Неизвестный Кожедуб - Иван Кожедуб

Мне он очень понравился. Еще раньше я слышал много хорошего и лестного о нем от командира полка, который уже воевал вместе с ним.

Люди по-настоящему проявляются в бою; чем больше с товарищем летаешь, тем больше его узнаешь.

Когда Куманичкин прибыл к нам в полк, командир сказал мне:

— Теперь я буду летать в паре с Куманичкиным, а ты с Титоренко.

Я был доволен: наконец-то у меня будет постоянный напарник!

Куманичкин приступил к обязанностям штурмана полка. Аккуратно, по порядку разложил все карты, штурманские записи. Чувствовалось, что у него хорошая штурманская подготовка. Он поселился вместе со мной и Титоренко, и мы крепко подружились.

20. Боевая выучка

В эти дни мы чувствовали приближение генерального, решительного сражения, которое принесет нам окончательную победу над врагом, и мысль как-то невольно обращалась к прошлому. Как и мои однополчане, одновременно со мной прибывшие на фронт, я прошел несколько этапов боевой выучки. У меня их было шесть.

До фронта — первый этап. Я мечтал тогда о сбитом вражеском самолете. Это была моя главная цель. Боевая тактика была для меня лишь теорией.

Второй этап длился до начала битвы на Курской дуге. Как и мои товарищи, молодые летчики, я горячился в воздухе, не умел еще контролировать себя, с напряжением распределял внимание.

В боях на Курской дуге — третий этап — я уже стал действовать расчетливее. Многим я обязан Семенову — у него отвага прекрасно сочеталась с расчетом. Этому он учил и нас, молодых. Но у меня еще не было уверенности в себе. Противник часто навязывал мне бой. Это были мои первые шаги на боевом поприще, хотя я уже сбил несколько вражеских самолетов. Мне все казалось, что я чего-то не знаю, чего-то не сделал. Трудно было технику пилотирования сочетать с ведением огня. Иногда испытывал нерешительность, неуверенность в себе.

Четвертый этап связан с боями над Днепром. Я стал действовать смелее, хладнокровнее, инициативнее, появилось чувство ответственности не только за свои действия, но и за действия группы.

В начале своего боевого пути я ясно представлял себе картину боев только на том узком участке, где находилась моя эскадрилья. Кругозор у меня был неширок. Я усвоил два основных правила: храбро драться с врагом и все время держаться группы, не отрываться от нее, пристально следить за действиями командира. Но когда сам начал водить группы, у меня появилось чувство ответственности за всех, кто дерется сейчас под моим командованием. Надо было учить молодых летчиков, и на земле и в воздухе показывать им пример.

Так начался пятый этап.

Севернее Ясс, в Румынии, я выполнял с группой задания по прикрытию наземных войск, отражению эшелонированных налетов вражеской авиации. Это воспитывало во мне командирские способности.

В то время уже оттачивались тактические приемы: я научился навязывать противнику свою волю, начинал бой с тех позиций, которые считал наиболее выгодными для себя, научился молниеносно атаковать врага, предугадывать его уловки. Это подготовило меня к воздушной «охоте» — к шестому этапу моего боевого роста.

Летая на «охоту», я продолжал испытывать чувство боевого братства с наземными войсками. Это чувство выработалось во мне за многие месяцы боевой деятельности на Днепре и севернее Ясс, где я нес воздушную вахту над нашими наземными войсками.

Мысль, что любой ценой надо отбить налет вражеских самолетов на наши войска, руководила мною и теперь.

21. Фотокинопулемет

Как-то вечером командир сказал: — Знаете новость? Будем летать с фотокинопулеметами.

Это всех нас порадовало. Лучшим способом контроля, не только подтверждавшим результат боя, но и фиксировавшим действия летчика в бою, был фотокинопулемет.

По снимку, сделанному фотокинопулеметом, можно было увидеть свои ошибки и получить наглядное представление о бое. Это отличное пособие при разборах полетов.

И вот в нашей части появились фотокинопуле-меты. С огромным интересом мы стали их изучать, быстро освоили и получили замечательные результаты.

Фотоконтроль еще больше подтянул летчиков. Бывало так: летчик прилетит и докладывает, что вел огонь с короткой дистанции. Но вот в руках командира проявленная пленка фотокинопулемета. И оказывается, что дистанция была не такой уж близкой.

Летчики с нетерпением ждали проявления пленки. Иногда после напряженного боя трудно бывает вспомнить и установить последовательность своих действий. Пленка фиксировала их с абсолютной точностью, и летчик благодаря фотоконтролю мог совершенно беспристрастно анализировать все свои действия.

Снимки, сделанные фотокинопулеметом, явились хорошим наглядным пособием при изучении появившихся в это время на фронте немецких реактивных самолетов.

Однажды командир части, вылетев на самолете, оборудованном фотокинопулеметом, увидел два «мессершмитта» особой конструкции: под их фюзеляжем находилось дополнительное устройство. Сначала Чупикову показалось, что это бомбы. Самолеты летели с нормальной скоростью. Чупиков догнал их и открыл огонь. Немецкие самолеты боя не приняли и начали уходить, развив большую скорость.

Это были самолеты с реактивным двигателем.

У нас собралась полковая конференция для обсуждения методов боя с вражескими самолетами, оборудованными реактивными двигателями. К этому времени, кроме Чупикова, никто из летчиков нашей части еще не встречал немецких реактивных самолетов. И теперь мы увидели их на снимке, сделанном фотокинопулеметом командира.

Встречу командира с реактивным самолетом летчики оживленно обсуждали не только на конференции, мы говорили о ней между полетами и на отдыхе. Немцы пытались воздействовать на нашу психику. Ставка их была бита и на этот раз. Мы знали, что преимущество нашей советской авиационной техники в приближающихся решительных сражениях проявится во всей своей мощи, что господство в воздухе останется за нами до конца. Мы еще упорнее готовили себя к этим дням и обсуждали способы ведения боя с реактивным самолетом.

22. В напряженном ожидании

В первых числах января 1945 года мы перелетели на новый аэродром на западном берегу Вислы в районе плацдарма, занятого советскими войсками.

Утром 13 января командир собрал весь личный состав части. Нам зачитали специальный приказ Военного совета фронта..

Военный совет предупреждал, что враг будет сопротивляться с ожесточением смертника и каждый из нас должен проявить мужество, решительность, отвагу, не давать противнику передышки. Мы должны действовать так, как нас учит товарищ Сталин: умело организовать преследование врага. Приказ заканчивался вдохновенными словами:

«За нашу советскую Родину, за наш героический народ, за нашего любимого Сталина вперед, боевые товарищи!»

Мы с нетерпением ждали начала боевых действий войск фронта. Но нас беспокоила нелетная погода.

Вечером мы узнали, что войска 1 — го Украинского фронта уже перешли в наступление. Настали дни великого похода Советской Армии на фашистскую Германию.