Время великих реформ - Александр II

«Олаф» воротился из Средиземного моря в весьма хорошем виде, так что я его пошлю за нашей любезнейшей Мама́, которая его чрезвычайно полюбила, когда буду наверное знать время и место ее отправления. Почтенная наша «Аврора», которая вписала одну из самых блистательных страниц в историю нашего Флота, втянулась наконец в гавань после четырехлетнего трудного похода. (Она вышла из Кронштадта в Августе 1853 года.)

Нельзя хладнокровно смотреть на ее команду и офицеров. Все молодец на молодце. Зато они и по-царски награждены. У нас стоит ясная хорошая погода, но весьма-весьма нетеплая. Сегодня у меня собирается в первый раз Комиссия [129].

Прощай, любезнейший Саша. Обнимаю Тебя, Марию и детей от всей души.

№ 12. Константин Николаевич – Александру II

На этой неделе, любезнейший Саша, все было благополучно, и ничего особенного не случилось. Про Вас мы покуда имеем одни только телеграфические известия и вчера узнали о Вашем благополучном приезде в Вильбад. По телеграфу тоже знаю, что жена моя приезжала из Эмса к Вам на встречу в Ганновер и ужасно была довольна свиданию с Вами.

Здесь холера начинает довольно сильно пошаливать. В Кронштадте она тоже проникает отдельными случаями и на днях унесла в несколько часов времени командира клипера «Пластун» капитана Станюковича, сына старика Адмирала. Удивительное несчастие! вот в течение нескольких дней не стало двух решительно лучших из молодых Черноморских командиров, Юрьева [130] и Станюковича [131], именно тех, на которых я более всего рассчитывал.

Третьего дни умер в Кронштадте от удара второй комендант, старик Кузовлев. Если угодно будет разрешить занять его место морским офицером, я бы просил контр-адмирала Ирецкого [132], командовавшего во времена она «Голубкою».

С сегодняшнею почтою посылаются Князю Горчакову для доклада Тебе на днях полученные весьма важные депеши от Путятина. Он, наконец, получил от китайцев окончательный отказ в пропуске и потому уже отправился вниз по Амуру, дабы на пароходе «Америка» идти в Печелийский залив.

Чрез этот отказ китайцы нас поставили более или менее на ту же ногу с французами и англичанами, и это более развяжет руки Путятину. Но дабы не казаться нам в глазах китайцев более слабыми, чем остальные нации, не полагаешь ли Ты, что будет полезно усилить материальные средства Путятина? Требования и французского и английского посланников будут поддержаны довольно значительными эскадрами, представителем же нашего Флага будет один маленький пароход «Америка»; чрез это, разумеется, Путятин в глазах китайцев будет поставлен на второстепенную ногу.

Спрашивается, достойно ли это значения России? Из Кронштадта может через месяц идти Амурская эскадра, состоящая из 3 корветов и 3 клиперов, которые я полагаю теперь направить не прямо на Амур, а сперва к Путятину. Но это все суть мелкие суда, не прикажешь ли Ты их усилить более сильным судном, а именно Фрегатом «Аскольд», который новое сильное судно, находящееся в прекрасных руках у Фл[игель]-Адъютанта Уньковского, который те края прекрасно знает, и с Путятиным именно там плавал [133]. Буду ждать Твоих по сему приказаний, а между тем, не говоря зачем и куда, я уже «Аскольда» готовлю.

В тех же депешах Путятин касается вопроса Кяхтинской торговли. По сему предмету я спрашивал секретно мнение Брока [134] и посылаю Тебе его ответ, который вполне разделяю.

В Комиссии ничего важного не было, как Ты увидишь по журналу, кроме истории злоупотреблений Черноморского Интендантства, открытых Бутаковым [135]. Мы почли необходимым принять тут экстренные меры, дабы можно было хоть раз захватить что-нибудь на деле по горячим следам, и чтоб это не исчезло, как, к несчастию, все крымские дела. Я послал туда моего Оболенского [136], на которого можно вполне положиться.

Вот покуда и все. За сим обнимаю Тебя от всей души равно как и Твою Марию и детей. Дай Бог, чтоб она вполне поправилась на водах.

№ 13. Константин Николаевич – Александру II

Военный Министр [137] посылает к Тебе сегодня фельдъегеря с письмом от Зиновьева [138], которое опоздало на вчерашний пароход. Пользуюсь этим случаем, чтоб сообщить Тебе одну маленькую довольно неприятную историю, которая сегодня случилась, но которая, надеюсь, дурных последствий иметь не будет.