Дикая медицина. Шокирующие операции и факты из истории медицины - Дэвид Хэвиленд

Докторская маска в форме клюва часто наполнялась травами и специями в надежде, что их сильный запах поможет преодолеть миазмы. Для дополнительной защиты весь костюм покрывался жиром или воском. Наконец, чумные врачи носили с собой деревянную трость – возможно, ею пользовались для общения с семьей больного (поскольку нормальный разговор должен быть довольно трудным в покрытом воском противогазе с клювом, полным трав) или для физического перемещения его тела.

Клод Бернар был ведущим французским ученым, которого считают пионером физиологии и ключевой фигурой в истории медицины. Он открыл роль поджелудочной железы в пищеварении, а печени – в производстве гликогена. Ему удалось привнести строгость в экспериментальный метод медицины, которая в то время еще в значительной степени основывалась на суевериях, анекдотах и общепринятой мудрости. Когда в 1878 году Бернар умер, он был похоронен публично, став первым французским ученым, удостоенным такой чести.

На протяжении всей своей карьеры Бернар доказывал важность экспериментов и наблюдений, но его методы оставались довольно спорными, особенно когда речь шла о подходе к вивисекции – экспериментах на живых животных (название происходит от латинских слов, означающих «резать по живому»). Современники Бернара были в ужасе от жестокости экспериментов на живых животных – многие из них часто проводились без анестезии. Бернар понимал, что эти испытания крайне неприятны, но чувствовал, что результаты исследований слишком важны, чтобы их игнорировать. Он писал: «Наука жизни – это великолепный и ослепительно освещенный зал, в который можно попасть, только пройдя через длинную и жуткую кухню». Другие, однако, считали, что такие ужасы ничем нельзя оправдать.

В 1845 году Бернар женился на Франсуазе Мари Мартен, известной как Фанни. Это был брак по расчету: Фанни происходила из богатой семьи, а это давало возможность Бернару продолжить свою научную карьеру. С течением времени Фанни, как и дочь супругов, все больше и больше испытывала отвращение к практике вивисекции[20] Бернара. В 1869 году супруги официально расстались – главной причиной разрыва брака Фанни назвала его жестокое обращение с животными. В то время как бывший муж продолжал свою карьеру, Фанни активно выступала против использования вивисекции.

В 1881 году сэр Джеймс Рид был назначен личным врачом королевы Виктории, которая тогда была достаточно здоровой, хоть и несколько полной 62-летней женщиной. Королева была ипохондриком, поэтому вызывала Рида шесть раз в день и подробно информировала его о каждой детали своего здоровья и организма. Иногда она даже требовала, чтобы он раньше вернулся из отпуска. Пока он был в свадебном путешествии, Виктория написала ему записку, сообщив важную новость: «Кишечник работает хорошо». Даже после того как Рид женился, ему не разрешалось жить с женой, потому что Виктории нужно было его постоянное присутствие. Когда Виктория умерла, Рид получил в высшей степени секретное и деликатное задание: он должен был вложить в ее руку прядь волос близкого друга Виктории Джона Брауна вместе с его фотографией. У Виктории и Джеймса Рида явно были очень близкие, доверительные отношения.

После смерти Виктории в 1901 году Рид осмотрел ее тело и обнаружил, что у нее была грыжа и сильно опущенная матка, которые никогда не были диагностированы. Причина этого заключалась в том, что Риду никогда не разрешалось видеть Викторию без одежды, поскольку королевские правила приличия запрещали это. Ему никогда не разрешалось прикладывать стетоскоп к ее груди, и он ни разу не видел ее лежащей в постели. Впервые это произошло за шесть дней до ее смерти.

Такое могло произойти только из-за нелепостей королевского протокола, что на самом деле было довольно типично для того времени. Более того, такая практика была распространена и за несколько веков до этого. Гален рекомендовал измерять пульс пациента на запястье потому, что это не требовало раздевания.

В Средние века врачи, казалось, постепенно отступали от физического контакта с пациентами. Немецкий врач XVIII века Иоганн Шторх, который обладал значительным медицинским авторитетом и чьи работы часто публиковались, почти не встречался со своими пациентами – большую часть диагнозов и лечения он проводил через переписку и дневниковые записи. Еще в 1890-х годах у некоторых семейных врачей в США интимность общения с пациентами не выходила за рамки измерения пульса или проверки их языка.

Короткий ответ: около 25 баллов IQ. По крайней мере, так считалось раньше. Сегодня слова «дебил» и «имбецил» значат, по существу, одно и то же: это уничижительные, оскорбительные термины, которые обозначают человека низкого интеллекта. Однако так было не всегда. В первых американских тестах на IQ слова «дебил», «имбецил» и «идиот» были нейтральными, безобидными терминами, каждый из которых имел определенное значение. Дебил – это взрослый человек с IQ от 51 до 70; у имбецила результаты IQ были меньше, между 26 и 50, а у идиота был самый маленький IQ – между 0 и 25.

Самый первый тест на IQ (его еще называют шкалой Бине – Симона) был разработан во Франции двумя психологами, Альфредом Бине и Теодором Симоном, для конкретной практической цели. Тест состоял из тридцати задач возрастающей сложности. Самые простые, например, заключались в том, чтобы попросить ребенка пожать руку экзаменатору или проследить взглядом за зажженной спичкой. Самые сложные тесты включали в себя запоминание серии из семи случайных чисел и поиск трех рифм к слову «почтение», что, по-видимому, легче, если вы настоящий француз, как эти дети. Тесты были основаны на наблюдениях за средним уровнем способностей ребенка в каждом возрасте, и, таким образом, ученые создали концепцию ментального возраста, отличного от фактического.

Как я уже упоминал, цель этой системы была чисто практической: обеспечить справедливый и последовательный способ измерения того, какие особые потребности имеют школьники, чтобы обучаться раздельно. Таким образом, изобретение шкалы Бине – Симона было направлено на решение очевидной проблемы в школах: некоторых учителей подозревали в том, что они предпочитают исключать детей, доставляющих беспокойство, но на самом деле не имеющих проблем с развитием.

Бине осознавал ограниченность своей системы, поскольку считал, что интеллект – это не что-то врожденное и неизменное, а нечто гораздо более текучее и сложное. Он писал: