Чудо под Москвой - Алексей Исаев

К деблокирующему удару привлекались 71-я сбр и 44-я сбр. Начало наступления назначалось на 8.00 1 декабря 1941 г. Задача формулировалась следующим образом:

«44 стр. бр. с 8 олсб [ «лыжно-стрелковый батальон». – А.И.] переправившись через канал из района Деденево, наступать в направлении Ольгово и во взаимодействии с 71 стр. бр. к 14.00 овладеть Степаново, Жуково, Ольгово и войти в связь с 133 сд»[325].

1 декабря наконец-то переходят в наступление 44-я и 71-я бригады 1-й уд. А, назначенные для деблокирующего удара. Для поддержки деблокирующего удара В.И. Кузнецов выделяет свой единственный артполк усиления. В ночь на 1 декабря он снимается с позиций напротив Яхромы и занимает позиции несколько южнее, в районе деревни Деденево на берегу канала Москва – Волга.

Первой целью наступления являлась деревня Степаново к югу от Яхромы. Ее требовалось взять как с точки зрения проходящих через нее коммуникаций, так и для безопасности своего фланга. Только взяв Степаново, 44-я сбр могла двигаться к назначенной цели, деревне Ольгово. Здесь 44-я сбр столкнулась с системой обороны, типичной для зимней кампании 1941–1942 гг. Именно такие превращенные в опорные пункты села станут основным противником наступающих армий. Можно даже сказать, что в данном случае имел место предельный, усиленный вариант опорного пункта. В Степаново оборонялся мотоциклетный батальон 7-й тд с танками 25-го тп. Начатое в 8.00 утра 1 декабря наступление 44-й сбр на Степаново велось в двухэшелонном построении с востока, с последующим вводом в бой третьего батальона. Подразделения 44-й сбр были остановлены в 400 м от деревни сильным огнем, залегли. Ввод третьего батальона ситуацию не изменил.

Оборона деревни велась немцами в достаточно агрессивной манере. 2 декабря следует немецкая контратака. В докладе офицера ГШ капитана П.Ф. Хомова указывалось: «В результате контрнаступления превосходящих сил противника (пехота с танками и авиацией) из района Степаново подразделения 44 стр. бригады отошли с рубежа исходного положения для атаки»[326].

В итоге деревня стала камнем преткновения для 44-й бригады, в броске к Ольгово соединение фактически не участвовало. Деревню Степаново освободили только 7 декабря 1941 г., с началом общего контрнаступления. Трофеями советских войск в деревне стали 5 танков (скорее всего, Pz.38(t)), ставших зримым подтверждением станового хребта обороны этого опорного пункта. Как указывалось позднее в описании боевого пути 44-й сбр: «За время боев за Степаново бригада потеряла ранеными и убитыми до 60 % личного состава»[327].

Ближе всего к окруженным в тот момент находился отряд под командованием подполковника Крыловского (из штаба 1-й уд. А) – усиленный лыжный батальон. Крыловский составил в адрес В.И. Кузнецова доклад, в котором обрисовал состояние окруженной группы Захарова на 1 декабря 1941 г. Картина была далеко не благостной:

«Группа генерала т. Захарова со второй половины дня 30.11 начала движение на юг вдоль щоссе Федоровка – Озерецкое и к утру 1.12 была остановлена противником в р-н Каменка, Свистуха, где и находятся сейчас в окружении. По существу, в распоряжении генерада т. Захарова сейчас осталось очень мало реальной боевой силы, главным образом штабы…»[328].

Одновременно отмечалось, что в составе группы остается большое количество автомашин (до 500 единиц), артиллерия и др. техника. Информацию Крыловский получал от вырвавшихся из «котла», как и предложение деблокировать «котел» ударом на Левково (рядом с Каменкой). Состояние вырвавшихся из окружения он оценивал достаточно резко и писал: «Через мое расположение проходят большими и малыми группами остатки частей, выходящих из окружения, усталые, голодные и в значительной степени деморализованные»[329]. Одновременно Крыловский отмечал, что не смог подобрать из окруженцев сколь-нибудь стойкого подразделения. Конечно, можно сказать, что он переоценивал своих только что мобилизованных лыжников с месячной подготовкой, но само по себе это высказывание тоже показательно.

Появление переброшенных с Калининского фронта частей 133-й сд существенно изменило положение группы Захарова, прежде всего с точки зрения простого рассечения и разгрома образовавшегося «котла». Она заняла оборону фронтом на север и результативно сдерживала натиск 6-й тд XXXXI тк.

В 6-й тд по достоинству оценили укрепления сибиряков 133-й сд:

«Деревни оборудованы укреплениями. Все дома окопаны, подвалы расчищены и посредством подземных ходов связаны друг с другом. Местность, дороги и дома снабжены минами и другими изощренностями, которые прежде были известны только по Луге»[330].

Однако вскоре на сцене появляется новый игрок, тоже с опытом боев на Лужском рубеже – 1-я тд того же XXXXI корпуса. Это означало существенное усиление наступающей немецкой группировки. По состоянию на 30 ноября 1941 г. соединения 3-й танковой группы располагали следующим количеством танков:

в 1-й тд: 6 танков Pz.II, 28 танков Pz.HI, 3 танка Pz.IV.

в 7-й тд: 2 танка Pz.II, 33 танка 38(t), 1 танк Pz.IV.

в 6-й тд: 4 танка Pz.II.

Следует сказать, что советской разведкой появление немецкой 1-й тд было вскрыто довольно поздно. Только 5 декабря 1941 г. Жуков докладывает напрямую И.В. Сталину: «В районе Языково, Сокольники – против 1 и 20 армий появилась новая – первая танковая дивизия противника»[331]. В разведсводке ГРУ ГШ КА она появляется 6 декабря и то с формулировкой «предположительно».

В свою очередь генерал Захаров принимает решение о прорыве из «котла» по шоссе на юго-восток через деревню Каменка. Первые атаки на позиции 23-й ид под Каменкой были предприняты уже в ночь с 30 ноября на 1 декабря 1941 г.

Однако первые атаки удаются лишь частично. Что прорыв частично состоялся, свидетельствуют данные противника: «23-я пехотная дивизия донесла, что колонна грузовиков с несколькими танками прорвалась у Каменки по шоссе на юг». Танки принадлежали 25-й тбр. Тем не менее прорыв нескольких танков не означал пробивание коридора вовне «котла». В изданном во второй половине дня 1 декабря приказе Ф.Д. Захаров признает: «Попытка атаковать Каменку с хода в лоб успеха не имела».

Неудача с прорывом через Каменку заставляет сменить направление прорыва и свернуть на юго-восток в направлении деревень Горки и Старо. Этот маршрут приносит успех, и остатки группы Захарова 2 декабря отрываются от противника и выходят из окружения. Сам Захаров возвращается в штаб 16-й армии, передавая подразделения своей группы в подчинение 1-й ударной армии. Вместе с тем не следует думать, что прорыв прошел без сучка и задоринки. В сводке главного командования сухопутных войск вермахта от 2 декабря 1941 г. указывалось: «Взято большое количество пленных, захвачено много оружия и материально-технического имущества. Населенные пункты 4 км юго-западнее, южнее и юго-восточнее Ольгово пока еще в руках противника».