"Моссад" и другие спецслужбы Израиля - Александр Север

В-третьих, руководство «Лакама» обвинили в злоупотреблениях – оно передавало добытую сотрудниками организации информацию дружеским компаниям[321].

После этих провалов и скандалов «Лакам» был распущен, его руководитель, Рафи Эйтан, отправлен в отставку, а функции этой организации были переданы другим членам разведсообщества Израиля.

Чем занимался и чего достиг «Лакам»

«Бюро научных связей» во время своего существования в годы «холодной войны» было задействовано в трех направлениях:

обеспечение режима секретности на объектах ядерного проекта в Израиле, в первую очередь научных центров в Димоне и Нахал Сореке;

добыча информации, сырья и оборудования для ядерного проекта;

проведение операций в сфере научно-технической разведки[322].

И везде достигнутые сотрудниками «Лакама» успехи были половинчатыми. Так, в 1960 году американцы с помощью специального оборудования на самолете-разведчике U-2 смогли сфотографировать строящийся реактор в Димоне и правильно идентифицировать этот объект[323], а в конце семидесятых годов на объекте в Нахал Сореке был обнаружен агент ЦРУ[324]. Примерно в это же время об успехах израильской ядерной программы сообщил в Прагу агент чехословацкой разведки Курт Сита[325]. Чехословацкие специалисты поделились этими данными со своими старшими товарищами из Москвы.

По утверждению автора книги «Оружие возмездия» Альберта Плакса, «в начале шестидесятых годов в израильских тюрьмах находилось несколько сирийских шпионов, которых за несколько лет до этого отправили с практически невозможным заданием: проникнуть на ядерный реактор в Димоне»[326]. Мы не будем обсуждать тему способов проникновения на этот объект, которые планировали использовать сирийские разведчики, отметим лишь, что в Дамаске в конце пятидесятых годов знали о существовании этого сверхсекретного объекта и поэтому попытались добыть о нем максимум информации. К тому же была вероятность того, что кого-то из агентов сирийской разведки израильтяне так и не разоблачили.

Большинство операций по добыче сырья и оборудования, необходимого для ядерной программы, становились известны США и СССР в течение нескольких месяцев после их проведения. Это не только провоцировало многочисленные международные скандалы, но и лишало Израиль главного преимущества – сохранение в тайне наличия ядерных боеприпасов.

В результате Служба внешней разведки РФ на основе «открытых» источников в 1993 году подготовила и опубликовала доклад «Новый вызов после «холодной войны»: распространение оружия массового уничтожения», где в разделе, посвященном ядерному арсеналу Израиля, сообщалось:

«Израиль является страной, неофициально обладающей ядерным оружием, сопряженным с ракетными средствами доставки. Само руководство Израиля не подтверждает, но и не опровергает сведения о наличии ядерного оружия на территории страны. Вместе с тем вопрос о ядерном оружии Израиля включен в повестку дня очередной сессии Генеральной Ассамблеи ООН.

Будучи членом МАГАТЭ[327], Израиль уклоняется от присоединения к Договору о нераспространении ядерного оружия[328]. В Тель-Авиве подписана, но не ратифицирована Конвенция о физической защите ядерного материала. Израиль не является также участником международных соглашений о контроле за ядерным экспортом.

Для наработки ядерного материала оружейной чистоты используются в первую очередь тяжеловодный реактор и установка для переработки облученного топлива. Они не находятся под гарантиями МАГАТЭ. Их мощности достаточны для изготовления 5-10 ядерных боезарядов в год. Реактор мощностью 26 МВт введен в строй в 1963 году с помощью Франции и модернизирован в семидесятые годы. После увеличения его мощности до 75-150 МВт наработка плутония могла вырасти с 7–8 кг делящегося плутония в год до 20–40 кг. Установка для переработки облученного топлива создана примерно в 1960 году также при содействии французской фирмы. На ней можно получать от 15 до 40 кг делящегося плутония в год.

Кроме того, запасы делящегося плутония могут быть увеличены с помощью тяжеловодного реактора мощностью 250 МВт на новой АЭС, о строительстве которой правительство официально объявило в 1984 году. При определенном режиме работы реактор может давать, по оценкам, более 50 кг плутония в год.

Израиль обвинялся в тайных закупках и хищениях ядерных материалов в других странах – США, Великобритании, Франции, ФРГ. Так, в 1986 году в США было обнаружено исчезновение более 100 кг обогащенного урана на одном из заводов в штате Пенсильвания, предположительно в направлении Израиля. Тель-Авив признал факт незаконного вывоза им из США в начале восьмидесятых годов критронов – важного элемента в создании современных образцов ЯО.

Запасы урана в Израиле оцениваются достаточными для собственных нужд и даже экспорта примерно в течение 200 лет. Соединения урана могут выделяться на трех заводах по производству фосфорной кислоты в качестве сопутствующего продукта в объеме около 100 т в год. Для обогащения урана израильтяне еще в 1974 году запатентовали метод лазерного обогащения, а в 1978 году разработали еще более экономичный метод разделения изотопов урана, основанный на различии их магнитных свойств. По некоторым данным, Израиль участвовал и в проводимых в ЮАР «обогатительных разработках» по методу аэродинамического сопла.