Зиновий Колобанов. Время танковых засад - Денис Базуев

Утром на передовые позиции дивизии прибыли артиллерийские наблюдатели, которые стали корректировать огонь по советским колоннам, пытавшимся уйти из Красногвардейска. С 12 сентября отрезок Киевского шоссе Красногвардейск – Пушкин превратился в «дорогу смерти». Немцы расстреливали все, что по ней двигалось. Ранним утром по шоссе, благодаря туману, смог вырваться танковый батальон и 7-я батарея 365-го отдельного артиллерийского дивизиона лейтенанта Н. Г. Енишева. Гусеничные тягачи НАТИ смогли вывести 122-мм пушки образца 1931 года. С небольшим интервалом за батареей Енишева, пыталась прорваться 8-я батарея лейтенанта Василия Васильевича Трохина, но спасительный туман рассеялся и на батарею обрушился шквальный артиллерийский огонь. Один за другим вспыхивали тягачи НАТИ, были разбиты все 122-мм орудия.

После боя немцы обнаружили на дороге 4 тяжелых длинноствольных орудия 12,6-см (это 122-мм пушки батареи Трохина), 4 орудия 7,6-см (из них 1 казематное), 1 зенитное 7,5-см, 1 тяжелое противотанковое на самоходной установке (не понятно, что именно имеют ввиду немцы), 1 бронеавтомобиль с 4,7-см орудием, 1 танк массой 28 тонн (или Т-34, или Т-28), 9 гусеничных транспортеров (тягачи НАТИ из батареи Трохина), 5 грузовых автомобилей, 2 станковых пулемета, 1 легкий пулемет. Также на дороге взяли в плен 30 советских солдат. Немецкие потери в бою за Киевское шоссе по данным 6-й танковой дивизии: 3 убито, 10 ранено, 2 Pz.IV, 1 Pz.35(t).

Советские танкисты пытались отбросить противника от шоссе. 12 сентября, позицию 6-й немецкой танковой дивизии в районе реки Ижора и Киевского шоссе атаковали два КВ-1. Они подошли на расстояние 500 метров и открыли огонь. В бой с ними вступил Pz.IV лейтенанта Михаэлиса и Pz.IV лейтенанта Лопе. Немецкие танкисты добились большого количества попаданий в советские танки, после чего КВ-1 отступили.

Кроме прямой дороги Красногвардейск – Пушкин, существовала еще и вторая дорога на Ленинград: Красногвардейск – Романовка – Пушкин. Она шла вдоль берега реки Ижора, и советские войска ее удерживали дольше. Причина была в том, что 269-я очень медленно наступала, и не успевала перерезать эту последнюю коммуникацию. Кроме того, командование немецкой дивизии совершило ошибку – вместо того, что бы все силы бросить в обход Красногвардейска, и окончательно окружить город, оно часть своих сил направило на штурм города, пытаясь ворваться на окраину Красногвардейска через старое кладбище. Все эти попытки были отражены 267-м ОПАБом и тяжелыми танками.

Особенно тяжелый бой шел в районе старого Гатчинского кладбища. Здесь вновь отличились танкисты роты Колобанова. Старое кладбище было последним рубежом обороны 276-го ОПАБа, здесь, в церкви Всех Святых находился штаб батальона. Территория кладбища нещадно обстреливалась немецкой артиллерией. Сама церковь была уже так сильно разрушена, что напоминала груду руин. Примечательно, что на кладбище были и немецкие могилы, так как в царской Гатчине проживало много немцев. Теперь артиллеристы вермахта сносили с лица земли их надгробия. На старом Гатчинском кладбище до сих пор стоит разрушенная церковь Всех Святых со следами войны, а рядом можно увидеть поврежденные осколками старинные могилы.

12 августа штурмовая группа 269-й дивизии совершила бросок от линии железной дороги к кладбищу. Начался жестокий бой, на защиту последнего рубежа обороны поднялись все, кто мог держать в руках оружие. Исход боя решили подошедшие танки КВ-1 – они выбили немцев с кладбища и стали на поле давить вражеских солдат гусеницами. В журнале боевых действий 269-й дивизии указано, что их атаковали советские танки, причем приданные дивизии танкисты 8-й танковой наотрез отказались вступать в бой с вражескими танками, и предпочли наблюдать на расстоянии за истреблением своей пехоты.

В отчетах 1-го полка информации об этом бое нет, но в рукописной биографии Колобанов указывает, что он сражался на кладбище. Вероятно, в этом бою участвовали остававшиеся в строю танки двух рот КВ: три танка Зиновия Колобанова, и машины роты лейтенанта Бориса Давидовича Швеца. Борис Швец погиб накануне этого боя – его КВ-1 был уничтожен авиабомбой 9-го сентября 1941 года.

13 сентября 1941 года. После отражения атаки на кладбище, роту Колобанова перебросили в район Колпанского узла обороны, где она до 13 сентября помогала отбивать атаки штурмовых групп дивизии СС «Полицай». Здесь тяжелые танки очень эффективно взаимодействовали с гарнизонами ДОТов. 13 сентября наступила развязка – противник в любой момент мог окончательно перерезать две последних дороги из Красногвардейска. По основной дороге Красногвардейск – Пушкин проехать уже было невозможно, она простреливалась и была завалена разбитой техникой.

Утром 13 сентября перед выходом из Красногвардейска образовалась огромная пробка из автомашин, повозок, тягачей с орудиями. Зиновий Колобанов получил приказ по рации прикрыть выход колонны из города. Три КВ-1 роты, следуя из Больших Колпан, пересекли город с юга на север и вышли к окраине Красногвардейска. Причем, когда колонна танков проходила мимо Гатчинского парка, в нем была слышна перестрелка – пехота дивизии СС «Полицай» уже проникла в город.

Перед прорывом в танк Колобанова погрузили секретные документы. В рукописной биографии Колобанов сообщил, что они принадлежали 1-му танковому полку, а колонна состояла из 64 единиц (повозки). Танкисты выдвинулись вперед, и, действуя из укрытий, заставили замолчать артиллерию противника. Воспользовавшись этим, колонна прорвалась в Пушкин, туда же отошла и рота Колобанова. Медсестры плакали, и благодарили танкистов. Колонна, которую вывела из Красногвардейска рота Колобанова, была последней, которой удалось пройти по дороге Красногвардейск – Пушкин. Остальные подразделения были вынуждены выходить по второстепенной дороге Красногвардейск – Романовка – Пушкин, пока ее не перекрыли части 269-й пехотной дивизии.

Тот же самый танк КВ-1 у Фрезерной (вид с другого борта). Видны повреждения, которые причинил танку взрыв немецкой авиабомбы. У танка сильно повреждена ходовая часть. Гибель этого советского танка зафиксирована в истории 269-й пехотной дивизии (фотография с сайта www.kv1ehkranami.narod.ru).

Для перекрытия отступления в городе осталась группа разведчиков под командованием политрука Андрея Григорина. Ее основные силы заняли позицию в доме на углу улиц 25-го октября и Соборной. Здесь 35 храбрецов вступили в бой с частями дивизии СС «Полицай». Разведчики Григорина не позволили немцам с ходу пройти по основной артерии города (улице 25-го Октября) с юга на север, и ударить в тыл отступающим советским подразделениям. В ходе боя часть бойцов погибла, а часть попала в плен. Андрей Григорин был схвачен и казнен немцами. Дом, в котором геройски сражались советские разведчики, сохранился, на нем есть мемориальная табличка с именами бойцов, оборонявших этот рубеж.

После ухода танков роты Колобанова, 13 сентября 1941 года в районе Колпаны – Химози шел жестокий бой. Дивизия СС «Полицай» вскоре окружила этот участок обороны, но отважные гарнизоны ДОТов не сдавались, а продолжали геройски сражаться с врагом в безвыходной ситуации. Красногвардейск уже был полностью захвачен, а защитники маленьких бетонных крепостей еще держались, отбивая атаки противника шквальным пулеметным и артиллерийским огнем. Часть укреплений сражалась до утра 14 сентября, и лишь израсходовав все боеприпасы, гарнизоны ДОТов стали прорываться к своим. Бойцы перехитрили немцев, и вышли из окружения по болотам.