Лагуна - Ава Хоуп

Остановившись посреди пляжа, я гляжу на солнце, огромным сияющим диском красующееся на чистейшем голубом небе. По пляжу проносятся крики чаек, которые теряются в шуме волн, и я закрываю глаза, внушая себе, что справлюсь с этим. Никто ведь еще не умирал от разбитого сердца, правда?

Но что, если я стану первой? Покроет ли это страховка?

Да, я снова несу какую-то чушь, ведь мне больно.

Так, как не было никогда прежде.

Так, словно я только что умерла.

Глава 28

Эммелин

Знаете рецепт идеального дня для того, чтобы отвлечься от разбитого сердца?

И я не знаю, но решила попробовать разные вариации.

Ведро мороженого плюс кола плюс «Как отделаться от парня за десять дней» равно провал. Я начала рыдать, как только каждый из главных героев заключал свое пари, ведь знала, к чему это приведет.

И почему в двадцать первом веке до сих пор не изобрели какую-нибудь штуку, которая могла бы стирать тебе память, чтобы ты мог пересмотреть свой любимый фильм, будто никогда не видел его прежде? Это бесчеловечно со стороны миллиардеров – не вложиться в подобное изобретение.

Следующим комбо стало маска для лица плюс пинаколада плюс «Парни с тату. Прямо в сердце». Тут играет красавчик Джон Би из «Внешних отмелей». И все было хорошо, пока я не узнала, что главная героиня Шоу влюблена в главного героя с детства. А узнала я это почти в самом начале. Ужасное начало фильма. И теперь мой самый нелюбимый троп. А дальше он вообще ей изменил. И зачем Чейз Стоукс снялся в подобном фильме? После этого он определенно вылетел из тройки идеальных мужчин.

Еще одним вариантом стало просто лежать и рыдать, глядя в потолок, изредка потягивая через трубочку Пина Коладу. Но Пина Колада слишком быстро закончилась, и пришлось вставать, чтобы налить еще.

Дурацкое солнце за окном сияет. Ну, хотя бы у погоды все хорошо. Хотя, судя по сильному ветру, намечается буря, так что, может быть, погода просто делает вид, что у нее все хорошо, а на самом деле это сплошное лицемерие.

Боже, что я несу?

Занавески приоткрытого балкона развеваются от ветерка, и мне слышно, как пальмы шелестят своими листьями. Выглядываю на улицу и вижу, как к песчаному берегу то и дело прибивает сильные волны. Грядут те самые бигвейвы, которые можно наблюдать у нас на другом конце острова лишь дважды в год.

Мы с отцом каждый год смотрим на то, как серферы со всего мира приезжают к нам, чтобы поймать их. И никому до сих пор не удавалось. Кроме моего отца. И всякий раз, когда мы отправляемся к месту их обрушения, я замечаю, как сияют его глаза, и ощущаю свою вину за то, что ему пришлось все бросить из-за меня.

Теперь, кажется, я понимаю, что чувствует Макс, когда речь идет о Дине. Вот только мой отец ни разу не упрекнул меня в том, что лишился жизни серфера, когда появилась я. А Макс пошел на такое из чувства вины…

Я что, действительно оправдываю его сейчас?

О господи, мне срочно нужно выпить еще!

Когда я дохожу до кухни, чтобы сделать новую пинаколаду, то спотыкаюсь о свое платье, в котором вчера была на вечеринке. Глаза снова наполняются слезами. Я просто падаю на пол и запутываюсь пальцами в сеточной ткани. Прислонившись затылком к кухонному шкафчику, закрываю веки, чувствуя себя полной дурой.

Как я могла подумать, что он влюбился в меня? Зачем доверилась ему? Почему слепо поверила в то, что он хочет быть со мной?

От жалости к самой себе тошно. Хочется напиться и забыться, чем я и решаю заняться в качестве следующего варианта борьбы с горем. Поднимаюсь на ноги и тянусь к бутылке рома, что стоит на столешнице.

Делаю глоток и тут же морщусь. Отвратительно.

Сажусь обратно на пол и делаю еще глоток. А потом краем глаза замечаю, как входная дверь моего бунгало распахивается, и на пороге оказывается Эмбер. На ней легкие шорты и топ из муслина, а сверху – длинный кардиган. Что означает, что я права и на улице и в самом деле сильный ветер.

Эмбер убирает свои длинные темные волосы от лица и хмурится, разглядывая беспорядок, который я устроила. Повсюду разбросаны пакеты из-под чипсов, обертки шоколадок, пустая банка от колы, вещи, которые я привезла и не разобрала после свидания с Максом, и еще кое-что из того, что я брала с собой к Клэр.

В общем, при взгляде на все это кажется, что меня ограбили и я пью с горя.

– Ненавижу ром, – признаюсь я. – Он лицемер. В Пина Коладе делает вид, что весь такой сладкий, подстраивается под нее, заставляет ее поверить, что он не такой, не горький и не отвратительный. А на самом деле этот ром на вкус – редкостная дрянь.

Эмбер сводит брови к переносице, но ничего не произносит после моей душещипательной реплики. Я снова отпиваю ром из горла, и обжигающая мерзкая жидкость согревает меня изнутри.

– Сейчас я вернусь, – задумчиво произносит Эмбер, и я ничего не спрашиваю.

Признаю, что выгляжу достаточно своеобразно. Я никогда не напивалась в хлам, кроме того случая, когда мне исполнялось восемнадцать. Но разве можно отказать этой милой бутылке рома в моих руках? У нее ведь такой жалостливый взгляд, как у щеночка. Клянусь, я даже слышу ее тоненький голосок: «Выпей меня, мне так одиноко».

Делаю очередной глоток, обжигающий горло, и меня едва не выворачивает. Ужасно. Кто вообще решил, что мы должны пить это дерьмо, еще и за собственные деньги?

Несколько минут спустя Эмбер возвращается с бутылкой текилы и садится рядом со мной на пол.

– О нет. Ненавижу текилу. – Я зажмуриваюсь. – Она заставляет меня ввязываться во всякие разные авантюры.

– Ну, ты же любишь всякие приключения, так что почему бы и нет?

– Предлагаешь пуститься во все тяжкие? – Я вскидываю бровь. – Найти приключений на свою задницу? Пойти в бар, познакомиться с кем-то, заняться жарким сексом?

– Извини, детка, но я слишком стара для такого дерьма, – хмыкает Эмбер, и я пожимаю плечами, вновь опрокидывая в себя ром. – Я позвонила Клэр. Оказывается, она на острове, в больнице. Так что через пятнадцать минут будет здесь.

Клэр в больнице. С Арчи?

Хоть что-то хорошее. Возможно, стоит дать текиле шанс.

Интересно, все ли с ним хорошо? С Арчи. Как дела у Макса, мне глубоко наплевать. А