Рюриковичи. Собиратели Земли Русской - Андрей Буровский

Что характерно: князь Остей шел впереди процессии.

Внезапно татары набросились на безоружных москвичей и стали их рубить саблями. Князь Остей был убит первым, «а потом начали сечь попов и игуменов, хотя и были они в ризах и с крестами, и черных людей».

Ворвавшись в город, степное зверье в очередной раз устроило в нем страшную резню, истребив до 24 тысяч человек, поджигая все, что горело.

Когда великий князь Дмитрий вернулся в Москву то увидел «дым, пепел, землю окровавленную, трупы и пустые обгорелые церкви».

Превратив Москву в руины, золотоордынцы стали захватывать другие города Московской земли: Переславль, Владимир, Юрьев, Звенигород, Можайск. Но как только один татарский отряд был разбит под Волоком Ламским Владимиром Андреевичем Храбрым, Тохтамыш тут же ушел обратно в Орду. Правда, по дороге он разграбил еще и Рязанскую землю — видимо, в благодарность за службу.

Имеет смысл рассазатьо судьбе еще двух Рюриковичей — тех самых Семена и Василия суздальских, чей отец сидел в Нижнем Новгороде. И о судьбе их потомков.

Уходя из-под Москвы, Тохтамыш взял Василия с собой в Орду в качестве заложника. В 1386-м заложник попытался бежать, а пойманный по дороге, привезен в Орду и принял от хана «истому велику».

Но в 1837 году Тохтамыш наконец отпустил Василия, дав ему в кормление Городец. К тому времени отец Василия уже умер, и в Нижнем Новгороде вновь правил злейший конкурент этой ветви Рюриковичей, Борис. При помощи московских войск, вместе с братом Семеном, Василий Кирдяпа выгнал из Нижнего Новгорода дядюшку Бориса. Он отправил его править в Городец, а сам сел в Нижнем. Ненадолго…

В 1393 году великий князь Василий I купил в Орде ярлык на Нижегородское княжество. В 1394 году в летописях есть известие, что Василий I Дмитриевич ходил к Нижнему Новгороду на Василия Кирдяпу и на брата его Семена и, «выведя их, даде им град Шую».

С точки зрения лествицы — чудовищное поругание! Самые старшие в роду суздальско-нижегородских князей, а им дается такой незначительный удел, как Шуя?! В том же 1394 году Василий и Семен «побежали» в Орду — добиваться наказания Василия I и возвращения своей отнятой вотчины. Великий князь послал за ними погоню, но и он братьев не поймал, и хан им не помог.

С тех пор Василий, предок князей Шуйских, ни разу не упоминается в летописях, до самой его смерти в 1493 году. И в этом, и в даче им Шуи ясно видно личное отношение к двум мелким и презренным людишкам — даром что Рюриковичам. Не будь эти двое князьями и потомками Рюрика — не сносить бы им головы… Но их потомки, князья Шуйские, существовали до начала XVII столетия! На протяжении всего правления на Руси московской линии Рюриковичей Шуйские являлись принцами крови. В случае пресечения московской династии они имели династическое право на царский трон.

Такой случай им представился в конце XVI века, когда умер Федор I Иванович. Сначала вроде утвердился худородный Борис Годунов, но не усидел, и в 1606 году Шуйские смогли сыграть свою игру.

Все, что мы знаем о тогдашних братьях Шуйских — Василии, Дмитрии и Иване, свидетельствует неопровержимо: они были коварны, жестоки, маниакально лживы, и от них можно было ждать абсолютно любой подлости. Они были необычайно опасны, но не как умницы и храбрецы, как опасен был тот же Рюрик или Свендослав-Святослав. Они опасны именно как подонки, в любую секунду способные ударить в спину ножом или капнуть чего-то в бокал.

Сколько раз Василий Шуйский говорил прямо противоположное о том, жив ли царевич Дмитрий, и о том, кто же сидит на троне: сын Ивана Грозного или не сын? Раз восемь, кажется. Как-то даже показывал «нетленный» труп мальчика лет восьми с перерезанным горлом: вот якобы и есть «царевич Дмитрий». Полное впечатление, что пошел и на убийство ребенка.

А сколько всего покойников положил в основу своего трона Василий Шуйский? Не счесть.

На всем вранье, безобразии и сраме начала Смуты взбирается на трон тот, кто уже много лет беспрерывно врал, подличал и предавал — Василий Шуйский, вскоре прозванный «царь Васька».

«Этот приземистый, изможденный, сгорбленный, подслеповатый старик с большим ртом и реденькой бородкой отличался алчностью, бессердечием, страстью к шпионству и наушничеству; он был невежествен, занимался волхвованием и ненавидел все иноземное. Он проявлял мужество и крайнее упорство только в отстаивании своей короны, за которую уцепился с лихорадочностью скряги» — так описывает его русский историк А. Трачевский.

Именно «царь Васька» и стал камешком, столкнувшим Московию в Смуту. Зачем он так судорожно рвался к власти? Он сам, скорее всего, не понимал. И властью не сумел распорядиться.

Ключевский писал: «Царем Василием мало кто был доволен. Главными причинами недовольства были некорректный путь В. Шуйского к престолу и его зависимость от кружка бояр, его избравших и игравших им как ребенком, по выражению современника».

Был человек, способный спасти новую династию Шуйских: их родственник Михаил Васильевич Скопин-Шуйский (1586–1610) — государственный и военный деятель, национальный герой, умница и передовой человек.

Скопину-Шуйскому не раз предлагали добиться отречения «царя Васьки» и самому вступить на престол. Скопин-Шуйский не соглашался, но и Шуйскому ничего не докладывал об этом. Но Шуйские явно чувствовали что-то «верхним чуем» профессиональных негодяев. Они велели родственнику срочно прибыть в Москву. Москвичи устраивают Михаилу Васильевичу торжественнейшую встречу — новая причина его бояться, видеть в нем конкурента.

На пиру по случаю крестин сына князя Ивана Воротынского Скопину-Шуйскому становится плохо, спустя две недели двадцатичетырехлетний, совершенно здоровый герой умирает. Наиболее вероятна версия, по которой жена брата «царя Васьки», Дмитрия Шуйского, Екатерина Скуратова-Шуйская, отравила родственника.

Так недальновидные болваны, братцы Шуйские, уничтожили опасного конкурента, способного оттенить их самих, бездарных и трусливых. Но «заодно», по своей природной гнусности, убивают и единственного человека, способного их, дураков, спасти и укрепить на троне их династию…

Тут же, лишившись Скопина-Шуйского, войско «царя Васьки» терпит поражение от армии Сигизмунда, в Москве вспыхивает восстание… Тогда бояре, часть столичного и провинциального дворянства свергают Василия IV Ивановича с престола и насильно стригут его в монахи. Он яростно отбивался, отказывался сам произносить монашеские обеты.

Впрочем, польскому гетману Жолкевскому его и братцев выдали не в монашеской одежде. Да полякам и не было дела до их статуса, поляки вывезли их в Польшу, как конкурентов их собственного претендента на престол Московии. В Варшаве «царь Васька» валялся в ногах короля Сигизмунда, выл, рыдал и врал, просил пощады любой ценой. В 1612 году и он, и его братец Дитрий умерли в Гостынинском замке, в 130 верстах от Варшавы. Никто их не травил, никому они не были нужны, сами померли.

У «царя Васьки» во втором браке родились только две дочери, и обе они умерли младенцами.