Кухонный бог и его жена - Эми Тан
Перл, молодая американка китайского происхождения, серьезно больна и всеми силами стремится скрыть этот факт от своей матери, Уинни. Но и сама Уинни хранит от дочери пугающие тайны своего прошлого. Однако настает момент, когда все секреты должны быть раскрыты — на этом настаивает Хелен, невестка Уинни, которая хочет перед смертью освободиться от бремени лжи. И мы вслед за Уинни, урожденной Цзян Уэйли, возвращаемся в Шанхай 1920-х годов, чтобы вместе с ней пройти через кошмар брака с мужем-садистом, ужасы Второй мировой войны и смерть детей, но не утратить надежды и веры в себя. Второй роман прославленной американской писательницы Эми Тан основан на реальных событиях из истории ее семьи.
Внимание! Аудиокнига может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних прослушивание данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО! Если в аудиокниге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту pbn.book@gmail.com для удаления материала
Читать книгу "Кухонный бог и его жена - Эми Тан"
— Плохая свинья! ворковал тот. — Иди сюда, негодница!
Я испытала такое облегчение! Мы все рассмеялись.
И тут Вэнь Фу снова повернулся к свинье и выстрелил ей прямо в живот, всего один раз. Несчастное животное завизжало, из раны брызнула кровь. Свинья шарахнулась к обочине и свалилась в придорожную канаву, задрав кверху ноги.
У старика от изумления открылся рот. Он подбежал к свинье и взглянул на нее. А затем стал ругаться и хлопать метелкой по земле. Потом он поднял ее и замахнулся на Вэнь Фу:
— Ты кто, обезумевший демон?!
Вэнь Фу нахмурился и навел пистолет на старика, чьи глаза расширились как две монеты.
На этот раз уже Цзяго встал и закричал:
— Остановись!
Вэнь Фу опустил пистолет и улыбнулся начальнику.
— Конечно! Я же только шутил! — сказал он, убирая оружие в кобуру.
Он быстро вернулся в машину, и мы поехали дальше. Я заметила, как напряжены все пассажиры.
Остаток дня прошел в почти полном молчании.
За Чанша мы проезжали мимо холмов с вырезанными в них террасами с рисом. Это и был тот Китай, который вы, американцы, видите в фильмах: бедные деревеньки, где крестьяне носят большие Шляпы, чтобы защититься от солнца.
Что? Нет! Я никогда ничего подобного не носила! Я же из Шанхая. Это то же самое, что подумать, что человек из Сан-Франциско носит ковбойскую шляпу и ездит верхом. Глупость какая!
Люди в тех местах были простыми, очень честными и дружелюбными. Днем мы останавливались в маленьких деревушках, и вокруг нас собирались дети. Они только смотрели на нас во все глаза, никогда не пытались прикоснуться или о чем-то спросить. Прямо на улице служивый покупал для нас готовую местную еду: острый суп-лапшу дан-дан или жирную свинину с капустой. А один раз я ела тофу, жаренный с перцем чили. Ох, как вкусно! Лучшая еда на две сотни миль пути!
Когда смеркалось, нам приходилось быстро искать ночлег. На дорогах было слишком темно, к тому же сонный водитель мог легко съехать в поле — так же, как Вэнь Фу съехал на кладбище. Едва заходило солнце, мы старались укрыться за стенами. А там уж — как повезет.
Однажды мы ночевали в простом отеле с чистыми кроватями и общей ванной, но рады были любой крыше над головой — например, в школе или госпитале, прислонившемся к склону холма. Доводилось нам спать и на деревянных досках в сарае для свиней, которые ночью обиженно хрюкали, пытаясь попасть внутрь.
Мы не жаловались. Китайцы способны приспособиться почти к чему угодно. И неважно, в каких условиях ты жил раньше, бедняком был или богачом. Мы знали, что в жизни все может измениться в любую минуту. Тебе повезло, что ты родилась в этой стране. Тебе никогда не приходилось сталкиваться ни с чем подобным.
Во время пути мы видели самые разные места, в которых жили племенные народы. Люди в грязных шляпах подбегали к грузовику, пытаясь нам что-нибудь продать: сигареты и спички, чашки, сделанные из жестяных банок, и тому подобный хлам. А когда они предлагали нам лучшее из своей пищи, мы смотрели на два кусочка высушенного мяса, лежащие на подушке из водянистого риса, и прикидывали, какому животному принадлежала эта плоть.
Помню, как мы наконец добрались до городка Гуй-ян. Мы должны были остановиться в нем на несколько дней, чтобы водитель починил грузовик и заправил цистерну топливом перед долгим и трудным перегоном в Куньмин. Вэнь Фу знал одну поговорку о Гуй-яне, что-то вроде: «Небо не бывает ясным три дня подряд, а земля — гладкой три дюйма подряд». А все потому, что здесь все время шел дождь и город был весь в холмах и рытвинах. Здания и улицы выгибались вверх и вниз, как спина дракона. А каменистые холмы в окрестностях походили на древних людей, застывших в разных позах.
Уставшие от целого дня в пути, мы выбрались из грузовичка. Старина Мистер Ма показал на ресторан через дорогу и отправил нас туда перекусить, пока он ищет нам отель. Прямо перед этим заведением стоял огромный деревянный чан. Заглянув туда, мы увидели живых белых угрей! В Шанхае такие угри были большой редкостью и знаменитым деликатесом. Оказалось, что в Гуйяне их так много, что можно есть каждый день на завтрак, обед и ужин.
Повар опустил в чан сеть и, вытащив несколько скользких извивающихся тел, обратился к нам:
— Видите? Свежие!
В тот вечер мы съели несколько тарелок этой рыбы, запеченной целиком, толстой, как наши пальцы. И все согласились, что вкуснее, чем здесь, мы угрей не ели. Поэтому, когда Старина Мистер Ма сказал, что нашел нам отель, лучший в городе, мы ожидали увидеть настоящий дворец!
Но я вот что тебе скажу: там было ужасно! Неустроенно и грязно! Когда я спросила, где туалет, меня отправили на улицу. Однако я не нашла там ни туалета, ни сарайчика, ни даже выгородки с занавеской. Выяснилось, что имелась в виду грязная яма, где все, что оставили до меня, лежало прямо перед глазами. Сейчас-то я могу над этим посмеяться, но тогда решила, что лучше потерплю. Вернувшись в свою комнату, я сидела там, пока не почувствовала, что скоро взорвусь. С лица текли слезы и пот. Честное слово! Вот сколько я протерпела, прежде чем снова выйти на улицу.
Внутри отель был ничем не лучше. Матрасы набивали чем попало: грязной соломой вперемешку с камешками, перьями и еще кое-чем, о чем я не стану тебе говорить. Чехлы сшили из тонкой ткани, которую никогда не поливали горячей водой, чтобы присадить нити. Вот поэтому насекомым и было так легко попасть внутрь матраса — словно в открытую дверь. А по ночам они выползали наружу, чтобы покормиться нашей кровью, пока мы спим. Честное слово! Я видела их на спине Вэнь Фу. И сказала:
— Эй, что это? Вот тут, похоже на маленькие красные точки!
Он протянул руку, чтобы коснуться их, потом как заорет:
— Ай-ай!
И давай скакать, стараясь их стряхнуть. А я старалась не смеяться.
Когда он наконец успокоился, я помогла ему избавиться от них. Так вот, под каждым насекомым было пятнышко крови, большее, чем само насекомое.
И Вэнь Фу закричал, что на мне тоже сидит одно, прямо на шее! Я тоже начала прыгать и кричать. Он засмеялся, показал, что он его уже снял, и раздавил в пальцах. Это оказался клоп! Фу,