Найти Аглавру. История об испытании славой, ядовитой зависти и спасительной силе настоящей любви - Таша Муляр

маленькой и они с подружкой Светкой шалили, мать, отчитывая дочку вечерами за недостаточно хорошо помытые пол и посуду, за недоделанные уроки, говорила:

– Твою бы энергию – да в мирных целях!

У этих людей не было мирных целей и было хоть отбавляй энергии!

– А ведь все они чьи-то жены и матери, бабушки, сестры. Не бывает же человек так однобоко зол, значит, и в обычной жизни они тоже отрываются, только на своих близких, – не могла успокоиться Вера.

– Считай, что если они тебе пишут, то, может быть, не задушат сегодня котенка и не отлупят внука, все «самое лучшее» в них достанется тебе, так что у тебя супермиссия! – заявил Митяй.

– Круто! – засмеялась Вера. – Спасение котенка мне нравится! Пусть пишут.

И она на какое-то время успокоилась.

Но сегодня – этот намек про Влада и опять от того же ника! Прошли годы, что же она от нее никак не отцепится? Кто эта женщина? Может быть, она и правда где-то рядом, а может быть, каждый день общается с ней? Соседка? Сотрудница? Приятельница? Оборотень, до которого не дотянуться, но он незримо всегда рядом, изучает тебя, ненавидит или, напротив, настолько любит, что не может с тобой расстаться, так проявляя свою извращенную любовь. Недолюбленность? Или что это может быть? – размышляла Вера, замерев с телефоном в руках.

Ей оставалось ехать три остановки. Мужик в конце вагона зашевелился. Вера оглядела вагон. Они были вдвоем. Она старалась сидеть тихо, не шелохнувшись и не привлекая к себе внимания. Попутчик ей не нравился. Где-то внутри себя, каким-то шестым чувством, оставшимся в нас от далеких предков, Вера считывала опасность, как при приближении стаи волков, хотя в такой ситуации достаточно и одного.

Ей было очень страшно, в голове пульсировали слова мамы про маньяков и негодяев. Холод скрутил живот и парализовал ноги. Мужчина встал. Лица она не видела – он стоял к ней спиной, полностью одетый в черное. Снял большой черный баул с верхней полки, натянул поглубже капюшон. Чуть постоял, снял баул с плеча. Тут поезд качнуло на повороте, и он, потеряв равновесие, чуть не упал, но схватился руками за спинку лавочки и удержался, зыркнув темными глазами в Верину сторону. Его лицо было скрыто под маской черного цвета. Она видела лишь глаза. Жесткие, холодные, злые.

Вера вжалась в лавку, раздумывая, что ей делать, прикидывая, сможет ли она закричать. В стрессовых ситуациях у нее пропадал голос и абсолютно не слушались ноги. Она представила себе, как он подойдет к ней, что-то скажет или сразу ударит… А может, у него нож? А у нее же дети! Она не может, не должна рисковать.

Вера представила сыновей, которые сейчас спят, смешно выпростав ноги из-под одеяла, обняв своих мишек, собралась с силами и резко встала.

В этот момент черный капюшон в конце вагона развернулся к ней лицом, вскинул руки, обнаружив жертву, двинулся в ее сторону, на ходу поправляя сползающую лямку баула.

Черная гора, пошатываясь на длинных ногах саранчи, размашистым шагом приближалась к Вере.

Она сорвалась с места и кинулась в сторону тамбура. Гигантский «кузнечик» в два прыжка настиг ее и, схватив за плечо, развернул к себе лицом.

– Вера, Вера Редрик? Охотница? – тяжело дыша, спросил ее «кузнечик».

Застигнутая врасплох сковавшим ее страхом, Вера выдернула плечо из цепких лап, одной рукой оттолкнула нападавшего, заметив в этот момент, что он стягивает маску и капюшон.

Спутанные, некогда пшеничные, безжизненные от постоянного блондирования волосы упали на плечи мужчине, который оказался вовсе и не мужчиной, и не «кузнечиком», и даже не страшной саранчой, а девушкой с тенью усталости под глазами цвета вчерашнего кофе и внезапно очаровательной улыбкой.

– Как здорово! Надо же! Мы ехали в одной электричке и даже не поговорили, а мне уже выходить! Вот жалость! – Девушка говорила быстро, одной рукой поправляя лямку баула, которая никак не хотела держаться на ее хрупком плече, второй – судорожно пыталась привести в порядок сбившиеся волосы. При ближайшем рассмотрении она оказалась очень худой – под складками непомерно большой толстовки, казалось, и нет никакого тела.

«Эфемерное создание! Как я могла разглядеть в ней мужика?..» – подумала Вера.

– Да, я Вера Редрик, – откликнулась она на возгласы девушки.

– А я Надя, Надя Кря, ну, это мой ник, может быть, помните? Я вам всегда комменты пишу. Обожаю вас и ваши обзоры! Вы такая классная!

– Спасибо! Помню, конечно! – подыграла ей Вера, решив не расстраивать. Она уже привыкла, что ее часто узнают. Обзоры квартир и домов выходили на канале, а теперь и в шести социальных сетях, три раза в неделю, они с командой отсняли уже сотни выпусков, и популярность стала привычной… Хотя нет, она лукавила, к этому трудно привыкнуть и это приятно. Да, ей нравилось, что ее узнают. Те люди, которые подходили к ней, как эта девушка, были добры и открыты. Они благодарили за ее труд и за ту полезность, которую получили в ее блоге.

– Ой, здорово! – искренне обрадовалась Надя. – А можно с вами сфотографироваться?

– Можно. – Вера улыбнулась в ответ. Сердце перестало ухать, холод, сковавший ее изнутри, сменился теплом разлившейся радости.

«Ну надо же! Как я могла так ошибиться? Вот, значит, как бывает! Надумаем себе всякого. Это все тот комментарий в личке. Страх породил страх», – размышляла Вера, пока девушка делала селфи вместе со своим любимым блогером на смартфон.

– Сейчас, подождите, давайте и на мой, – Вера вспомнила, что для Тудаграма ей тоже нужен контент. – Кружочек снимем. Вы не против?

Девушка радостно закивала. Вера включила телефон, открыла приложение и вышла на связь со своей аудиторией:

– Всем хорошего вечерочка, друзья мои! Я тут возвращаюсь на дачу к своим, и смотрите, кого встретила в электричке! Это Надя, она передает вам всем привет!

Услышав свое имя, Надя радостно замахала рукой. Электричка замедлила ход, зашипела, двери разъехались в разные стороны, и Надя, чмокнув ошарашенную Веру в щеку, волоча неподъемный баул, на удивление легко выскочила из вагона, задержалась на перроне, продолжая улыбаться и посылать Вере воздушные поцелуи.

– Вы – лучшая!!! Спасибо вам! – доносилось из-за приоткрытых окон с уплывающего назад перрона.

Вера выдохнула. Без сил опустилась на лавочку. Открыла смартфон. Нашла сообщение от @TatyVolk. Нажала три точки, выбрала «Заблокировать пользователя и отправить жалобу на спам».

– Прощай, бред, – нажала кнопку и сменила вкладку на переписку с мужем.

«Еще одна остановка. Целую!» – быстро написала она Владу. Убрала смартфон в сумку. Посмотрела в тот конец вагона, где еще недавно сидел ее страх.

За окном