Александр Попов - Моисей Радовский

Необычайно большой интерес к солнечному затмению 1887 года вызывался, помимо астрофизических проблем, для разрешения которых это явление представляло неповторимые возможности, еще одним обстоятельством, представляющимся теперь заблуждением, впрочем, нередко встречающимся в истории науки. Тогда было широко распространено мнение, что вокруг солнца обращается внутри орбиты Меркурия еще не обнаруженная планета, которой дали название «Вулкан». Дело осложнялось тем, что в существование этой планеты уверовал такой научный авторитет, как знаменитый французский астроном Урбен Жан Жозеф Леверье (1811–1877), открывший планету Нептун. Он-то и дал название гипотетической планете. Ожидалось, что во время солнечного затмения удастся окончательно установить ее существование.

Назначенная физическим отделением Русского физико-химического общества комиссия ставила перед экспедициями вполне реальные задачи, заключавшиеся в проведении спектральных исследований, изучении поляризации света короны, фотометрических измерениях, и фотографировании солнечной короны[350]. К гипотезе же о существовании планеты Вулкан в России относились весьма скептически; в названном отчете о ней ни словом не упоминается[351].

Ожидавшийся с таким нетерпением день затмения обманул возлагавшиеся на него надежды. Погода на большей части пути лунной тени оказалась на редкость неблагоприятной. Из всех станций, организованных самим Физико-химическим обществом или при его содействии[352], удовлетворительные результаты были получены лишь в Красноярске и в меньшей степени в Петровске[353], поэтому больше всего ценных материалов поступило в общество от Красноярской экспедиции, в которой участвовал Попов. О ней довольно подробно рассказывает в своих воспоминаниях М. А. Шателен. «Я, — пишет он, — в то время был студентом третьего курса Петербургского университета и как раз слушал факультативный курс спектрального анализа, который читал Н. Г. Егоров в качестве приват-доцента университета. Конечно, Н. Г. Егоров на своих лекциях много говорил об астрофизических исследованиях и, в частности, об исследованиях в периоды солнечных затмений. Немногочисленные слушатели его курса с громадным интересом воспринимали сообщаемые сведения и затем, когда узнали о предполагавшейся для наблюдения затмения экспедиции, старались получить возможность принять в ней или в работах по ее подготовке какое-нибудь участие. В конце концов в состав экспедиции были включены два студента — А. В. Вульф[354], впоследствии профессор Петербургского политехнического института, и я. В дальнейшем к экспедиции присоединился еще третий студент, ученик Н. Г. Егорова по Военно-медицинской академии Климович»[355].

Далее Шателен рассказывает о том, как велась подготовка к намеченной экспедиции, как участники ее тренировались в астрономических наблюдениях в университетской обсерватории и обращении с приборами, которых было довольно много, общим весом свыше тонны[356]. Физическому отделению принадлежала лишь часть научного оборудования, которое повезла с собой экспедиция. Некоторые приборы были взяты из физического кабинета и астрономической обсерватории университета, а также из других учебных заведений, в том числе и из Минного офицерского класса[357], где физическим кабинетом заведовал Попов. Некоторые были сконструированы самими участниками экспедиции.