Говорит Альберт Эйнштейн - Р. Гэдни

К этой кампании присоединяется значительное количество ученых и писателей со всего мира.

По словам сотрудника международного Красного Креста, Оссецкий похож на «дрожащее, мертвенно-бледное и, по-видимому, бесчувственное существо с опухшим глазом, выбитыми зубами, трясущейся, сломанной, не зажившей до конца ногой… человек, который достиг предела того, что можно выдержать». К тому же он страдает от туберкулеза.

Когда Оссецкому присуждают Нобелевскую премию мира, Геринг приказывает ему отказаться. Находясь в больнице, Оссецкий отвечает:

Два представителя Нобелевского комитета — Хальвдан Кут, министр иностранных дел Норвегии, и Зигмунд Мовинкель — уходят в отставку. Король Хокон VII не участвует в церемонии вручения. Норвежская газета «Афтенпостен» заявляет: «Оссецкий — преступник, который нанес удар своей стране, используя противозаконные методы, задолго до прихода Гитлера к власти. Лишь соблюдая существующие законы, можно достичь мира между народами».

В немецкой прессе не разрешается упоминать о Нобелевской премии Оссецкого, правительство Германии запрещает своим гражданам принимать Нобелевские премии.

Тремя годами позже, все еще находясь под стражей в больнице Нортбенд в Берлин-Панкове, Оссецкий в возрасте сорока двух лет умирает от туберкулеза и последствий жестокого обращения со стороны надзирателей.

Переезд в Принстон и заселение в дом на Мерсер-стрит выматывает Эльзу. Она узнает, что в Париже от туберкулеза скончалась Ильзе.

Эльза заболевает, и врачи обнаруживают у нее гипертиреоз и долевую пневмонию. Кашель сопровождается кровохарканьем.

Альберт признается Элен Дюкас:

— Не могу видеть ее страдания.

— Она знает, как сильно вы ее любите.

— Думаешь?

— Конечно. Она рассказала мне, какое утешение для нее ваша забота.

Летом они отправляются на озеро Саранак-Лейк в горах Адирондак.

Врач прописывает морфин.

Эльза пытается связать шарф. У нее опухают голени и лодыжки. Сердце и почки слабеют.

В возрасте шестидесяти лет, за пять дней до Рождества 1936 года, Эльза умирает у себя дома в Принстоне.

Альберт сражен горем.

Поминальная служба проходит в доме на Мерсер-стрит. Затем Эльзу кремируют на кладбище «Юинг» на Скотч-роуд, 78.

Альберт теряет силы, повисая на руках у Элен.

— Подумайте о будущем, — говорит она.

— Я буду по ней очень скучать… я буду по ней очень скучать.

У Альберта строгий распорядок дня. В девять утра — завтрак. Яичница на сливочном масле с ложечкой меда. Свежевыпеченные булочки.

На работу он ходит пешком, и часто его подкарауливают местные жители, которые хотят познакомиться с великим человеком. Он позирует для фотографий, раздает автографы и для всех находит пару добрых слов.

Он работает в институте до часу дня.

Возвращается домой на обед (обычно спагетти). Ложится вздремнуть.

Работает у себя в кабинете до половины седьмого вечера и прерывается на ужин. Возвращается в кабинет и работает до одиннадцати вечера.

Идет спать.

ОБИТАТЕЛЬ ПОВСЕДНЕВНОСТИ

ПРЕССА НЕ ДАЕТ МНЕ ПРОХОДА

«Нью-Йорк таймс» объявляет:

* * *

Альберт в одиночку пытался создать универсальную «теорию всего». Он пишет Максу фон Лауэ: «Я чувствую себя ребенком, который никак не может выучить алфавит, хотя, как ни странно, надежды я не теряю. В конце концов, здесь мы имеем дело со сфинксом, а не с покладистой уличной девицей».

Соловину он пишет следующее: «Вместе с моими молодыми коллегами я работаю над одной крайне интересной теорией, с помощью которой я надеюсь преодолеть теоретико-вероятностную мистику и связанный с ней отход от понятия реальности в современной физике».

За несколько месяцев до войны, вспыхнувшей в 1939 году, физики начинают лихорадочно разрабатывать новые идеи.

В Берлине, в Институте кайзера Вильгельма, Отто Ган и Фриц Штрассман обнаруживают, что ядро атома имеет свойство распадаться. Результат этого деления ядра — высвобождение огромного количества энергии пропорционально массе атома. Это, конечно же, выражается формулой E = mc2. Цепная реакция может порождать гигантские объемы энергии.

Через несколько месяцев в журнале «Нейчур» появляется не менее двадцати статей о ядерном распаде.

Будучи сыном инженера и потомком зажиточной еврейской семьи, уроженец Будапешта Лео Сцилард сменил фамилию Шпиц на Сцилард в 1900 году. В Берлине он учился на инженера в Техническом институте, увлекаясь работами таких физиков, как Эйнштейн, Габер, Нернст, Планк, фон Лауэ и Шредингер. В 1921 году Сцилард бросил инженерное дело и поступил в Берлинский университет, где изучал физику под началом Макса фон Лауэ и других. Он получил докторскую степень, защитив диссертацию, в которой показал, что Второй закон термодинамики относится не только к средним значениям, как считалось ранее, но и к случайным образом изменяющимся. В период с 1925 по 1933 год Сцилард подавал заявки на многочисленные патенты, часто вместе с Альбертом, и один из них был на новую холодильную систему, которая, однако, не заинтересовала немецкую компанию «AEG».