Хвост виляет собакой - Ларри Бейнхарт

привезут Мэгги только поздно вечером, потому что не хотят перевозить ее дважды и искать другое место для ее содержания.

– Они очень недовольны вами. Расстраиваются, что не знают, как с вами связаться.

– Как она?

– Думаю, с ней все в порядке.

– Хорошо. – Это все, что я могу сказать.

– Она замечательная женщина.

– Мне от вас нужно кое-что еще. Мы занимались безопасностью RepCo? И дома Кравица?

– Думаю, да.

– Можете достать мне копию?

Деннис, Ким Ву и Мартин встречаются со мной в доме Мэгги в 11:30 тем же вечером. Я беру с собой все оборудование, которое у меня есть. Они начинают подготовку, как будто готовятся к осаде: проверяют слепые зоны, точки обзора и линии видимости. Я прошу миссис Маллиган приготовить кофе и бутерброды. Как только я убеждаюсь, что она позвонила в «Юниверсал Секьюрити» и сообщила, сколько нас и как мы вооружены, я отсылаю ее и отключаю телефоны. Интересно, на чьей стороне она ведет свою двойную игру?

Как только она ушла, мы с Ким Ву уходим.

Я считаю, что должен оставить двоих. Тейлор пошлет кого-нибудь присмотреть за домом. Я бы послал. Кто угодно бы так сделал. Там должна быть какая-то активность. Я оставляю Мартина, потому что он наименее подготовлен. Ему в пару нужно поставить кого-то белого, чтобы через окно можно было хотя бы предположить, что это я.

В прогнозе погоды было написано «пасмурно». Они не ошиблись, облачность хорошая, ночь – темная, и мы быстро и легко движемся по пляжу. Нам нужно пройти пару километров. Когда мы выходим на дорогу, на обочине стоит машина. Водитель меняет шину. Это друг Кима, он ждал нас. Он быстро заканчивает работу. Мы уезжаем.

Имена, адреса и номера телефонов штатных сотрудников службы безопасности есть в материале, который достала для меня Бэмби Энн. С ее помощью все стало намного проще. Если бы не она, нам пришлось бы пробовать перехватить машину или попытаться сделать что-то еще на улице. Оказывается, Хэнк подыскал парня, который работает в смену с полуночи до восьми, прежде чем сам Хэнк придет на работу. Когда мы приезжаем в RepCo, Хэнк сидит за пультом охраны, смотрит на видеомониторы и контролирует входную дверь. Он пропускает нас внутрь.

– Кравиц все еще здесь?

– Да.

– А кто-нибудь еще?

– Ким уже пришел.

Я оглядываюсь. Из тени материализуется Ким, одетый в черное.

– Еще один агент, – говорит Хэнк. – Я думаю, он на связи с Японией. Его телефон светился всю ночь. И с Кравицем его телохранители.

– Сколько их?

– Дзюдзо и еще двое. Я так думаю. Но я совсем не уверен.

– Оставайся здесь, – говорю я.

Нас трое против четверых. Но на нашей стороне неожиданность.

Мы бесшумно движемся по коридору к лифту. Есть несколько вариантов. Мы можем подняться наверх и, возможно, подать сигнал, что мы идем. Мы можем попробовать спуститься по лестнице, хотя есть вероятность, что они будут спускаться на лифте в то же время. Или мы можем подождать и устроить засаду прямо здесь. Я даю сигнал двум другим остановиться. Я хочу послушать и прислушаться к своим чувствам. Я не вижу сержанта Кима: он снова исполнил свой фокус с исчезновением во тьме. Это почти что магия. Ким Ву стоит на противоположной от меня стороне дверей лифта, держа в руках свой пистолет. Он абсолютно неподвижен, абсолютно тих. Я не понимаю, дышит он или нет.

Лифт шумит. Он работает. Едет наверх. Я ухмыляюсь Киму Ву. Все стало намного проще. Мы стоим по обе стороны лифта и ждем, пока Дэвид Кравиц и сколько бы ниндзя с ним ни было не окажутся у нас на мушке. Мы прекрасно слышим, как лифт приближается. Он останавливается. Двери начинают открываться. Я чувствую пистолет у себя за спиной. Рука протягивается и забирает у меня оружие. Еще один из ниндзя, в черном костюме и все такое, стоит позади Кима Ву.

– Брось пистолет, – говорит он.

Дверь лифта открывается.

– Молодец, – говорит Дэвид Кравиц. Сакуро Дзюдзо стоит рядом с ним. У него меч. – Тейлор – идиот. Но Сакуро сказал, что ты придешь сюда. Стратеги схоже мыслят. Он говорит, что ты читал Сунь-Цзы. Но ты понимаешь его только как западный человек. Надеюсь, ты взял с собой записку.

– Нет, – говорю я. – Не взял.

Он вздыхает. Они с Сакуро выходят из лифта. Он так близко, что я могу на него дунуть. В спину мне упирается пистолет. Они выходят из узкого коридора, где мы стоим, и входят в главный зал. Там такие высокие потолки, что их не видно в темноте. В камине, как всегда, горит огонь. На льду стоит ведерко с шампанским.

– Это бутылка шампанского за 500 долларов, – говорит Кравиц. – Я поспорил с Сакуро, что ты не придешь. Не то чтобы я ему не поверил, но я думаю, было бы неуважительно дать ему ее в качестве награды. Или чаевых. Этот человек – гений.

Что Сакуро, что Кравиц выглядят чрезвычайно довольными собой.

– Мне нужна записка. Или я… ну, у меня есть вы и Мэгги. Сакуро сказал мне, что один из вас расколется, чтобы избавить другого от боли и уничтожения.

Внезапно из темноты раздается голос. Я не знаю этот язык, но понимаю, что он восточный. Это сержант Ким. Мне непонятно, что он говорит. Но я слышу в его голосе насмешку и издевку. Учитывая самообладание, которое требуется, чтобы подняться на вершину любого из боевых искусств, он говорит что-то очень язвительное, чтобы вызвать видимую реакцию у Сакуро Дзюдзо.

Сакуро отвечает.

Затем говорит Ким.

Потом снова Сакуро. Потом Сакуро что-то говорит двум своим ниндзя, и мы все вдруг поворачиваемся лицом к камину. Сакуро обращается к Кравицу.

– Я собираюсь провести личную схватку. Я выиграю. Это ни на что не повлияет.

– Конечно, – говорит Кравиц.

– Отойти, – приказывает Сакуро нам с Кимом Ву. Он нас победил, значит, мы слабее его и должны подчиниться. Мы делаем, как он говорит, и отодвигаем стулья и столы от камина. Когда освобождается место, мы отступаем назад. Сержант Ким выходит из своей тени.

С виду кажется, что Ким эту схватку проиграет. Он выглядит старым солдатом, которого последние двадцать лет больше интересуют деньги, чем бой, и который пьет больше, чем следует. Но потом я понимаю, что все гораздо хуже. Намного хуже. Ким безумец – если только у него не припрятан какой-то трюк в рукаве. Он будет сражаться с Сакуро руками и ногами. Сакуро собирается использовать меч. Это самурайское оружие, которым он владеет в совершенстве.