Девоньки мои - Людмила Лаврова

– Привет, Ася… Ты прости, нет ни сил, ни желания разговаривать сейчас. – Ира чуть не плакала. Когда ее такая устроенная, продуманная жизнь успела превратиться в эту бесконечную гонку с препятствиями, которые все появлялись и появлялись на пути, которому не было видно ни конца, ни края? Когда она перестала быть успешной молодой женщиной, которая по праву гордилась своей красотой и умом? Когда она стала той, кто прячет глаза от подруги, чтобы та не заметила, насколько ей плохо.

– Вижу я все! Знаешь что? Я тебя почти полгода не видела и, похоже, зря. Пошли!

– Куда? Ася, мне некогда, правда, скоро Саша вернется, мне нужно его встретить.

– Ничего с твоим Сашей не случится, взрослый мальчик вроде уже. И мы недолго. Вон скамейка. Удели подруге полчасика! Это невежливо – отказывать, когда тебя просят! – Ася лукаво усмехнулась.

Неожиданно для себя, Ирочка рассказала Асе обо всем, что происходило последнее время в ее жизни. Она рассказывала и от души ревела, уже не стесняясь и не обращая внимания на прохожих. Ася развернула коляску так, чтобы загородить хоть немного подругу, и слушала, не перебивая, понимая, что Ире просто надо хотя бы выговориться.

– Вот и все… Ась, мне так плохо, ты даже себе не представляешь… Я устала, утром не могу с кровати себя поднять. Не могу смотреть в глаза Саше, маме, свекрови…

– Ну вот что! – решительно перебила подругу Ася. – Нагрузила ты себя по самое не могу! Нельзя так, Ирочка! – Ася обняла подругу. – Ты сломаешься! Если уже не сломалась. Какое тебе дело до того, кто и что там думает, хоть бы это были и мамы или муж. У тебя вся проблема в том, что своей жизни, своей радости у тебя никогда не было. Ты все время пыталась угодить другим. Все время исполняла чьи-то указания, прихоти, желания… Свои-то у тебя когда-нибудь были?

– Были…

– Какие?

– Я хотела поехать на Кубу…

– Куда? – Ася удивленно отстранилась и посмотрела на подругу.

– На Кубу. Всегда мечтала там побывать. С тех пор, как училась в школе.

– А кто мешает? Вроде не бедствуешь, зарабатываешь хорошо, да и Саша у тебя не жалуется.

– Не знаю…

– Ирка! Слушай! Я знаю, что тебе надо сделать. Вот только не смотри на меня сейчас так! Я далеко не всегда умные советы раздаю, но тебе – так уж и быть! – Ася улыбнулась. – Плюнь на все!

– Как это?

– А вот так! – Ася плюнула на дорожку и рассмеялась. – Некультурная я сейчас, но это для дела. Плюнь! На все и на всех! Сделай хоть раз в жизни то, что хочется именно тебе. Поезжай на свою Кубу. Одна.

– Ты что?! Как я могу, я ведь замужем.

– За мужем, Ирка, за ним, понимаешь? А ты этого мужа выбирала? Ты его любишь? Что тебя с ним связывает? Вот и будет у тебя время подумать. Или поезжай с ним, как раз в себе разберешься, без всяких капельниц.

– Без кого? – Ира улыбнулась сквозь слезы.

– Без капельниц! Без мамы твоей, без свекрови, без всех тех, кто кап-кап-кап на темечко! Это же пытка такая в средние века была. От нее, Ирка, люди с ума сходили, это я тебе авторитетно, как историк, заявляю!

– Историк! Ты диплом-то защитила?

– А то! Еще три месяца назад. Так что теперь я дипломированный специалист. Немножко поздно, но лучше так, чем никогда.

– Не знаю, Ась, это странно как-то. Вот так сорваться, уехать…

– Да сделай ты хоть раз что-то не по плану! – Ася с досадой стукнула кулаком по поручню коляски и тут же начала катать ее туда-сюда, потому что Илюшка, второй сын Аси, завозился, грозя проснуться. – Плюнь на планы! – сердито зашипела она. – Дали они тебе хоть что-то, кроме того, что ты сейчас имеешь? Я имею ввиду тебя саму. Ведь без слез на тебя смотреть нельзя! Все, не получится, проснулся… – Ася взяла на руки сына и поцеловала теплую щечку сонного малыша. – Ирка, вот это счастье должно в любви получаться, когда его хотят. Тогда и ребенок счастливым будет. А у тебя в этом уравнении чего-то не хватает. Думаю, и сама понимаешь. Добавь к своей жизни элемент неожиданности и собственной радости. Может, что и получится?

Они распрощались, и Ира пошла к дому. С каждым шагом она все больше понимала, что даже если Ася не права, определенно логика в ее словах есть. Она вошла в квартиру и поняла, что Саши дома нет. Быстро приготовив лёгкий ужин, она взяла планшет и устроилась на диване. И сама не заметила, как увлеклась, и, к тому времени, как Саша приехал домой, у нее было готово уже минимум три предложения по поездке. Удивленный донельзя Саша только оторопело кивнул на вопрос жены, могут ли они поехать туда, куда ей так хочется.

– Конечно, можем. Только это так неожиданно… Не замечал у тебя склонности к внезапности.

– Дорогой, ну женщины всегда немножко взбалмошные особы. Или тебя это сильно смущает?

– Не особо! – Саша обнял жену.

– Только можно просьбу?

– А давай! Мне уже нравится эта загадочность.

– Давай мы ничего не скажем родителям. Вот ничегошеньки. Уехали и все. А куда, зачем – мы же взрослые детки уже, можем не говорить?

– Согласен! – Саша внимательно посмотрел на жену. – Странная ты сегодня, но улыбаешься, а я уже успел соскучиться по твоей улыбке.

Они улетели, действительно никому ничего не говоря, и провели две недели на Кубе, выключив телефоны и включая их на пару минут в день для того, чтобы спросить все ли в порядке, и тут же отключаясь, хохоча как дети, если кто-то из матерей решал почитать им нотацию, в духе «как можно так относиться к родителям».

А жаркими ночами Ирочка лежала без сна рядом со спящим мужем и разглядывала его, понимая, что давно уже любит Сашу, только за всеми своими рассуждениями и мыслительными процессами до сих пор не давала себе даже допустить мысль о том, насколько он стал ей дорог за то время, пока она носилась по врачам, а он ни словом, ни делом ни разу не только не задел ее чувства, но и старался быть рядом, поддерживать ее всеми силами. Ведь она слышала отрывки разговоров по телефону Саши с матерью и понимала, что, не оправдав ее надежд, стала неугодной. Видела, как Ольга Михайловна поджимала губы, когда они встречались. Но Саша не позволил ей ни разу ни словом, ни взглядом упрекнуть Иру.

– Ты мой любимый… – Ирочка шептала эти слова тихонько, чтобы