Из ГУЛАГа - в бой - Николай Черушев

По свидетельству знавших его, Кузьма Никитович Галицкий был строгим, требовательным командармом. Одним из таких людей был Федор Давыдович Свердлов, бывший сотрудник оперативного отдела штаба 11-й гвардейской армии. Впоследствии Ф. Д. Свердлов – профессор кафедры оперативного искусства Военной академии имени М. В. Фрунзе, доктор исторических наук. В книге о советских военачальниках Ф. Д. Свердлов так характеризует своего командарма: «У меня в памяти навсегда сохранился этот исключительно волевой и энергичный человек, твердо, уверенно и хладнокровно управлявший на фронте более чем 100-тысячной армией, не знавшей поражений, умевший всегда предвидеть ход противника и сорвать его, не просто требовательный к себе и к подчиненным, а в ответственные моменты сражения безжалостный к каждому, кто во имя выполнения боевых задач не отдает себя этому целиком…»[212]

«При всей своей жесткости Кузьма Никитович был справедливым военачальником. Он мог, при необходимости, защитить незаслуженно обиженного человека, помочь ему обрести веру в себя. Характерен пример с начальником оперативного отдела штаба армии И. И. Ледневым. Незадолго до Великой Отечественной войны Иван Иванович Леднев окончил Академию Генерального штаба. В 1942 г. он был начальником оперативного отдела штаба 4-й ударной армии на Северо-Западном фронте. В один из дней гитлеровцы внезапно атаковали левофланговую дивизию на стыке с соседней армией. Оттуда доложили об этом начальнику штаба фронта генералу Н. Ф. Ватутину. Он позвонил в штаб 4-й ударной, чтобы уточнить обстановку. Командующий армией генерал А. И. Еременко был в это время в войсках, начальника штаба генерала В. В. Курасова быстро не нашли и к телефону подошел И. И. Леднев, который до этого отдыхал. Донесения от командира атакованной дивизии он еще не получил и об атаке противника не знал. За это Н. Ф. Ватутин приказал отдать его под суд военного трибунала, который приговорил И. И. Леднева за потерю управления войсками к расстрелу. Две недели сидел он в блиндаже, ожидая исполнения приговора. Весь поседел. Спас его В. В. Курасов, который позвонил в Москву и добился отмены приговора. Расстрел был заменен разжалованием в рядовые. И вот в папахе и касторовой шинели прибыл в один из полков 16-й гвардейской дивизии рядовой И. И. Леднев. Воевал он хорошо. Скоро его взяли писарем в штаб полка, потом назначили начальником штаба полка. Командир дивизии полковник П. Г. Шафранов ходатайствовал о восстановлении И. И. Ледневу звания, но Ивану Ивановичу присвоили только звание майора. Тогда он дал в управление кадров Наркомата обороны телеграмму: “От майора отказываюсь”. Спустя несколько месяцев он вновь стал полковником»[213].

На заключительном этапе войны И. И. Леднев исполнял обязанности начальника штаба 16-й гвардейской стрелковой дивизии. Кузьма Никитович не побоялся взять опального полковника на одну из ключевых должностей в свой штаб. И не пожалел о содеянном. Вскоре И. И. Ледневу присвоили звание «генерал-майор». В апреле-мае 1945 г. он был начальником штаба 11-й гвардейской армии. После войны генерал-лейтенант И. И. Леднев возглавлял штаб Таврического военного округа.

Генерал-полковник К. Н. Галицкий умел подбирать и ценить способных офицеров. Полковник в отставке Ф. Д. Свердлов вспоминает: «…Вначале наши отношения с Кузьмой Никитовичем были строго официальными, я выполнял свою оперативную работу, сопровождал его в поездках в войска, разрабатывая, как всегда, его ежедневные донесения Военному совету фронта. К. Н. Галицкий, человек суровый, трудно сходившийся с людьми, был ко мне, как и ко всем в штабе армии, весьма требователен, никогда ни за какую работу не хвалил. Но постепенно душа его оттаивала. Как-то на собрании оперативного отдела он сказал обо мне в своем выступлении: “Офицеры у нас разные. Вот у меня в 3-й ударной армии над информацией во фронт работало два полковника, а здесь у вас один майор, который не только делает это лучше тех двух, но и выполняет еще ряд оперативных работ”. Без лишней скромности скажу, что заслужить похвалу К. Н. Галицкого вообще, а тем более такую, было большой честью»[214].

После окончания Великой Отечественной войны генерал-полковник К. Н. Галицкий в течение года командовал Особым военным округом (штаб в г. Кенигсберг), много сделав для восстановления города и его промышленности. По инициативе Кузьмы Никитовича и при его активном участии в Кенигсберге был сооружен памятник воинам-гвардейцам, павшим при штурме города.

В 1946 г. Галицкий был назначен командующим войсками Прикарпатского военного округа. В его состав входила и родная Кузьме Никитовичу 24-я Самаро-Ульяновская дивизия, с личным составом которой командующий довольно часто встречался. С 1951 г. Галицкий командовал войсками Одесского военного округа, а затем Северной группой войск. В 1955 г. ему было присвоено звание «генерал армии». В 1958–1961 гг. – командующий войсками Закавказского военного округа. За послевоенные годы Кузьма Никитович избирался депутатом Верховного Совета СССР 2–5 созывов.

Выйдя в начале 1962 г. в отставку, К. Н. Галицкий нашел себя в общественной деятельности. Его избрали председателем военно-научного общества при Центральном Доме Советской Армии. Одновременно он много времени посвящал подготовке к изданию своих воспоминаний (вышло две книги).

Умер генерал армии К. Н. Галицкий 14 марта 1973 г. Похоронен в Москве на Новодевичьем кладбище.

Бывший командир 92-й стрелковой дивизии комбриг Жмаченко Филипп Феодосьевич после освобождения из тюрьмы и восстановлении в кадрах РККА был назначен начальником отдела боевой подготовки штаба Харьковского военного округа. Незадолго до войны, в марте 1941 г., он вступил в командование 67-м стрелковым корпусом, сформированным на территории Полтавской области.

По своей старой комиссарской привычке Ф. Ф. Жмаченко вел подробный дневник, в который записывал свои впечатления, наблюдения, размышления. Относительно предвоенного времени вот что он пишет:

Воспитанные на идеях марксизма-ленинизма, мы всегда помнили о капиталистическом окружении… Народ, руководимый партией Ленина, не терял времени зря: укреплял обороноспособность Родины, готовился к неизбежной схватке с врагом. Очень многое удалось сделать в годы и месяцы, непосредственно предшествующие войне. Для меня это было напряженнейшее время: и в Харьковском военном округе, и особенно в рождавшемся 67-м стрелковом корпусе шли непрерывные учения войск, штабов. Как начальнику боевой подготовки, а затем командиру корпуса, мне требовалось всюду поспеть, иначе ведь я себе и не мыслил. Сам учился и людей учил. Готовились к суровым испытаниям[215].

С началом Великой Отечественной войны войска корпуса были приведены в повышенную боевую готовность. 25 июня 1941 г. был получен приказ об отправке в район Смоленска одной из дивизий корпуса – 132-й стрелковой под командованием генерал-майора С. С. Бирюзова, будущего начальника Генерального штаба и Маршала Советского Союза. Остальные соединения и части корпуса поступали в распоряжение командующего 21-й армией, штаб которой находился тогда в Гомеле. Армией командовал генерал-лейтенант В. Ф. Герасименко.