От Аустерлица до Парижа. Дорогами поражений и побед - Олег Гончаренко

Лейб-кирасирский Ее Величества полк, под командою полковника барона Розена, прикрывая батареи и выдерживая сильный неприятельский огонь, не терял нимало присутствия духа: полковник барон Розен, будучи отлично храбр, служил примером своим подчиненным, а когда неприятель покусился атаковать нашу пехоту, правее от нас, и когда он, господин Розен, по приказанию господина ген. — лейт. князя Голицина, послан мною с двумя эскадронами атаковать, что с большим стремлением было исполнено, отчего много неприятельская кавалерия потеряла, особенно тогда, как барон Розен напал на нее с тылу. Одним словом, неприятельская колонна была опрокинута и потерпела большой урон. Рекомендуя барона Розена, должен засвидетельствовать и об отличной храбрости эскадронного командира майора Кошенбара, содействовавшего в успехе сей атаки, равно расторопность и мужество майора Вистергольца, получившего контузию, штабс-ротмистра Шлиппенбаха и Гедеонова, раненного ядром в ногу, поручиков полкового адъютанта Кириллова, Рудковского 2-го и Кошенбара 2-го, из коих два последних ранены контузиею.

Атака лейб-гвардии кирасирского Его Величества полка в 1813 году. Художник М.Б. Греков

О прочих двух эскадронах сего полка барон Розен доносит мне, что майор Соллогуб, оставаясь с ними на левом фланге, двоекратно атаковал батареи, поражая каждый раз неприятеля, рекомендует об отменной храбрости и мужестве его и командующего также эскадроном ротмистра Гагина. Сей последний во время с мужеством произведенной атаки сильно ранен картечью в руку. В сих атаках отличал также себя и поручик Милевский, получивший контузию в голову…

Равномерно, господин генерал-майор Шевич, полковник барон Розен и Каратаев за отличную храбрость и мужество просят о производстве в офицеры… вверенного ему лейб-кирасирского Ее Величества полка вахмистра Рыбаса… причем барон Розен о Рыбасе пишет, что он, будучи сильно ранен, оставался во фрунте до изнеможения сил… осмеливаюсь рекомендовать о их мужестве и храбрости. Справедливостью требует засвидетельствовать также и то, что все они, равно и нижние чины, в сие жестокое сражение столь были мужественны, что казалось, решились жертвовать жизнью…

Подписал генерал-майор М. Бороздин.

И.Ф. Рубец

5 марта 1812 г. лб. — гв. конная артиллерия в составе двух восьмиорудийных батарей под командой полк. Козена выступила в поход. 1-й батареей командовал кап. Захаров, 2-й — кап. Ралль 2-й.

По прибытии на театр военных действий батареи, вместе с другими частями гвардии, составили 5-й корпус под командой цесаревича Константина Павловича. Корпус этот входил в состав 1-й западной армии ген. Барклая де Толли. С этой армией батареи совершили отход до Бородина, причем боевое крещение получили в боях под Витебском, где 2-я батарея своим огнем долго мешала противнику навести мост через Двину.

На Бородинской позиции, согласно диспозиции ген. Кутузова, батареи лб. — гв. конной артиллерии должны были находиться в общем артиллерийском резерве у д. Псарево под командой генерала Левенштерна. Однако уже на рассвете 26 августа 2-я батарея перешла к кирасирской дивизии ген. Депрерадовича, находившейся у д. Князьково, у Псарева же оставлена лишь 1-я батарея.

Вечером 25 августа в батареях объявлено следующее предписание начальника артиллерии ген. гр. Кутайсова: «Подтвердить во всех ротах и батареях, чтобы они с позиции не снимались, пока неприятель не сядет верхом на пушки; сказать командирам и всем г.г. офицерам, что, отважно держась на самом близком картечном выстреле, можно только достигнуть того, чтобы неприятелю не уступить ни шагу нашей позиции; артиллерия должна жертвовать собой, пусть возьмут вас с орудиями, но последний картечный выстрел выпустите в упор и батарея, которая будет таким образом взята, нанесет неприятелю вред, вполне искупающий потерю орудий».

26 августа, около 8 часов утра, когда после отбития второй атаки на Семеновские флеши Наполеон посылает туда подкрепления, Кутузов направляет туда же части из резерва, в частности бригаду ген. Бороздина 2-го из дивизии Депрерадовича и полки: кирасирские Его и Ее Величества и Астраханский кирасирский. С ними к Семеновским флешам направляется и находившаяся у Псарева 1-я батарея. В строю батареи, кроме командира, находились следующие офицеры: шт. — кап. Бистром, поручик Гельмерсен, подпоручики Гижитский, Дивов и Павлов.

Рысью, во взводной колонне, двинулся туда кап. Захаров и прибыл к левому флангу как раз тогда, когда французская пехота, направленная в промежуток между флешами и Утицким лесом, угрожала обходом.

Заметив в кустарниках обходящего неприятеля, Захаров построил фронт и без прикрытия понесся вперед, снялся на дистанции близкого картечного выстрела и открыл убийственный беглый огонь по выходящей из леса пехоте, которая, понеся большие потери, вынуждена была остановиться.

Тем временем находившийся при батарее полк. Козен подскакал к кирасирам, дабы ускорить их движение. После же прибытия последних батарея приняла вправо и вступила в бой с 30 орудиями, стоявшими против нее, причем батарея разделилась.

Шт. — кап. Бистром с тремя орудиями занял возвышенность, дававшую возможность фланкирования неприятельской позиции, остальные же пять орудий поставили на интервалах в 50 шагов, дабы представлять меньшую цель. Мера эта оказалась чрезвычайно удачной, и, в то время как с батареи ясно были видны попадания Бистрома, у нас ни одно орудие не было подбито.

Зато потери в личном составе были большие.

Одним из первых пал молодой 19-летний подпрапор. Павлов, недавно определенный цесаревичем в лб. — гв. конную артиллерию. Павлов — первый гвардейский артиллерист, павший на поле брани после убитого в 1695 г. под Азовом князя Федора Троекурова. Ранен подпор. Дивов.

Вскоре, расстреляв все комплекты снарядов и в ожидании прибытия второго эшелона зарядных ящиков, батарея отведена, по приказанию полк. Козена, назад. Захаров же поскакал к Бистрому, чтобы узнать, нельзя ли усилить его одним или двумя орудиями.

«Ну, ребята, как вы тут живете-можете? Довольно ли у вас еще зарядов? Завидую счастью вашему! Вы можете еще сражаться за Царя и Отечество».

С этими словами обратился Захаров к солдатам, и в это время ядро ударило в него и в близстоявшего фейерверкера. Четыре канонира подняли его, чтобы нести на перевязочный пункт, но, претерпевая ужасные мучения, он приказал двум из них вернуться обратно.

«Подите туда, вы там нужны, а меня и двое как-нибудь доволокут».

Через четверть часа Захаров скончался, спрашивая: «Отступил ли неприятель?»

Так геройски пал в бою первый командир 1-й батареи.

Около 11 часов батарею отвели в резерв, причем несколько орудий вывозились на одном уносе, а в зарядных ящиках было по одной лошади. Кроме офицеров батарея потеряла: 58 нижних чинов и 73 лошади.