Княжна Тараканова - Фаина Гримберг

– На турецком языке! Такие бумаги я не могу подделать. Здесь, в Лондоне, как мне кажется, никто не может составить документы на турецком языке…

Она вдруг задумалась. В памяти смутно возникли старинные еврейские буквы. Конечно, возможно было бы изготовить поддельные документы знатной турчанки, просто-напросто исписав какой-нибудь бумажный лист еврейскими буквами, а потом привесив к этому фальшивому документу фальшивую печать…

…Но все же это рискованно… – произнесла она вслух. Теперь Шенк смотрел на нее, ожидая от нее помощи, совета. Да, она решительно брала все в свои руки!

– Поговорим в Париже! – Она встала и подошла к нему. – Предоставьте мне придумывать жизнеописания знатных турчанок! – Это было смешно, и она рассмеялась.

* * *

Нанять дом в Париже – также оказалось слишком дорого. Однако барон Эмбс ожидал Елизавету и Шенка на улице de Sein, где все же нанял целый этаж в известной гостинице господина Peltier. Снова явились модистки и парикмахеры, высокие прически, украшенные перьями, пышные юбки с гирляндами искусственных цветков, круглые золотые часики, прикрепленные к атласному кушаку, туфельки на каблучках, пригодные лишь для танцев на паркетных полах, драгоценные парюры, низанные жемчугом головные уборы…

Об этой женщине заговорили в городе…

Она была восточной принцессой…

* * *

Спустя несколько дней после приезда в Париж Елизавета собрала в своей новой гостиной Шенка и Эмбса. Она была свежа, задорно весела, шутила и то и дело заливалась смехом, как маленькая озорная девочка, задумавшая очередную проказу…

– Военный совет! – объявила она, поведя рукой, будто перед ней сидели и вправду полководцы, тактики и стратеги.

Клавесин и арфа еще не были распакованы. Но сундучок с книгами уже был раскрыт. Легко повернувшись и гибко перегнувшись со стула, она протянула в раскрытый сундучок обе руки в легких шелковых рукавчиках и быстро выложила на стол несколько пестрых томиков.

– Вот! – Она говорила с торжеством. – «Персидские письма» Монтескье! Антуан Гамильтон! Жак Казот «Продолжение „Тысячи и одной ночи“! Пети де ла Круа „История персидского султана и его визирей“! Два тома „Тысячи и одной ночи“! „Тысяча и один день“ того же де ла Круа!..[52]

Шенк уже догадался о ее намерениях.

– Но как же вам поверят? – спросил он. – Как же вам поверят, если вы позаимствуете реалии для своей турчанки из сказок?

– Именно потому и поверят! – безапелляционно и весело заявила красавица. – Самое главное – распространить слухи! И ни за что не отвечать! Разве я виновата в том, что обо мне рассказывают нечто странное?

– Но придется и самой хотя бы что-нибудь сказать, – заметил фон Шенк.

– Я скажу!.. – Она смеялась звонко. – Ну, конечно же, я скажу! Я даже буду подписывать бумаги! – Она хлопнула ладошкой по стопке книг и побежала в спальню, но тотчас выскочила, слегка придерживая платье у пояса и открывая таким образом маленькие ножки в комнатных бархатных туфельках. Она бросила на стол лист бумаги и рядом поставила чернильницу с пером. Схватив перо, склонилась и размашисто вывела какую-то надпись.

Шенк и самозваный барон Эмбс подошли к столу и взглянули.

На листе было написано легким летящим почерком: «Aly Emettee».

– Это и есть наша турчанка? Али Эмете? – спросил Шенк.

Елизавета не ответила. Она быстро перелистывала книги…

– Вот!.. – Она читала вслух: – «…я решил попытать счастья в Черкессии, стране, издавна славившейся своими красавицами…» И далее: «…После смерти короля страной правила его супруга королева, у которой было четыре дочери – старшей по достижении совершеннолетия предстояло взойти на трон. С ней-то я и связывал свои надежды на будущее, но судьба… распорядилась иначе. Не успел я прибыть в Черкессию, как узнал, что королевскую семью постигло несчастье, ибо в стране произошел неожиданный переворот. Некий мелкий властелин, заявив неосновательные притязания, сумел взбунтовать переменчивый и неугомонный народ, подкупил вельмож и так внезапно захватил власть, что королева с дочерьми едва успела спастись…»[53]Ну, как?.. – Она торжествовала. Шенк и Эмбс усмехались. Она продолжила листать и читать: – «Вскоре он принял бразды правления и стал царствовать под именем принца Гали…»[54]И еще!.. Астракан, Багдад и Черкессия – именно здесь чаще всего происходит действие сказок о дивных приключениях и происшествиях, случающихся на Востоке!..

– Я понял, – сказал Шенк, – но все же, что именно следует говорить о вас, госпожа Али Эмете?

– Да говорите что хотите!.. – Она вновь залилась смехом и только вдоволь нахохотавшись, сказала уже более серьезно: – Нет, я не турчанка! Я скорее персиянка! Мой отец, князь Гамет, являлся правителем Черкессии. Когда он был незаконно лишен престола, мой дядя Гали, владетельный князь Багдада, приютил меня в своих владениях. Узурпатор погубил моего отца, мою мать и сестер. Нянька и верный слуга тайно доставили меня в Багдад. Я получила весьма тщательное воспитание, дядя нанимал для меня французских учителей. Мне исполнилось шестнадцать лет, и тогда он сказал мне, что помимо Черкессии я могу также претендовать и на русское княжество Волдомир, откуда была родом моя покойная мать, последний князь Волдомир приходился мне родным дедом, но увы! – княжество было захвачено одной из русских цариц!..

– В эту сказку никто не поверит, – заговорил Эмбс.

Елизавета была немного обижена.

– Смотря как рассказывать! – бросила она.

– А как бы ни рассказывать! – решительно возразил Эмбс.

Но фон Шенк был иного мнения:

– В этой мешанине что-то есть! – Он потер ладонь о ладонь. – Только не нужно сразу оглушать собеседника всей этой сказочной дребеденью, надо упоминать названия и имена как бы мимоходом, небрежно, и столь же небрежно уведомлять о различных обстоятельствах жизни княжны…

– Отлично! – воскликнула княжна. – А теперь… Разве я не заслужила визит к Дюша?..

И они поехали к известной Дюша, хозяйке модной лавки неподалеку от Оперы.

* * *

В Париже распространились толки о персидской княжне. Нельзя сказать, чтобы парижан очень поражало прибытие в их город подобной знатной особы! Париж Луи XV видывал самых необычайных чудаков, авантюристов, самого экзотического происхождения, вплоть до чернокожих. Здесь, в Париже, происходили самые необычайные взлеты судеб, здесь маленькая Жанна, девочка с улицы, преображалась в знаменитую «шлюху Дюбарри», обожаемую любовницу старого короля. Почему бы и не прибыть в этот город изгнанной из отечества персидской княжне?!.