бы не дошло бы: и Монтеки, и Капулетти были бы ранее лишены родительских прав за недолжное воспитание и оставление без надзора.

Ну, нет! Жить в таком мире было бы просто невозможно! Половой инстинкт, необходимость продолжать потомство, похоть: вот все, что останется человеку, найди мы лекарство от F 63.9. Если любовь — психическая болезнь, то да здравствуют сумасшедшие! Какая разница: любовь — плод нашего воображения или нет. Кто ее испытал, никогда не захочет лишиться такого воспоминания! И попробуйте у него эту любовь отобрать, если он (она) и сейчас переполнены этим чувством! Из страха, ненависти, ревности, человек может убить, а вот за Веру, Надежду, Любовь он готов умереть сам.