Любовь со второго взгляда - Алла Сурикова

— А что он будет ставить?..

— Ух, классная вещь, «Пуля — золотой осел»…

— А вы это читали?

— Не… Он рассказывал… Там полный улет!

Ну, что делать, если Апулей у того банкира — оказался «пулей»…

Про пули — оно понятней, ближе…

Сценарий «Дети понедельника» я прочла на комедийном фестивале в Краснодаре. Он получил там приз.

Написал сценарий Алексей Тимм. Мягкий, интеллигентный человек, автор рязановского «Привет, дуралеи», данелиевской «Фортуны». И еще десятка других фильмов. Сценарий поначалу показался мне совсем не моим и несколько прямолинейным. Да и снимать его собирался в Белоруссии совсем другой человек. Собирался-собирался и не собрался…

А Алексей за это время сценарий переделывал-переделывал и переделал. Он стал острее, ироничнее. Я заинтересовалась и дала почитать руководителю «Мосфильма» Владимиру Николаевичу Досталю. Он был краток:

— Запускаю!

Хождение в народ

Достал Досталь деньги и решил запустить сразу три «мосфильмовских» проекта: «Полицейские и воры» Николая Досталя, «День полнолуния» Карена Шахназарова. И моих «Детей понедельника».

По поводу «Детей» Владимир Николаевич напутствовал:

— Надо сделать настоящую народную комедию.

— Ага… Служу Советскому Союзу…

Если бы герои нашей комедии жили в городе, она была бы лирической. Если бы в деревне — то наверняка народной. Но действие нашего фильма разворачивалось в маленьком провинциальном городке… Поэтому я определила жанр будущей картины как… сентиментальная комедия. И с этим настроем пустилась в плаванье.

Он — полу-новый полу-русский, чуть не разменявший жизнь на 200 грамм тротилового эквивалента. На эту роль я пригласила Игоря Скляра.

Она — «пороховая баба», нежная и решительная провинциальная мадонна. Тут мы с продюсером были единодушны, предложив эту роль Ирине Розановой.

Собрав группу, мы поехали искать маленький город и дом с садом, где жила мадонна Лидия.

Неожиданные встречи, странные люди…

…Центральная площадь города Б. Засиженный птицами памятник Ленину с непропорционально огромной простертой дланью… А позади Ленина в лучах заходящего солнца — грустный древний храм в забытых строительных лесах…

…Город С. Маленькие одноэтажные потрепанные домики, старой постройки, и вдруг среди них… огромный металлический забор, приборы внешнего слежения, пятислойная охрана и розовый, сверкающий на солнце особняк в три надземных этажа… «Запахло» нефтью…

…В старом темном с резными ставнями и дореволюционными цветными витражами доме — высокая сгорбленная старуха, Анастасия Георгиевна. Очки на ней в палец толщиной. Диоптрий — немерено.

— Маменька и папенька у меня были земскими лекарями…

В буфете кузнецовский сервиз с трещинами через всю жизнь. Люстра — с пылью эпохи модерн. Подлинник Поленова. Книги в старинных переплетах. В основном на французском. На глухом рояле — фотография красивой молодой женщины в черной резной раме.

— Ольга, доченька… Погибла в автомобильной аварии. Пила…

…Изба. Топится по-черному. Мебели никакой. Стол да печь. Заскорузлая вонь. На столе в криво сколоченной рамке — старая фотография сына бабы Тони, хозяйки избы.

— Да паубивали яво. Он с ими водавку пил да из дому все тянув. А патом они жа яво и закончали… Вот и я пью с Тимофеичем… Слышь, Тимофеич, слязай, тута кино приехало, угащение дают…

С печки сползло нечленораздельное лицо…

В поисках дома Лидии — просторного, деревянного, старинного, но не рухнувшего, а выстоявшего, мы объездили все Подмосковье. Даже к дачам приглядывались и подбирались. Но зимняя заколоченность дач навсегда портит их характер. Что-то сквалыжное просачивается сквозь переплеты окон.

Помогла найти тот самый замечательный дом одна милая энтузиастка из отдела культуры города Звенигорода. Поэтому и кино мы поехали снимать в Звенигород.

Песнь о продюсере

Мне не нравилось название «Дети понедельника». И я снова, как много лет назад на «Человеке с бульвара Капуцинов», объявила конкурс. На название… И посыпалось… «Пологий холм для крутой любви», «Яблоневый сад», «Две сестры и Митя», «Белых яблонь дым…», «Пороховая баба», «Старая новая любовь»… Но… продюсер оставил «Детей понедельника». Такой он, Про-дю-сер! Имеет последнее право.

Я тут недавно решила перечитать на досуге свой договор с продюсером на постановку фильма. Так сказать — задним числом. Потому что передним его ни читать, ни подписывать нельзя. Он сформулирован по принципу:

— Я имею право?

— Да!

— А могу?

— Еще чего!..

Ну, а тогда и кино не снять… А поскольку снимать я все равно вознамерилась, то и договор подписала — как советовал мне мой учитель Георгий Николаевич Данелия. Он сказал: я подписал не читая…

Однако это можно делать только с теми людьми, которым в принципе доверяешь. Я продюсеру Досталю доверяю.

Мы работали хорошо.

Он запустил картину на студии «Ритм», где я делала почти все свои фильмы.

Работа была РИТМичной и четкой.

Мне нравится его подход к делу. Досталь — человек достаточно жесткий, без интеллигентских «кренделей». Он придирчив к выбору актеров, но это его святое право и даже почетная обязанность.

Зато потом, уже в текущей работе, — ни мелочной опеки, ни сумасбродства, ни придирок, а нормальная деловая атмосфера и точное представление о том, какую «продукцию» он хочет иметь в результате.

В этот раз мне повезло и с финансовым директором — Еленой Крыловой. Я чувствовала, что работаю с единомышленником. Это большая редкость: финансисты и режиссеры после выхода фильма нередко остаются в прохладных отношениях. Если не сказать — в конфликтных.

Лена любила повторять: «Когда голова касается подушки — я мгновенно засыпаю: меня ничто не мучает. У меня совесть чиста. Я знаю не хуже других, как можно обманывать, но я хочу засыпать спокойно».

Легкое пламя

Игоря Скляра я никогда прежде не снимала. Но недавно нашла какой-то киножурнал и обнаружила интервью с Игорем, которое сделала моя дочь Кира много лет назад, когда поступала на журналистику в МГУ. Значит, Игорь уже возникал в нашей жизни. Значит, все неслучайно.

Приехала в Питер на фестиваль «Золотой Остап», чтобы познакомиться с Игорем. Дала ему почитать сценарий:

— По-моему, для вас…

— По-моему, тоже… — Игорь загорелся…

Но легким пламенем. Есть актеры, которые опасаются загораться сильно: вдруг сорвется? Поэтому мы болтали о необязательном. Потом он подвез меня на своем «Запорожце» в центр на какую-то фестивальную встречу.