Пути сообщения - Ксения Буржская

поместился! – воскликнул Георгий Иванович, слезая по ступеням. Пальто Наташи все еще оставалось у него в руках. Ладно, сказал он мне, давай ищи, как мы будем делать парню пирсинг. Ну это просто, сказала я. Внутри хеликса есть игла, когда я перепрошью чип, я его как бы обнулю, вы поднесете серьгу к уху, я отдам команду чипу, и она защелкнется – я уже изучила вопрос. Влад лег на пол и заплакал. Вы какие-то психи, сказал он. И маньяки. Верните меня в приют. Данил чертыхнулся и вышел на балкон курить, Георгий Иванович мялся в дверях с Наташиным пальто, и, я так поняла, воспитательная работа опять достается мне. Что ж, сказала я, Влад, ты уже взрослый. Я не взрослый, проныл он, а я сказала: скоро мы наденем на тебя хеликс, как у всех взрослых, у твоей мамы же был такой? У моей мамы есть такой, сказал Влад, и я не знала, как продолжать дальше. Ну так вот, собралась я, чтобы ты мог уехать… Куда, перебил он. Туда, сказала я, туда – отсюда. Отличный ответ, вставил Георгий Иванович. Сарказм, я так поняла. В общем, Влад, продолжила я, все, что мы делаем сейчас, – это для того, чтобы помочь тебе. Хеликс надевать небольно, поверь мне, это ничто по сравнению с тем, что бывает. А что бывает? Разное, снова встрял Георгий Иванович. Отличный ответ – тут уж я не выдержала. Что вы его путаете? – спросил Данил. Скажите прямо: он поедет за границу вместе с другими отличными ребятами, и там его встретит ваша сестра. Георгий Иванович кивнул: точно. Ее зовут Эля. Это, Влад, миссия. Как у мамы? Точно. А почему ты не едешь со мной? – спросил Влад Данила, и это был справедливый вопрос, ведь Данил обещал заботиться о нем. А я не могу, сказал Данил, я должен остаться здесь. Потому что ты отдашь мне хеликс? И поэтому тоже. Я вас покину ненадолго, сказала я. Они все замерли: это почему еще? Мне нужно перепрошить хеликс, сказала я. Когда все сделаю, вернусь. С Богом, сказал Георгий Иванович. При чем тут Бог, интересно? – спросил Данил. Посмотрим, сказала я и вышла из чата.

Рюмочная

– Вот так, – сказал Данил. – Теперь тебя зовут Даниил Коган, тебе одиннадцать лет, и твои родители – это мои родители. Праведники, молящиеся, верные режиму.

– Они меня усыновили, типа? – уточнил Влад, рассматривая в зеркало свое ухо – маленькое титановое колечко, в котором было столько прав, будто это кольцо всевластия.

– Получается, так. Правда, они об этом не знают.

– Ясно, – сказал Влад, хотя ясного во всем этом не было ничего.

Георгий Иванович на кухне варил уху по-фински.

– Нина! – крикнул он. – Поставь таймер на тридцать пять минут.

– Принято, – отозвалась Нина.

– Хотя даже неловко теперь тебя просить о такой ерунде.

– Да бросьте, мне несложно.

– Ты молодец, – сказал он.

– Спасибо, – ответила Нина смущенно. – Ваша похвала – это что-то особенное.

В дверь позвонили.

– А это кто еще? – напрягся Георгий Иванович.

– Это Анаис, – сказал Данил и пошел к дверям.

Все обитатели квартиры высыпали в прихожую.

Сначала распахнулась дверь, а затем появилось кровавое пальто, и внутри него Анаис – в идеальном брючном костюме и с гладко зачесанными в пучок волосами. Форменная стерва. Георгия Ивановича передернуло, но он взял себя в руки и очень приторно сказал:

– Милости просим, милости просим, можете не разуваться.

– Пальто возьми, – скомандовала Анаис и сбросила свою защитную шкуру на руки Данила.

Он молчал: Анаис дома и Анаис при полном боевом комплекте – две разные женщины, и вторая Данилу все еще внушала страх и восторг одновременно.

– А чем это у вас так пахнет? – спросила она и, поколебавшись, последовала за Георгием Ивановичем.

– А это вы вовремя: пообедаете с нами, я только что приготовил суп по уникальному рецепту, – сказал тот, доставая еще одну тарелку и приборы.

Анаис прошла на кухню, и после каждого ее шага в ковре оставались ровные выемки от каблуков.

– Что вы говорите! И чем же он уникален? – спросила Анаис, разглядывая фотографии на стенах.

– В общем-то совершенно ничем. Разве что тем, что его часто готовила моя жена Наташа после того, как мы съездили в Хельсинки. Давно это было, до Изоляции еще.

– А где сейчас ваша жена?

– К сожалению, теперь только на тех фото, которые вы рассматриваете.

– О. Простите за бестактность.

Анаис села за стол и вдруг, как будто вспомнив что-то, негромко позвала:

– Нина?

– Я вас слушаю, здравствуйте, – отозвалась Нина.

– Меня зовут Анаис.

– Да, я знаю, кто вы.

– Что ж. Могу я задать вам личный вопрос?

– Конечно.

– Правду ли я слышала о вас, что вы несколько отличаетесь от других наблюдателей?

– Все мы разные, – уклончиво ответила Нина.

– Ты можешь сказать ей правду, – улыбнулся Данил, заходя в кухню. – Не бойся.

– Я не боюсь, – возразила Нина. – Я просто не совсем поняла вопрос.

– Вы, как бы это сказать, больше не наблюдаете? – уточнила Анаис.

– Как же, наблюдаю, – довольно сказала Нина и, выдержав мхатовскую паузу, добавила: – Но не докладываю.

– Вам удалось перепрошить хеликс Данила?

– Да. Операция прошла успешно.

– Где же мальчик? – Анаис обратилась уже к Данилу, но Нина отреагировала первой:

– Он в спальне. Сейчас я его позову.

– Давайте обедать, – позвал Георгий Иванович, подавая на стол первую пару тарелок с супом.

– Пахнет изумительно, – сказала Анаис.

– А вы еще попробуйте!

Тут на кухню влетел Влад и, не обращая на гостью никакого внимания, плюхнулся на стул и схватил ложку.

– Ну здравствуйте, молодой человек, – обратилась к нему Анаис, и Влад был так поражен, как будто с ним заговорило кресло или того хуже – умывальников начальник и мочалок командир.

Он положил ложку и смотрел на Анаис с ужасом.

– Ты разговариваешь? Он разговаривает у вас? – спросила Анаис, и Нина тут же откликнулась:

– Отлично, отлично разговаривает. Это Владислав Коган, одиннадцати лет.

– А так и не скажешь, – удивилась Анаис, оглядывая его.

– Конечно, не скажешь, – быстро вставила Нина. – Ведь ему девять.

– Браво, Нина, – засмеялась Анаис. – Чувства юмора вам не занимать.

Нина обрадовалась:

– Да. Спасибо. Я долго этому училась.

– Хорошо, Влад, – сказала Анаис, протягивая руку. – Я Анаис Петровна. Будем знакомы?

Влад руку пожал, но все еще, насупившись, молчал.

– Ничего, – улыбнулась Анаис. – Ты прав. Когда я ем, я глух и нем, так? Поговорим потом.

Данил благодарно кивнул Анаис.

Все сели есть.

– Когда вы едете? – спросил Данил.

– Послезавтра вечером.

– Слышь, Влад, – обратился Данил к Владу. – Послезавтра поедешь в путешествие!

– Ну и повезло тебе, – добавил Георгий Иванович с совершенно постным видом, наливая себе в рюмку водку. – Кому