«Соколы», умытые кровью. Почему советские ВВС воевали хуже Люфтваффе? - Андрей Смирнов

Помимо недостаточно совершенной материальной части, результативность ударов советской штурмовой авиации снижали также многочисленные пороки ее тактики. Основными из них были:

а) предпочтение ударам с пологого пикирования малоприцельных ударов с бреющего полета;

б) плохое планирование и боевое обеспечение ударов (в 1941—1943 гг.);

в) практика ударов малыми силами (в 1941—1943 гг.) и

г) малое время воздействия на цель в ходе удара (в 1941—1942 гг.).

В свою очередь, тактическая слабость советской штурмовой авиации определялась слабым уровнем подготовки ее командиров – еще в 1943-м откровенно пренебрегавших азами тактического искусства и самоустранявшихся от сколько-нибудь детального планирования ударов.

Наконец, невысокую результативность ударов Ил-2 определяла слабая летная, стрелковая и тактическая выучка рядовых летчиков. Как и в других родах авиации, она была обусловлена прямо-таки преступным отношением советского командования к организации подготовки пилотов: в течение всей войны летчики-штурмовики прибывали на фронт недоученными, а то и вовсе практически необученными. В первом и втором периодах войны слабость подготовки основной массы пилотов определялась также существовавшей до середины 1943 г. порочной организацией комплектования фронтовых авиачастей, осложнявшей ввод молодого пополнения в строй и передачу ему боевого опыта.

Во-вторых, эффективность действий советской штурмовой авиации снижала невысокая интенсивность использования ее многочисленного самолетного парка, обусловленная организационными просчетами советского командования. Недостаточное умение организовать аэродромный маневр, недостаточность материально-технического обеспечения, а в 1941—1942 гг. и невысокая квалификация технического состава штурмовых авиачастей – все это привело к тому, что самолеты Ил-2 использовались в несколько раз менее интенсивно, чем относительно немногочисленные машины немецкой штурмовой авиации – Ju87 и FW190F.

В-третьих, эффективность действий Ил-2 нельзя назвать высокой из-за слишком высокого – гораздо более высокого, чем в немецкой штурмовой авиации, – уровня боевых потерь. Этот уровень отчасти определялся теми же факторами, что и недостаточная результативность ударов – тактической неграмотностью советского авиационного командования 1941—1943 гг., слабой летной, стрелковой и тактической выучкой пилотов и воздушных стрелков – мешавшей им успешно противостоять немецким истребителям и зениткам, – а также не такой уж совершенной конструкцией «бронированного штурмовика» Ил-2. Сказывался и высокий уровень подготовки немецких летчиков-истребителей и зенитчиков, а в 1941—1943 гг. и тактические просчеты советских истребителей, сопровождавших штурмовики.

Следует отметить, что в ходе войны эффективность действий советской штурмовой авиации постоянно возрастала благодаря совершенствованию управления действиями штурмовой авиации и тактики штурмовиков и истребителей сопровождения, а также – после изменения в середине 1943 г. системы комплектования фронтовых авиачастей – улучшению подготовки летчиков-штурмовиков. В 1944—1945 гг. «эффективность решения штурмовиками задач непосредственной авиационной поддержки войск по сравнению с 1941—1942 гг. увеличилась примерно в 6—8 раз»272. Однако уровень 1941—1942 годов был настолько низок, что нашу итоговую оценку это обстоятельство не меняет.

Заметим, что Ил-2 оказался самым массовым самолетом советских ВВС военных лет – за 1941—1945 гг. их было выпущено 36 154 экземпляра273. В этой связи возникает вопрос: почему в СССР продолжали во все возрастающих количествах производить недостаточно эффективный самолет Ил-2 и фактически взяли курс на частичную замену бомбардировочной авиации авиацией штурмовой? Ведь тот же пикирующий бомбардировщик Пе-2 позволял обеспечить гораздо бóльшую точность бомбометания... В общих чертах на это ответил еще командующий ВВС Красной Армии в 1942—1945 гг. А.А.Новиков. Во-первых, одномоторный и простой по конструкции штурмовик был проще и дешевле в производстве, чем двухмоторные цельнометаллические бомбардировщики. Во-вторых, Ил-2 оказались более всепогодными, чем бомбардировщики: они атаковали в основном с малых высот и, следовательно, могли действовать даже при низкой облачности274. Добавим к этому, что Ил-2 – в частности, по сравнению с тем же Пе-2 – был прост в пилотировании; в условиях, когда основная масса фронтовых летчиков была подготовлена весьма слабо, это имело огромное значение... В этих условиях, замечает один из современных авторов, еще большим плюсом становилась и дешевизна штурмовика: позволить слабо обученным пилотам гробить дорогие и сложные в производстве Пе-2 было бы слишком накладно275.

Признания А.А.Новикова и наблюдения современных авторов высвечивают все те же слабые места Советского Союза, которые затрудняли ему ведение воздушной войны против Германии. Это, во-первых, относительная слабость советской авиапромышленности, оказавшейся не в состоянии обеспечить выпуск большого количества двух– и многомоторных ударных самолетов. Это, далее, «количественное мышление» советского руководства, фактически стремившегося бить врага не умением, а числом – не относительно ограниченным количеством высокоэффективных пикирующих бомбардировщиков с хорошо подготовленными экипажами, а огромными массами недостаточно эффективных, но простых и дешевых самолетов с наспех подготовленными летчиками. Вполне справедливым представляется поэтому замечание М.Павловского о том, что ни немцам, ни англичанам, ни американцам самолет типа Ил-2 (а значит, добавим, и штурмовая авиация в ее советском варианте) нужны, пожалуй, не были276. В отношении немцев этот тезис будет обоснован в главе IV, а что касается англосаксов, то в руках их прекрасно подготовленных пилотов даже неспециализированные самолеты, выполнявшие функции штурмовиков – истребители «Тайфун», «Темпест», «Мустанг» и «Тандерболт» – оказались эффективнее, чем специально спроектированный штурмовик Ил-2... В общем, советская штурмовая авиация 1941—1945 гг. – это плоть от плоти и кровь от крови советской социальной, политической и экономической системы, это Советский Союз военных лет в миниатюре.

В люфтваффе основным «самолетом поля боя» вначале был пикирующий бомбардировщик «Юнкерс Ju87», который немцы именовали также «Штука» (сокращение от «штурцкампффлюгцойг» – «пикирующий бомбардировщик»), а с 1944 г. – штурмовой вариант истребителя «Фокке-Вульф FW190» – FW190F. Кроме того, в небольших количествах применялись штурмовики «Хеншель Hs123» и Hs129, истребители «Мессершмитт Bf109Е» и истребитель-бомбардировщик «FW190G»; фактически как «самолеты поля боя» использовались (в 1941—1943 гг.) и двухмоторные истребители «Мессершмитт Bf110».

Пренебрежительная оценка пикировщика Ju87 была в нашей литературе столь же общим местом, что и восхваление штурмовика Ил-2. Постоянно подчеркивались устарелость «лаптежника» (как называли Ju87 в Красной Армии за характерную форму обтекателей неубирающегося шасси), его маленькая скорость, слабое оборонительное вооружение, недостаточное бронирование... Этот самолет, утверждали отечественные авторы, «был хорош лишь в местах, слабо защищенных зенитными средствами ПВО, и в условиях отсутствия истребителей, прикрывавших наземные войска. На советско-германском фронте Ju-87 несли большие потери [...]»1.