Записки на салфетках - Гарт Каллахан

В первый день проб я проделал путь через весь городок совершенно один. У меня была новая перчатка, и я был готов играть. Большинство городских мальчишек были уже там, но тренер еще не приехал. Несколько ребят постарше стояли и курили. Я считал это странностью. Я не испытывал никакого желания курить. Конечно, все они предлагали закурить младшим ребятам. Я отказался. И один из них тут же швырнул перчатку мне в лицо. Больно было адски, и я ушел, пристыженный. Разворачиваясь, я только пожал плечами. Я очень хотел играть в бейсбол. Но старшие мальчишки явно не были бы рады мне в команде.

Я даже не успел дойти до дому, как повернул назад. Старшеклассники не возьмут надо мной верх! Я решительно вернулся на игровое поле и все равно стал тренироваться. Я тренировался каждый вечер до тех пор, пока пробы не закончились. Я любил бейсбол и был именно там, где мне и следовало быть.

В команду в тот год я не попал.

Хотя в последующие годы меня брали в команду, я совершенно ничего не помню об этих более поздних пробах. Почему? Потому что там не было никакой значимой трудности. Это были ничем не примечательные пробы. Мне не нужно было сражаться в битве.

Чемпион – это тот, кто встает, когда не может встать. –

Джек Демпси

Рак – величайшее препятствие из всех, с какими я когда-либо сталкивался. Как только врач выставил на экран КТ-сканы, даже я, не имевший никакого медицинского опыта, понял, что в моих снимках что-то очень и очень нехорошо. Я не полностью понимал уровень опасности, но рак привел меня в состояние максимальной боеготовности. Мне подсунули игровое поле, на котором я был полным новичком. Как я могу стать выдающимся раковым пациентом? Как могу помочь своим врачам спасти меня?

На первую неделю ноября у меня были запланированы дополнительные исследования. Я хотел прийти на них подготовленным, имея как можно больше знаний, чтобы суметь разговаривать на языке врачей настолько хорошо, насколько возможно.

Непосредственно с веб-сайта Американского общества по борьбе с раком:

Хотя многие раковые опухоли почек обнаруживаются довольно рано, когда они еще ограничены пределами почки, другие случаи обнаруживают на более поздней стадии. На то есть несколько причин:

♦ Эти опухоли иногда могут вырастать довольно крупными, не причиняя никакой боли и не создавая иных проблем.

♦ Небольшие опухоли почек невозможно увидеть или прощупать во время физического осмотра.

♦ Не существует рекомендованных скрининг-тестов для рака почек у людей, не находящихся в группе повышенного риска.

Я продолжал читать и выяснил следующее:

♦ В 2011 г. в Соединенных Штатах было выявлено 1,6 миллиона новых случаев заболевания раком.

♦ Еще возникнет около 60 920 новых случаев рака почек (37 120 у мужчин и 23 800 у женщин).

♦ Средний возраст людей, которым впервые ставят этот диагноз, составляет 64 года.

♦ Рак почек очень редко встречается у людей моложе 45 лет и чаще всего возникает у людей в возрасте от 55 лет и старше.

♦ Средняя скорость роста рака почек составляет менее 1 см в год.

Я уставился на компьютерный экран. Как это случилось со мной? Мне всего 42 года! Я на 22 года моложе среднего возраста для этого диагноза! А та опухоль, которую нашли у меня? Тринадцать сантиметров в самом широком месте. Это означало, что, если она увеличивалась со средней скоростью, она росла во мне с тех пор, как мне исполнилось 29 лет. В сущности, с тех самых пор, как я стал отцом, во мне тикала часовая бомба.

Я стал читать дальше. Рак почек печально известен тем, что его трудно побороть, и даже когда все думают, что он побежден, он может снова появиться годы спустя. Рак почек обычно не реагирует на химиотерапию или радиацию. Как же, скажите на милость, я должен выигрывать эту битву?

Я не хотел отчаиваться. Я знал – собираясь на следующий прием к врачу в понедельник, когда мне должны были сделать ряд сканирований, чтобы точно выяснить, с чем мы имеем дело, и разработать план лечения, – что мне необходимо чувствовать себя воином. Я хотел быть лучшим и самым решительным пациентом в истории. Никакой метод лечения не будет сброшен со счетов. Я прыгну в эту безумную фазу своей жизни и атакую.

Я сам себя называю гиком[7]– по многим причинам. Одна из этих причин состоит в том, что я не боюсь признать, как велика моя любовь к «Звездным войнам». В детстве я часами играл с игрушками из «Звездных войн», а став взрослым, вступил в «Бунтарский легион» – костюмированную группу, которая занималась волонтерской работой, неукоснительно одеваясь в костюмы персонажей из «Звездных войн». Каждый раз, стоило мне задуматься об этой предстоящей битве, в мыслях моих всплывали реплики из моего любимого фильма: «Делай то, что должно быть сделано», «Делай или не делай. Но не пробуй», «Существа из света мы, не из материи грубой».

Я решил на каждый прием к врачам надевать только футболки с символикой «Звездных войн» – и к тому же рассказывать каждому члену моей медицинской команды, почему я это делаю. Я должен был отличиться. Быть личностью, а не просто «пациентом номер…». Я знал, сколько пациентов проходит перед этими людьми каждый день. Но Гарт Каллахан? Ах да, это тот парень фанат «Звездных войн». Они меня запомнят. Я буду стоять наособицу. Да, я стану носить на прием световой меч, если решу, что это поможет!

Следующие несколько дней пролетели мимо. У меня был проект в Рочестере. Мой дорогой друг и коллега Ким Зеркл руководила этим проектом. Я рассказал ей, что происходит, и мы погрустили вместе. Проект завершился успешно, но в действительности мне не было до этого никакого дела. Я не мог дождаться возвращения домой. Что я делаю здесь, в пятистах милях от своей семьи? Это безумие! Мне надо домой.

В понедельник мне провели полную серию сканирований: еще одна КТ, МРТ и полное сканирование костей всего тела. Мы с Лиссой поехали в больницу вместе. Я весь день провалялся на разных медицинских столах, стараясь не шевелиться. Просто поразительно, как это утомляет!

Мы уехали домой. Нам нужно было ждать еще восемь дней, пока мы не встретимся с доктором Брэдфордом и не узнаем точно, что происходит. Этот срок казался вечностью. Что ж, по крайней мере, нам предстояло отпраздновать День благодарения, чтобы немного развеяться. Приехала в гости моя мама. Мы очень старались не позволить болезни омрачить праздник. И без него хватало трудностей, поскольку это был наш первый праздник без папы. Мама хотела задержаться у нас подольше, отложив отъезд, чтобы быть рядом, когда мы получим результаты моих исследований. Но нам с Лиссой предстояло еще отпраздновать годовщину свадьбы – прямо перед следующим посещением врача. Я был должен (и полон решимости) отпраздновать ее так, словно это была моя последняя возможность. Может быть, так оно и будет, закрадывалась мысль…