Метод книжной героини - Алекс Хилл

– Да, было бы неплохо.

– Сейчас принесу.

Чем дальше я от дома, тем сильнее мысли тянут назад. Плохое предчувствие не утихает, и даже счет проплывающих мимо фонарных столбов не успокаивает. Ровный асфальт сменяет грунтовая дорога, за окнами автомобиля виднеется заброшенная промышленная зона, которая уже давно стала обителью учеников Волковского колледжа. Такси останавливается у ворот, и я вижу темный силуэт, окутанный сумерками. Елисей смотрит в землю, руки в карманах брюк, на плечах темный пиджак. А он и правда похож на бандита. Вечер обещает быть долгим и хмурым, ведь я буду рядом с генералом-булыжником. Выхожу из машины, мелкие камешки хрустят под подошвами ботинок. Останавливаюсь напротив Елисея, разглядывая его образ:

– Классный костюм. Если заляпать тебя кровью, будешь настоящим гангстером.

– Идем, – говорит он, разворачиваясь.

– Спасибо, Лана, ты тоже замечательно выглядишь, – тихо кривляюсь я, шагая следом.

Он останавливается и поворачивает голову. Замираю рядом, отвечая на его острый взгляд таким же прямым и смелым. Замечаю, как вздрагивает грудь Елисея на коротком смешке, и приподнимаю бровь.

– Ты хочешь комплимент, Лана? – спрашивает он.

– Хочу немного вежливости с твоей стороны.

– Ах, вежливости?

Он обнимает меня за шею, а я поднимаю руку и касаюсь его горячей ладони. Елисей переплетает наши пальцы, в его глазах блестит волнующий свет:

– Отлично выглядишь.

– Какая банальщина.

– Ты бесишь меня лучше всех. Это талант, – говорит он и улыбается, ускоряя мой сердечный ритм.

– Неплохо, но все еще не то.

Елисей раздраженно цокает языком, ничего не отвечая, и ведет меня к зданию из старого кирпича. В окнах первого этажа горит свет, доносятся легкие звуки музыки. Даже не верится, что среди груды развалин есть еще что-то живое. Волки хорошо постарались. Удивительно еще и то, что Загорный смог договориться с их королем и устроить тусовку здесь. Хотя язык у него длинный, а мозг рабочий, следующий свой день рождения он может отпраздновать и в Кремле.

Протоптанная дорожка приводит нас к обшарпанной двери. Елисей толкает ее и, прежде чем войти, наклоняется к моему уху:

– Крутые ботинки.

Опускаю ресницы, улыбка расцветает на губах. Единственная деталь, которая отражает меня настоящую, и он выбрал именно ее. Это просто незаконно.

Входим внутрь, первое, что бросается в глаза, – старые выцветшие ковры, расстеленные поверх деревянного пола. Оглядываюсь по сторонам: в центре просторного помещения три дивана, поставленные буквой «п», у стены четыре стола разных форм и размеров, столешницы которых обтянуты зеленой тканью, в дальнем углу импровизированный бар. Желтый свет ламп смешивается с неоновой подсветкой вывесок, которые, скорее всего, были честно украдены из баров и клубов. Хенд-мейд казино в чистом виде. Точно в стиле хулиганов, учащихся в Волковском колледже.

– Генерал! Мы тебя уже потеряли! – кричит Загорный, сидящий на центральном диване. – Идите к нам!

Проходим мимо нарядных гостей, почти все девушки в черных коротких платьях, на губах алая помада, парни в рубашках и галстуках, кто-то даже портупею непонятно где откопал. Лица некоторых ребят мне знакомы, учатся или учились в нашей школе, остальных же я вижу впервые. Невольно напрягаю плечи, тело деревенеет, и Елисей крепче прижимает меня к себе, напоминая, что я здесь не одна. Незаметно выдыхаю и собираюсь с мыслями. Мне не нервничать нужно, а играть роль. Причем, сразу две. Ого, да я же двойной агент. А прибавка к жалованью будет?

Елисей садится рядом с Загорным, утягивая меня за собой. Вероника, в высокую прическу которой воткнуто пушистое перо, приветливо улыбается, а вот Настя поправляет длинные рукава темно-фиолетового платья и отводит взгляд. Совесть ядовито шепчет: «Обманщица», и я коротко вздрагиваю, избавляясь от нахлынувшей дрожи. Елисей убирает руку с моих плеч, по всей видимости решив, что мне неудобно, и кладет ее на мое колено. А это что за дела?! Накрываю его ладонь своей, безжалостно вонзая ногти в кожу.

– Ита-а-ак… – игриво тянет Загорный и ударяет пальцами по полям черной шляпы, чтобы убрать ее со лба. – Значит, вы вместе?

Елисей перехватывает мою ладонь, вновь переплетает пальцы и опускает наши руки к себе на колено. Лучше, конечно, но ненамного.

– Да, – отвечает он спокойно.

– Тогда требуем официальное знакомство, – щебечет Вероника.

Смотрю на Елисея, негативные волны, исходящие от него, впиваются в кожу холодными колючками. Если ему самому все это так не нравится, зачем он меня вообще сюда притащил?!

– Я Лана, – говорю смело и громко, не дожидаясь помощи от своего псевдопарня. – Вы можете не представляться. Кто не знает бывшую и настоящую генеральскую свиту.

– Это ведь ты в «Золотой рыбке» сообщила о приходе гимназии, – прищуривается Загорный и кивает. – Точно! Ты молодец!

Елисей крепче сжимает мою ладонь, напоминая, что он так не считает, а Загорный поднимается с места, хлопнув себя по коленям, и весело предлагает:

– Девчонки, а хотите выпить? За знакомство и за именинника. Лана, что ты будешь?

Елисей встает следом и строго произносит, глядя на меня:

– Я знаю, что ей принести.

«Цианистый калий, пожалуйста», – отвечаю ему мысленно.

Парни уходят, Витя, Рома и еще несколько ребят бурно обсуждают предстоящий футбольный матч, а я остаюсь один на один с Вероникой и Настей.

– Вы неожиданная пара, – говорит Вероника, хлопая длинными ресницами.

Пытаюсь выловить в ее интонации или поведении подвох, но выглядит она вполне искренней и совсем не стервозной. Настя вообще молчит, глядя в пустоту. Странно, я думала, они будут угрожать или хотя бы попытаются пощелкать зубами у моего лица.

– Это почему? – спрашиваю я.

– Не знаю, – пожимает плечами Вероника. – Елисей не слишком-то общителен, чтобы заводить новые знакомства, и тут ты.

Вспоминаю, с чего все началось. У Елисея просто не было выбора.

– И тут я, – повторяю тихо.

– Сейчас вернусь, – говорит Настя и шустро срывается с места.

Вероника смотрит подруге вслед и печально вздыхает. Конечно же, она в курсе ее симпатии. И что теперь? Разборки?

– Рада знакомству, Лана. Еще поболтаем.

Вероника тоже покидает диванную зону, и я в недоумении моргаю несколько раз подряд. А где же крики «Он мой! Я тебе его не отдам!»? В чем прикол? Ах да, мы же не в романе. Катя мне уже совсем мозги запудрила.

– Эй! А я тебя вспомнил! Это ты в кино стакан уронила, – усмехается Витя. – Было эпично.

– Нелепая случайность.

К моей щеке прижимается холодный пластик, а над ухом звучит хриплый шепот:

– Ты свое полное имя произнесла?

Оборачиваюсь, встречаясь с серыми глазами. Елисей опирается на спинку дивана, его лицо в нескольких сантиметров от моего, и я чувствую запах лимонных конфет. С онемевших губ слетает шепот:

– Нет. Твое.

– Мое здесь