Часовой дождя - Татьяна де Ронэ

Рапп, расположен во впадине и поэтому находится ниже, чем другие. Ситуацию усугубляют подземные воды, проникшие из тоннелей метро. В домах этого квартала вода доходила до потолков первых этажей. Электричества в квартирах не было, но в окнах то там, то здесь плясали огоньки свечей. Пучки света от полицейских фонарей медленно ползли по фасадам, и хотя Линден пытался следить взглядом за этими желтыми кружками на камнях, его глаза ничего не видели. Ему опять было девятнадцать. Четвертый этаж, дверь направо. Нежная шелковистая кожа Адриана, жар его рта, как будто все это было вчера. Он ничего не забыл. Однажды весенним утром молодой человек лет двадцати вошел в фотолабораторию у площади Бастилии, где он работал. Линден никогда не видел такой красивой улыбки. Поначалу он казался робким и не мог смотреть Линдену в глаза. Ему нужно было распечатать и вставить в рамку несколько черно-белых фотографий. Линден почти не обращал внимания на эти фотографии, он видел только руки молодого человека, тонкие и загорелые. После Филиппа у него ни с кем не было серьезных отношений, так, мимолетные приключения на один день. Линден часто чувствовал себя одиноким в своей комнатке на улице Сент-Антуан, существование казалось пресным и бесцветным. Этот голубоглазый незнакомец со своей робкой милой улыбкой в каком-то смысле вернул ему веру. Вечером того же дня, когда Линден после работы вышел из мастерской, собираясь отправиться домой, молодой человек ждал его неподалеку, на улице Рокетт. Так все и началось. Линден привел его к себе в маленькую комнатку под самой крышей. Адриан ласкал щеки Линдена, потом медленно и пылко поцеловал. В объятиях Адриана Линден чувствовал себя в безопасности, словно в надежном пристанище. Они встречались много раз, и всегда у Линдена. Им нужно было соблюдать осторожность: Адриан жил с родителями, был единственным сыном и не говорил им о своей гомосексуальности, ему даже пришлось выдумать какую-то подружку, чтобы те отстали с расспросами. Он учился в Сорбонне на историческом факультете, был нежным, серьезным и очень порядочным. Линден помнил его голос, приятный и мелодичный. Их отношения продолжались год. Линдену они подарили надежду и уверенность, он себя чувствовал не таким одиноким. Любовь к Адриану заполнила некую пустоту. Иногда они говорили о будущем. Адриан очень боялся реакции родителей и был не готов им открыться. Особенно он опасался отца, тот был настоящим гомофобом, утверждал, что геям место в тюрьме или вообще на виселице. Мать, возможно, восприняла бы это известие лучше, но он все равно был слишком напуган, чтобы ей довериться. Ему не с кем было поговорить, не с кем пообщаться, у него даже не было друзей. Как повезло Линдену, что он смог так легко открыться тете, и как замечательно она отреагировала.

Воспоминания Линдена прервали булькающие звуки полицейской рации. Как оказалось, на улице Малар полиция поймала с поличным троих грабителей со всей их добычей. На злоумышленников нацепили наручники и отправили в комиссариат на проспекте Мен. Линден одобрительно покивал, мол, хорошо, что поймали, а на самом деле плевать ему было на этот арест. Прямо перед собой он видел дом двадцать, справа от ресторана. Скромное невзрачное здание, совсем неприметное рядом с соседними домами, величественными и импозантными. Ни одного огонька свечи в окнах. Родители Адриана до сих пор здесь живут? Он хорошо помнил эту квартиру, хотя приходил туда всего два раза. Там было мрачновато, в окна никогда не заглядывал солнечный свет. Отец-преподаватель вместе с женой уехали на все каникулы в Испанию. Молодые люди были уверены, что их никто не побеспокоит. Кто знал, что родители вернутся раньше времени? Адриан умолял Линдена провести ночь вместе, в родительской квартире. Только одну ночь! Они могли бы спать в большой постели, а перед возвращением родителей поменяют простыни. Он приготовит прекрасный ужин. Линден не мог отказаться, видя, с каким воодушевлением Адриан готовится к их свиданию. Ни тот ни другой не услышали, как поворачивается ключ в замке. Они крепко спали, обнаженные, в объятиях друг друга. Линдена разбудил сдавленный крик. Открыв глаза, он увидел у кровати возмущенных мужчину и женщину. Все произошло так быстро. Отец, вне себя от ярости, с красным перекошенным лицом, орал, как это отвратительно, мерзко, гнусно, и, тыча в них когтистым пальцем, обзывал грязными, вонючими педиками. Линден и Адриан, соскочив с кровати, беззащитные и беспомощные в своей унизительной наготе, поспешно одевались, путаясь в штанинах и рукавах, чувствуя спиной этот залп проклятий, по щекам Адриана катились слезы. Невозможно забыть слова отца, которые он выплевывал из разъяренной глотки: пусть Адриан убирается к чертовой матери вместе со своим приятелем-пидором, пусть только попробует еще сюда сунуться. Ты слышал, Адриан? Тебе все ясно? Сколько желчи в его голосе: ты нам больше не сын! все кончено! Сын гомик? Никогда! Жалкое ничтожество. Позор всей семьи. Что скажут бабушка с дедушкой? А тети и дяди, а кузены? Он об этом подумал? А о собственном отце он подумал? И о матери? Лучше бы он вообще на свет не родился, лучше бы жена сделала аборт! Адриан больше не получит от него ни гроша, ни единого сантима. Как ему не стыдно! Таким извращенцам место за решеткой. В других странах вообще гомосексуалистов убивают, они там боятся, это у любого выбьет дурь из головы! Как таких вообще земля носит? Они что, не понимают, что всем противны, что их все презирают? Линден выволок Адриана из квартиры, потащил по лестнице. На метро они отправились домой к Линдену. За руки они держаться не решались, но все то время, пока они ехали по их восьмой линии, Линден умирал от желания утешить Адриана. Даже сейчас, двадцать лет спустя, Линден помнил эти минуты, ощущал их мучительное бремя. Он был рад, что сейчас слишком темно и Ориэль не может видеть его лица. Адриан никогда не жаловался и никогда больше не вспоминал об этом эпизоде. Но в нем как будто что-то надломилось. Какое-то время они жили у Линдена, Адриан с усердием окунулся в учебу, потом нашел работу в книжном магазине, и они потеряли друг друга из вида. Так решил Адриан. Через несколько лет Линден узнал из Фейсбука, что Адриан женился, у них с женой родился ребенок. Он увидел семейную фотографию: на заднем плане родители Адриана демонстрировали гордую улыбку. Линден не мог поверить глазам. Он показал фотографию своим друзьям, некоторые из них знали Адриана в те времена, когда они еще были вместе. Один из них, Мартен, сказал,