Королева острова - Ванесса Райли

погасил бы искры в его глазах. Или нахмурился бы и посмотрел на меня с жалостью, потому что в его понимании это невозможно. В моем – и то возможно едва.

В этот миг мы были равны, и я ничему не дала бы отнять у меня покой. С осознанием своей власти я поднялась и положила руки ему на плечи.

– Полагаю, я все еще разбираюсь, что к чему. Это путешествие подарило мне много открытий.

Уильям удивленно приподнял бровь и обхватил мою талию.

– Да помогут этому миру Небеса, когда ты решишься.

Он закружил меня вокруг стола, то наклоняя, то вращая. Затем его губы коснулись изгиба моей шеи. Он прикусил мочку уха, скользнул к впадине на горле, а потом отстранился и снова взял свой бокал.

В улыбке принца таился вызов. Он приглашал меня его догнать. Должна ли я была?..

Я потупила взгляд и уставилась на шампанское, потом подняла бокал.

– За новое и другое!

В розоватого цвета жидкости плавали пузырьки. У нее был фруктовый запах, как у очень спелого манго. Вкус был приятным, но если пузырьки исчезнут, он станет хуже.

– Это зовется мацерацией[62]. Смесь фруктов дает ягодный цвет и нотки клубники и лакрицы.

– Ягодное шампанское. Оно другое!

– Но тебе больше нравится то, первое, Долли?

Мы все еще о вине? Или о первом, кого я полюбила? Том, кто, как я думала, любил меня? Или о том добром духе, что заставлял меня смеяться?

– Оно прекрасно. Я готова. Покажи мне другое, Уильям.

Он чокнулся своим бокалом о мой, но не отпил из хрусталя, а потянулся к моим губам.

Поцелуй был медленным и легким, наполненным той же грацией, с которой Уильям повелевал командой. Проворными пальцами он подхватил оба бокала и поставил их на стол. Принц поднял мои руки, его касания были идеальными, зовущими нырнуть в неизвестность.

Я послушалась безмолвного приказа, ладони Уильяма зажигали меж нашими телами музыку. Он нащупал шнуровку и распустил ее, освобождая меня от платья, от корсета, от всего, кроме желания.

Его сюртук упал к нашим ногам, зазвенели приколотые к ткани медали. Он снял с меня все до самой сорочки. После этого остаться друзьями не было никакой возможности. Мы танцевали танец любовников.

Принц поднял меня и опустил на постель, которую я у него позаимствовала, а я прильнула к нему. Больше никакого разъединения. Мы разделили эту постель – уютный матрас, наслаждение медленным ритмом.

Сын короля украл мой вздох, и я отдала ему свое тело.

Наконец-то новое и другое стало правильным.

Корабль, 1789. Побережье Англии

Я стояла на квартердеке «Андромеды» и держалась за перила. Впереди простирались море и прекрасный город с построенными из кирпича зданиями: Портсмут. Уильям управлял парусами, ловя попутный ветер. Путешествие из Доминики в Англию заняло всего шесть недель.

О британский берег мирно бились волны. В доках на причале стояло много кораблей. Везде катили телеги, груженные бревнами. Даже сюда доносился запах кедра.

– Дороти… – Ко мне подошла Китти. Ее шляпка с серой лентой весьма подходила к платью; казалось, миссис Кларк готова к выходу. – Вы уже поднялись, и так рано. Принц еще сделает из вас матроса.

– Не хотела пропустить рассвет. Удивительно, как все меняется в лучах солнца. Из воды появился красный шар, похожий на плод кешью.

– Рассвет на море прекрасен, жаль, время слишком раннее.

– Не так уж и рано. Он уже ушел. – Уильям покинул каюту, не сказав и слова.

Миссис Кларк встала рядом со мной.

– Он вернулся в свой мир. Прохвост-капитан исчез, появился принц королевских кровей, третий в очереди на трон одной из самых могущественных наций на земле. В этом мире нет места для нас.

– Мне он не нужен. Я хотела посетить Англию и понять, почему каждого важного мужчину в моей жизни тянет сюда.

– Тогда нам с вами стоит сходить осмотреться, прежде чем мы займемся делами.

– Миссис Кларк…

– Китти. Зовите меня Китти, Дороти.

Я всегда хорошо ладила с женщинами по имени Китти. Может, Бог послал мне ее – старше, мудрее, искушеннее, – чтобы наверстать упущенное с той, милой, что никогда не повзрослеет.

Я повернулась и взглянула в глаза этому ангелу:

– Полагаю, принц именно для того и пригласил вас, чтобы вы показали мне Портсмут. Он подумал решительно обо всем.

– Да, а после этого я отвезу вас в Лондон. Какие напасти могут грозить двум смелым леди?

Я отправилась в каюту и достала свой мешок с аккредитивами, копией вольной и деньгами. Ну вот. Теперь я готова ко всем напастям.

* * *

Экипаж с грохотом покатил по улице, и я испытала благоговейный трепет перед этой лошадиной упряжкой. Мягкие сиденья были покрыты кожей, туго натянутой и отполированной до блеска. Обивка была столь мягкая, что пальцы в ней тонули.

Миссис Китти засмеялась.

– Всякий раз, когда приезжаю в Портсмут, вижу новые дома и расширившиеся верфи. Посмотрите на тот пруд, Долли. В нем замачивают и выдерживают паруса, чтобы подготовить их для кораблей.

Я была слишком занята тем, что ощупывала подушки, и пропустила это мимо ушей.

– На Доминике ездят на повозках. И близко нет такого удобного транспорта.

– Вас удивляют самые простые вещи, Дороти. Но это не идет ни в какое сравнение с Лондоном. Так что не теряйте самообладания, мисс, и не тратьте все деньги в одном месте.

Я сжала кулаки. Я хорошо знала цену шиллингам и гульденам, но мне нужно было увезти с собой на Доминику крупицы этого мира.

Экипаж остановился, и мы вышли.

– Что это за здание, Китти?

– Это склад, но не для инструментов и черепицы, если только не счесть строительным материалом косточки для корсетов. – Она поправила свою кремовую шаль. – Нам нужно купить вам пальто. Теплое пальто.

Слишком взбудораженная, чтобы мерзнуть, я рассматривала большое помещение из белого камня. Дерево здесь использовали только для строительства кораблей.

Взмахнув рукой, я позволила Китти завести меня внутрь. Я остановилась у витрины, любуясь перчатками и туфлями на каблуках. Сверкали пряжки. Неважно, подойдут мне эти желтые штучки или нет, я куплю их для украшения.

– Идемте, Долли, – Китти взяла меня за руку, – внутри еще лучше.

Она оказалась права.

На полках громоздились ткани всех цветов радуги, но ничто не могло соперничать яркостью с моим бананово-желтым платьем.

Узоры, нанесенные краской на хлопковые рулоны, поразили бы мами. Я представила, как мои девочки носят платья с таким рисунком.

В груди защемило. Прошло больше двух месяцев с тех пор, как я в последний раз обнимала