Верные сердца - Анна Рыбкина

очень короткое. Едва котятам исполнилось пять недель, хозяйка понесла их на рынок. Чистенькие и ухоженные сиамские котята пользовались спросом.

Его купили первым. Молодая пара, снимавшая квартиру неподалеку, выбрала самого крупного котика. Так что детство и юность тоже обещали быть вполне себе ничего, ведь его не нашли, не подобрали, а специально приехали и выбрали себе любимца.

Любимца назвали Дым. Для своих людей он был милым малышом, но его характер старшего и главного, не находящий себе применения, выливался порой в такое домашнее хулиганство, что хозяева просто диву давались. По вечерам их Дымка превращался в настоящего бесенка, а его глаза горели красным дьявольским огнем.

К счастью, месяца через три они догадались:

– Милый, мне кажется, нашему Дымке скучно одному. Может, заведем ему подружку?

Милый был не против. Снова съездив на рынок, они вернулись домой с нежнейшим белым комочком, похожим на крошечное облачко с небесно-голубыми глазками. Назвали этого ангелочка Санта.

– М-дааа… Девчонка! – презрительно фыркал Дым, оглядывая вновь прибывшую, – Ну ладно, будем воспитывать.

Санта оказалась девочкой робкой, доверчивой и послушной. Она не давала повода применить к ней жестких воспитательных мер.

И зажили они с Дымочкой душа в душу – спали в обнимку, умывали друг друга часами, бегали за игрушечными мышками, а после довольно мурчали у хозяев на коленях.

Но иногда по вечерам в глазах Дыма загорался красный огонь, и начиналось «воспитание». Да такое, что бедную Санточку хозяйка спасала на руках. Конечно, ему бы в подопечные какого-нибудь хулигана-сорванца, а не эту нежную принцессу…

И вот через несколько месяцев кошачий ангел, как говорится, подсуетился.

Хозяева подобрали котенка на улице, подростка месяцев четырех-пяти, абсолютно черного долговязого шалопая. Ну наконец-то! Идеальный воспитанник!

И зажили они еще веселей. Дым был счастлив. У него была настоящая стая, в которой он был полноправным вожаком. И хотя все члены стаи это и так признавали, иногда по вечерам он напоминал им, кто главный, да так, что клочки летели. В основном черные, но иногда и белые.

Когти у Дыма были длиннющие, железные, не когти, а сабли! Ему еще и года не было, а он уже превратился в огромного кота. Когда к хозяевам приходили друзья, Дым вызывал всеобщее восхищение своим царственным видом. И вел он себя соответственно – а как же, вожак стаи!

* * *

Весь его счастливый мир рухнул в одночасье – хозяева разошлись…

Какие странные люди, как можно жить-жить вместе и вдруг решить, что по отдельности будет лучше? Да и вообще, даже если и лучше, как можно бросить свою стаю? Дым этого не понимал.

Тем не менее хозяин просто ушел, бросив их всех. Хозяйка… Она вернулась к родителям, снимать квартиру одной было накладно. А там жили свои кошки и принимать кого-либо в свою стаю категорически не хотели, так что «этих» начали быстренько пристраивать.

Пока искали куда, робкая Санточка сидела безвылазно под диваном, запуганная так, что не могла даже есть. А Дым, естественно, стал доказывать, что он лучший вожак для всей стаи.

Однако его авторитета не хватило на двух взрослых кошек, они его нещадно лупили, а он не сдавался. В общем, катались клубками!

Ко двору пришелся только Черныш – своим дружелюбным характером и отличным воспитанием (а кто воспитывал-то, а?) он покорил сердца двух фурий. Да и уличное детство, видимо, научило приспосабливаться.

Вот так по иронии судьбы подобранный найденыш остался жить с хозяйкой, а специально купленные любимцы пристраивались «в добрые руки»…

Первой забрали Санточку. За ней приехала родственница, у которой дома уже был кот, и она согласилась взять ему подругу. О Дыме, понятно, речь не шла. Так его разлучили с любимой белоснежной принцессой. Больше он ее не видел.

Тосковать было некогда, драки с кошками продолжались. Он просто не мог сдаться, потому что был вожак от рождения. По сути своей.

А потом приехала подруга хозяйки, которая всегда восхищалась Дымом больше всех, приговаривая:

– Хорош! Ох, хорош! Вот бы мне такого!

Вот хозяйка и вспомнила ее слова, позвонила:

– Люда, выручай! Меня скоро вместе с котом из дома выставят. Да и не хочу Дымку чужим отдавать. А так и навестить смогу…

Люда была, в принципе, не против. Приехала и забрала. Вот только кота как подменили…

Он, оказавшись в чужой квартире, действительно затосковал. Вернее, замкнулся и стал безразличен ко всему. Шутка ли, счастливая жизнь молодого кота разбилась вдребезги, причем несколько раз за последнюю неделю!

Предательство хозяина, жестокая борьба с двумя кошками, исчезновение милой Санты и под конец – расставание с хозяйкой и Чернышом… А теперь какая-то чужая женщина в чужом месте пытается его гладить, тискать и сюсюкать… Нет уж, увольте!

Через пару недель Люда позвонила прежней хозяйке:

– Слушай, он не привыкает! Ест, пьет понемногу, но совсем не играет, и в руки не дается, и даже погладить! Сидит на подоконнике целыми днями, нахохлившись, и в окно смотрит…Может, заберешь его, а?

Можно, конечно, осуждать хозяйку за предательство, но Дыму она любила и ответственность за него чувствовала. А потому, поняв, что Людке он не особо нужен, прыгнула в такси и примчалась за котиком.

Дым как будто и не узнал ее. Дал посадить себя в переноску, но в машине, когда она хотела его погладить, убрал голову из-под руки и отвернулся.

А вернувшись в квартиру к родителям, вел себя так, будто она привезла чужого кота. Драки с кошками, правда, возобновились, да и Чернышу теперь доставалось по полной, но с людьми – никакого контакта.

Хозяйка продолжила искать для него новую семью. Она давала объявления и подолгу беседовала с желающими взять красивого кота, объясняя, что у него «непростой» характер.

Через какое-то время она, как ей показалось, нашла подходящих людей и исчезла из жизни Дыма навсегда…

* * *

Следующие несколько лет жизни кота были тусклыми и однообразными. Он сменил нескольких хозяев, и никто не смог подобрать к нему ключик.

Попадая в семью с питомцами, Дым устанавливал там свои порядки. А методы у него были жесткие. И даже когда все ходили по струнке, он раздавал тумаки для профилактики.

А новые хозяева, сами не найдя контакта с котом, конечно, жалели своих кошечек-собачек. И пристраивали кота куда-то еще.

В семье без питомцев он просто замыкался, а особо назойливые люди могли и схлопотать. Никаких прикосновений к себе кот не терпел!

Его первоначальная кличка давно потерялась и забылась. Но коту было все равно. Хоть Барсиком, хоть Мурзиком, он лишь хмуро поглядывал на кыскающих людей. И взгляд его был колючим и холодным, как лед.

Справедливости