Вторжение. 22 июня 1941 года - Алексей Исаев

Брошенный на аэродроме поврежденный МиГ-3. Судя по разрушенному килю, самолет мог стать жертвой обстрела с воздуха.

В промежуток с 4.00 до 5.00 утра 22 июня около 300 самолетов V авиакорпуса атаковали 24 аэродрома, на которых базировались бомбардировочные и истребительные полки ВВС КОВО.[389] В основном атакам подверглись аэродромы на Западной Украине. Расположение атакованных аэродромов показано на схеме XV на стр. 407. ЖБД ВВС ЮЗФ свидетельствует, что «Боевые тревоги в полках были объявлены до начала налета».[390]

Брошенный на полевом аэродроме истребитель МиГ-3. Возможно, он не смог взлететь из-за отсутствия топлива или сжатого воздуха для запуска мотора.

На направлении главного удара группы армий «Юг» базировалась 14-я авиадивизия полковника Зыканова, находившаяся в подчинении 5-й армии. 22 июня три из четырех ее аэродромов (Колки, Велицк и Млынув) подверглись ударам с воздуха. Остался неатакованным только аэродром Федоровка в глубине, в районе Новоград-Волынска. Точные данные о потерях полков авиадивизии за 22 июня в документах не приводятся, однако по донесению о боевом составе можно рассчитать разницу в числе боеготовых самолетов на вечер 21 и 22 июня. Так, число боеготовых самолетов 46-го ИАП уменьшилось за день на 7 И-16 и 9 И-153, число боеготовых самолетов 17-го ИАП – на 18 И-153, 89-го ИАП – на 6 И-16.[391] Далеко не все эти самолеты были потеряны на земле.

Летчики 14-й авиадивизии оказали противнику ожесточенное сопротивление. Аэродром Млынув, на котором базировался 46-й ИАП, стал настоящим кладбищем немецких бомбардировщиков. Только 55-я бомбардировочная эскадра «Гриф» в течение 22 июня потеряла в районе Млынува 7 своих бомбардировщиков.[392] Все они, по немецким данным, были сбиты советскими истребителями. Еще один Хе-111 эскадры «Гриф» был потерян в районе Луцка, также в зоне ответственности 14-й авиадивизии.

Причиной достаточно больших потерь 17-го ИАП 14-й авиадивизии стал человеческий фактор. Пилоты полка на выходные обычно уезжали к семьям в Ковель. Суббота 21 июня не стала исключением. Когда аэродром полка оказался под ударом немецких бомбардировщиков, организованного сопротивления они не встретили: «Противодействовать ударам бомбардировщиков мы не могли: летный состав находился в Ковеле у своих близких».[393] Вместе с тем нельзя не отметить, что полностью уничтожить авиапарк 17-го ИАП немцам не удалось, было потеряно меньше половины из полусотни «чаек».

Серьезным противником для немцев в борьбе за господство в воздухе была 15-я авиадивизия генерал-майора авиации Демидова, базировавшаяся в районе Львова. Два ее истребительных авиаполка (23-й и 28-й ИАП) проходили перевооружение на новейшие МиГ-3. Аэродром Адамы 23-го ИАП в течение дня подвергся семи авиаударам, аэродром Чунев 28-го ИАП – шести. С раннего утра до восьми вечера советские пилоты отражали налеты на свои аэродромы, вели воздушные бои над Львовом, атаковали переправу через Буг в районе Сокаля. Всего 15-я авиадивизия выполнила за день 374 самолето-вылета.[394] В зоне ее ответственности 55-я эскадра «Гриф» потеряла по крайней мере два самолета – один в районе Львова и один над Адамами.[395] Летчики каждого из истребительных авиаполков дивизии претендовали на 2 сбитых за день немецких бомбардировщика.

Массированные удары авиации противника заставили командование задуматься о сохранении матчасти при узости аэродромного маневра. Генерал Демидов решил, что с утра 23 июня 23-й и 28-й авиаполки будут переброшены на аэродром Куровище (где базировались два других полка дивизии). С этого аэродрома предполагалось вести боевую работу и только с наступлением темноты возвращаться на свои аэродромы. Видимо, считалось, что одну крупную авиабазу с большим количеством самолетов легче оборонять.

Таблица 2.2. Потери авиаполков 15-й авиадивизии на земле и в воздухе 22 июня 1941 г..[396]

Большие потери 66-го ШАП объясняются довольно просто. Это был один из немногих действительно не готовых к бою аэродромов ВВС КА в первый день войны и второй на Юго-Западном фронте (первым был вышеупомянутый 17-й ИАП). Экипажи полка прибыли на летное поле с опозданием, так как решили, что объявлена обычная учебная тревога.[397] Однако тревога оказалась боевой. Первый же удар привел к выводу из строя 34 самолетов, или более половины состава полка.[398]

Оставленный на аэродроме одноместный штурмовик Ил-2.

16-я авиадивизия генерал-майора авиации Шевченко пережила в первый день войны налеты на все три своих аэродрома. Первый удар немецких самолетов был пропущен, и 87-й ИАП потерял 7 самолетов.[399] Оправившись от шока первого удара, командование 87-го авиаполка организовало постоянное дежурство в воздухе. Уже в 5 часов 30 минут патрульное звено старшего лейтенанта В. Я. Дмитриева перехватило на подходе к аэродрому три бомбардировщика Ju.88. Советские летчики заявили о двух сбитых бомбардировщиках противника. Сопротивление, оказанное немцам даже во время их первых атак, было достаточно серьезным. В истории 51-й бомбардировочной эскадры «Эдельвейс» (а именно она атаковала аэродром Бучач) отмечалось: «Все боеготовые самолеты, взлетевшие в первой волне, кроме семи из III группы, включая пять только из 9 эскадрильи, не вернулись».[400]