Ночь - мой дом - Деннис Лихэйн

Он выдал им ящик для инструментов, снабженный двойным дном. Следуя полученным инструкциям, он специально запачкал ящик, обработав его так, что от него пахло не только маслом и жирной грязью, но и старостью. Впрочем, инструменты, которые он туда поместил, были первоклассными и ухоженными; некоторые он завернул в промасленные тряпки, и все они были недавно вычищены и смазаны.

Они встали у кухонного стола в его однокомнатном домишке, и он показал им, как снимается дно ящика. Мимо них вперевалку прошла его беременная жена, направляясь в уборную. Его двое детей играли на полу парой кукол, ловко сшитых из обычных тряпок. Джо заметил на полу лишь один матрас для детей и один — для взрослых, без всяких признаков белья или подушек. Дворняга, принюхиваясь, то входила в домик, то выходила обратно. Повсюду жужжали мухи. Ныли москиты. Даниэль Десуса лично проверил работу Шелдона — из праздного любопытства или из чистого безумия, Джо не знал, он уже не хотел об этом думать, им овладело безразличие, и он пребывал в ожидании встречи с Создателем, когда Десуса ткнул в бомбу отверткой, а его жена вернулась и шлепнула собаку. Дети начали драться за одну из кукол и бешено визжали, пока Десуса не метнул грозный взгляд на жену. Она оставила собаку в покое и принялась раздавать затрещины детям, не щадя их лиц и шей.

Дети заревели от потрясения и негодования.

— Ваша есть неплохая машинка, парни, — объявил Десуса. — Она будет наделать много шума.

Младший из двух детей, мальчик лет пяти, перестал плакать. До этого он возмущенно-изумленно хныкал, но когда остановился — это было так, словно он задул спичку, горевшую где-то у него внутри. Лицо его сделалось пустым. Он поднял с пола один из отцовских гаечных ключей и ударил им собаку в бок. Собака заворчала и, казалось, готова была кинуться на мальчишку, но потом благоразумно передумала и поспешно выбежала из хижины.

— Когда-то прибью этот собака или этот мальчик до смерти, — пообещал Десуса, не сводя глаз с ящика для инструментов. — Одно или другое.

Джо встретился с Мэнни Бустаменте, их бомбистом, в библиотеке клуба «Сиркуло кубано», где все, кроме Джо, курили сигары, даже Грасиэла. На улицах было то же самое: девяти— и десятилетние детишки разгуливали с дешевыми сигарами во рту, каждая размером не меньше их ноги. Всякий раз, когда Джо зажигал очередную свою папиросу «Мюрад», ему казалось, что над ним смеется весь город, но от сигар у него болела голова. Однако в этот вечер, оглядев библиотеку, где над их головами висел густой полог бурого дыма, он подумал: видно, придется привыкать к головной боли.

Мэнни Бустаменте когда-то работал в Гаване инженером-строителем. К сожалению, его сын был членом Студенческой федерации Гаванского университета, открыто выступавшей против режима Мачадо. Тот закрыл университет и запретил федерацию. Однажды, сразу после восхода солнца, несколько человек в военной форме явились домой к Мэнни Бустаменте. В кухне они поставили его сына на колени и выстрелили ему в лицо, а потом застрелили жену Мэнни, когда та обозвала их зверьми. Самого Мэнни посадили в тюрьму. После освобождения ему дали понять, что покинуть страну — лучшее, что он может сделать.

Мэнни рассказал это Джо там же, в библиотеке, в десять часов вечера. Видимо, таким путем Джо рассчитывали убедить, что Мэнни предан их делу. Джо не подвергал сомнению его преданность; сомневался он лишь в его проворстве. Мэнни, при росте пять футов два дюйма, комплекцией напоминал горшок для бобов. Поднявшись всего на один лестничный пролет, он запыхался и тяжело дышал.

Они обсуждали план корабля. Мэнни обслуживал двигатель, когда махина впервые прибыла в порт.

Дион спросил, почему флотские не держат собственных механиков.

— Они держат, — сообщил Мэнни. — Но если они могут достать especialista приглядывать за старыми моторами, они это делают. Этому кораблю двадцать пять лет. Его построили как… — Он щелкнул пальцами и что-то быстро сказал Грасиэле по-испански.

— Лайнер первого класса, — перевела она.

— Да, — произнес Мэнни.

Он снова обратился к ней и торопливо произнес целую тираду на испанском. Когда он договорил, она объяснила им, что судно продали военному флоту во время мировой войны, а после ее окончания превратили в плавучий госпиталь. Недавно его вновь ввели в строй — в качестве транспортного корабля, с экипажем из трех сотен человек.

— Где машинное отделение? — спросил Джо.

Мэнни снова что-то сказал Грасиэле по-испански, а та перевела. Так получалось куда быстрее.

— На дне корабля, у кормы.

Он спросил у Мэнни:

— Если вас вызовут на корабль посреди ночи, кто вас там будет встречать?

Он начал говорить, обращаясь к Джо, но потом повернулся к Грасиэле и задал ей какой-то вопрос.

— Полиция? — переспросила она, недоуменно хмурясь.

Он покачал головой, снова что-то сказал ей.

— А-а, — произнесла она. — Veo, veo, sí.[30]— Повернулась к Джо. — Он о флотской полиции.

— Береговой патруль, — уточнил Джо, глянув на Диона. — Смекаешь?

Дион кивнул:

— Смекаю получше тебя.

— Значит, вы проходите через береговой патруль, — сказал Джо, обращаясь к Мэнни, — и попадаете в машинное отделение. Где там ближайшие спальные места?

— Две койки — одна наверху и еще в другом конце, — ответил Мэнни.

— Значит, из команды рядом с вами будут только двое механиков?

— Да.

— И как вы их оттуда выставите?

Эстебан, расположившийся у окна, сообщил:

— Нам известно из надежных источников, что старший механик — пьяница. Если он и заглянет в машинное отделение проверить, как наш человек справляется с заданием, то он там не задержится.

— А если задержится? — спросил Дион.

Эстебан пожал плечами:

— Мои ребята умеют импровизировать.

Джо покачал головой:

— Никаких импровизаций.

Мэнни удивил всех: он сунул руку за голенище сапога и вынул однозарядный дерринджер с перламутровой рукояткой.

— Я позабочусь о нем, если он не уходит, — объявил он.

Джо сделал большие глаза Диону, сидевшему ближе к Мэнни.

— Дай-ка, — сказал Дион и ловко выхватил дерринджер у Мэнни.

— Вы когда-нибудь в кого-нибудь стреляли? — спросил Джо. — Убили в жизни хоть одного человека?

Мэнни откинулся на спинку кресла.

— Нет.

— Вот и хорошо. Сегодня ночью вы не станете пробовать.

Дион бросил пистолет Джо. Тот поймал его и поднес к лицу Мэнни.

— Мне все равно, кого вы убьете, — произнес он, невольно подумав: «Так ли?» — Но если вас будут обыскивать при входе на корабль, то могут найти эту штуку. А тогда они особенно внимательно осмотрят ваш ящик с инструментами и найдут бомбу. Ваша главная задача сегодня ночью, Мэнни, — не завалить дело. Как по-вашему, вы с ней справитесь?