Снимая маску. Автобиография короля мюзиклов Эндрю Ллойд Уэббера  - Эндрю Ллойд Уэббер

Во время двухнедельного перерыва между записями «Вариаций» я находился с Тимом в Чикаго. Главной целью нашей поездки было знакомство с актрисой Бонни Шон, которую Хал предлагал на роль Эвы. Уже тогда мы подозревали, что Джули Ковингтон покинет нас. Откровенно говоря, я не понимал, как любой исполнитель сможет выдержать восемь показов «Эвиты» в неделю. И я боялся, что нам придется нанимать четырех актрис. Бонни оказалась действительно хороша. Но мы с Тимом сомневались, что неизвестная американка будет тепло встречена в Британии.

Вскоре после нашего возвращения Джули действительно покинула проект. Конечно, в прессе писали, что она поступила так из-за своего высокомерия, но я абсолютно уверен, что у нее были веские профессиональные причины. Думаю, она понимала, что не выдержит ни физически, ни психологически. Годы спустя она согласилась сыграть Эву в австралийской постановке, но во время репетиций вновь отказалась от роли. Поиски актрисы на главную роль теперь приобрели реальный масштаб, так что мне приходилось разрываться между прослушиваниями и последствиями внезапного успеха «Вариаций».

Рой Фезерстоун был в восторге от нашей записи. Мой дорогой Дэвид Ланд пришел с женой ко мне домой, и, бедняга, казалось, он слова не мог вымолвить от потрясения. Мелвин Брэгг не только утвердил наше выступление во втором выпуске его «The South Bank Show», но и выбрал вступление «Вариаций» в качестве заставки к передаче, которая продержалась тридцать два года. Авторство не было указано в титрах, и сейчас я задаюсь вопросом, сколько из знаменитостей, появлявшихся на передаче, знали, откуда эта музыка из заставки.

В СЕНТЯБРЕ тетушке Ви стало хуже. Джордж решил, что она нуждается в уходе, который он не мог обеспечить ей дома. Так что после короткого пребывания в больнице, она отправилась в дом престарелых в Хове. Честно говоря, я не был удивлен – ни Джордж, ни Ви не отличались умеренностью и не были сторонниками здорового образа жизни. Ей было всего пятьдесят лет, и я думал, что ее выздоровление – вопрос времени. Но я был потрясен, когда увидел ее настолько болезненной и вялой. Возможно, я не должен был, но я следовал маминой мантре, что работа должна быть прежде всего. В результате до нового года я всего лишь два раза виделся с Ви.

MCA Records выпустили «Вариации» в январе 1978 года, чтобы релиз совпал с нашим выступлением на передаче «The South Bank Show». Реакция на альбом ошеломила меня. Удивительно, но «Вариации» стали темой для разговоров и быстро поднялись на второе место в британских чартах. Альбом мог бы занять и первое место, но соревноваться с первым сборником лучших хитов ABBA было невозможно. Черт подери, если бы тогда чарты создавались по нынешним правилам, сборник хитов не смог бы туда попасть.

Но я не жаловался. Полагаю, самую большую трудность для меня представляло общение с прессой, которым я должен был заниматься в одиночку. Я никогда и не пробовал конкурировать с Тимом на разговорных шоу, но в данном случае, обсуждая музыку, я был на своей волне. Я был не настолько уверен в себе, чтобы устраивать моноспектакли, но и ничтожеством себя тоже не чувствовал. Мне поступали предложения от балетных и танцевальных трупп, которые хотели получить права на использование «Вариаций», поэты присылали мне стихи, которые можно было бы положить на музыку, Heineken захотели использовать отрывок в своей рекламе. Все билеты на концерт в Роял Фестивал Холл были распроданы.

В том году Чемпионат Мира по футболу проходил в Аргентине, и Би-би-си попросили меня написать музыкальную тему для него. Род Арджент и Дон Эйри присоединились ко мне и сыграли композицию «Argentine Melody»[60]. Возможно, я выбрал не самое оригинальное название, но под псевдонимом «San Jose featuring Rodriguez Argentina» мы поднялись на четырнадцатое место в хит-параде, а я первый и последний раз появился на шоу «Top of the Pops» в костюме в полосочку, после чего сингл поднялся на первое место.

Но, когда дела идут в гору, судьба всегда приготовит для вас какой-нибудь удар. 28 января моя любимая тетушка Ви решила, что всему есть предел. Да, когда она отказалась переехать в Сидмонтон, она уже была серьезно больна. Да, когда я видел ее последний раз, ее кожа по цвету походила на оперение канарейки. Но я потерял свою родственную душу, женщину, которая в детстве значила все для меня. Я винил себя, что редко виделся с ней в последние годы. Я знал, что мне будет ужасно ее не хватать. И я очень надеюсь, что у райских врат она не сказала что-то вроде «Господи, блин!».

Но и на этом печальные вести не закончились. Однажды вечером мне позвонил Тим и сказал, что получил прощальную записку от Алана Доггетта. Он бросился под поезд недалеко от своего родного Айвера в Бакингемшире. На меня тут же навалилось чувство вины. Алан был талантливым музыкантом-любителем. Но, несмотря на то, что его хор London Boy Singers участвовал в записи «Эвиты», я не позвал Алана в качестве дирижера – нам нужен был более опытный и профессиональный музыкант. Для него не нашлось места и в работе над «Вариациями». Неужели он чувствовал себя брошенным и забытым?

Выяснилось, что какой-то мальчик обвинил его в сексуальных домогательствах. Но это казалось совершенно неправдоподобным. Все знали, что Алан – гей, но у него был постоянный партнер Майкл Стакки, который тоже руководил хором. Доггетт был школьным учителем Джулиана, и ни он, ни мы с Тимом в дни работы над «Иосифом» не замечали, чтобы Алан переходил границы в общении с детьми. Обвинение действительно было, но расследование доказало полную невиновность Алана, потому что в момент предполагаемого инцидента он был с нами в звукозаписывающей студии. И если бы у нас с Тимом были хотя бы малейшие подозрения на его счет, мы бы немедленно прекратили сотрудничество.

Так как я мало общался с Аланом в последнее время, я не знаю, что это было за обвинение, что он решился на такой отчаянный шаг.

Спустя несколько лет мама преподавала у ребенка одного из офицеров полиции, который занимался этим делом. Он сказал ей, что не было обнаружено никаких улик, и против Алана не могли выдвинуть ни одного обвинения. Я все еще задаюсь вопросом, произошла бы эта трагедия, если бы я поддерживал связь с Аланом, как во времена «Иосифа».

К МАРТУ 1978 года у меня не было вопроса, хочет ли кто-нибудь поставить танцевальное шоу с «Вариациями». Вопрос был в том, кто сможет это сделать. Я волновался, что танцевальная труппа не найдет достаточно профессиональных музыкантов. Кроме того, существовала одна загвоздка: «Вариации» были написаны специально для того, чтобы продемонстрировать виртуозность Джулиана.

Не хочу вдаваться в подробности и слишком детально анализировать «Вариации», но я следовал всем театральным правилам, так что контрастные моменты были в центре произведения. Я написал тоскливую версию девятнадцатой вариации в качестве вступления к известной музыке Паганини, которую Джулиан исполнял на виолончели в сопровождении барабанов. Первые четыре вариации развивают мелодию Паганини, но технически намеренно остаются близки к ней. Отбивка в заставке «The South Bank Show» позаимствована из третьей вариации. Пятая вариация значительно отличается от предыдущих. Она написана в мажорной тональности с модуляцией на четвертитон вверх, где я ввел контрапунктирующую мелодию. Когда «Вариации» стали второй частью мюзикла «Песня и Танец», пятая вариация превратилась в полноценную песню «Unexpected Song» в конце шоу. Задумчивая шестая вариация контрастирует с седьмой, которая возвращается к моим рок-корням и звучит как хэви-метал в размере 7/8. Звучит дьявольски. Вы можете услышать ее и потрясное соло Гэри Мура в «Школе рока».