Нефтяной король. Секретная жизнь Марка Рича - Дэниел Амманн

Марк Рич не был признан виновным. Дело не дошло до суда, поскольку Рич так и не вернулся в Соединенные Штаты. Суд не вынес решения по выдвигавшимся против него обвинениям. Если следовать испытанному временем традиционному американскому подходу «не виновен, пока не доказано обратное», то Рича следует считать невиновным.[144]

В реальной жизни все обстоит иначе. Рича уже осудили и средства массовой информации, и общественное мнение; множество журналистов и политиков озвучили заявления, нарушающие презумпцию его невиновности. Со временем Рич из подозреваемого и ответчика превратился в мошенника и врага государства, хотя ни одно из этих обвинений не было доказано в суде. Даже прокурор Сэнди Вайнберг считает, что Рича «опорочили, запятнали и выставили одним из величайших преступников в мире».[145]

Цель этой книги — не доказать вину или невиновность Рича, а поднять вопросы и указать на ошибки, сделанные обеими сторонами. Юридическая ситуация была вовсе не такой однозначной, как это выглядело в обвинительном заключении, о котором мы говорили в предыдущей главе. Оказывается, некоторые из лучших юристов Соединенных Штатов пришли к выводу о существенных изъянах в следствии и обвинении. Среди этих юристов — бывшие советники Белого дома Леонард Гармент и Джек Куинн; это Льюис «Скутер» Либби, бывший помощник президента и руководитель аппарата вице-президента; это профессор Мартин Гинзбург из Центра права Джорджтаунского университета; это Бернард Уолфман из Гарвардской юридической школы; это Лоренс Ургенсон, бывший второй помощник генерального прокурора и начальник Отдела мошенничества Министерства юстиции США. Все они полагали, что Марк Рич не виновен в выдвинутых против него обвинениях.

Спустя годы Рич нанимал всех этих юристов для подробного разбора его дела и, в некоторых случаях, для его защиты в суде. Их доводы, однако, никто не рассматривал всерьез.

Эти доводы основаны на следующих пяти пунктах, поднимающих серьезные вопросы к предъявленному обвинительному заключению. Спустя много лет Джек Куинн перечислит некоторые из этих доводов в петиции президенту Клинтону о помиловании Рича (см. гл. 18).

1. RICO. Дело Рича — первый случай, когда закон RICO «о коррумпированных и находящихся под влиянием организованной преступности организациях» и его конфискационные статьи были применены в деле о «беловоротничковой» преступности, не имевшем ничего общего с мафией, наркоторговлей, похищениями и убийствами. Адвокаты Рича критиковали Руди Джулиани и Сэнди Вайнберга за то, что они превратили довольно простое дело об уклонении от налогов в драконовское уголовное преследование с использованием RICO. «RICO применили как кувалду против Рича», — сказал мне Джек Куинн во время нашего долгого телефонного разговора. Он был руководителем аппарата вице-президента Альберта Гора, а затем стал советником президента Билла Клинтона. Куинн хотел подчеркнуть, что после выдвижения обвинения Ричу Министерство юстиции в дальнейшем оговорило, что конгресс США не намеревался применять статьи RICO или обвинения в мошенничестве с помощью почты и телеграфа для дел об уклонении от налогов.[146] Более того, Министерство юстиции, осознав силу воздействия конфискационных мер RICO, в 1989 г. запретило прокуратуре осуществлять несоразмерные штрафы и конфискации или досудебные ограничения, нарушающие нормальную и законную деятельность.[147]

2. Гражданское, а не уголовное дело. Юристы Рича подчеркивают, что это дело уникально в том смысле, что против компании Рича выдвигались уголовные, а не гражданские обвинения. Все другие подобные дела, говорят они, рассматривались гражданскими судами. По мнению юридической команды Рича, это дело по своей сути являлось спором об урегулировании контролируемых цен и налогов. Ни одна американская нефтедобывающая компания, настаивавшая на взаимоувязке своих продаж нефти в США с офшорными нефтяными зарубежными транзакциями, не была подвергнута уголовному преследованию.

3. Министерство энергетики. Юристы Рича утверждают, что в 1985 г. во взаимосвязанном деле Министерство энергетики США признало, что компания Рича должным образом связала внутренние и иностранные транзакции для целей финансовой отчетности. Прокуратура занимала по этому вопросу противоположную позицию и в своем обвинительном заключении оспаривала законность тех же самых транзакций.

4. Анализ профессоров налогового права. Леонард Гармент уполномочил выдающихся профессоров налогового права — Мартина Гинзбурга из Центра права Джорджтаунского университета и Бернарда Уолфмана из Гарвардской юридической школы — провести независимый анализ транзакций, на которых строилось обвинительное заключение. Кроме того, профессора оценили эти транзакции в контексте федеральных налогов на прибыль. За свою работу Гинзбург (муж судьи Верховного суда Рут Бейдер-Гинзбург) и Уолфман получили, соответственно, $66 199 и $30 745. В результате они пришли к поразительному выводу: «во всех рассматриваемых вопросах MRI и AG [Marc Rich + Co.] действовали корректно в отношении налогового режима США; отсутствуют неучтенные обязательства по федеральным налогам на прибыль или дополнительным налогам, относящиеся к транзакциям, изложенным в обновленном обвинительном заключении».[148] В отчете также указано, что доход двух швейцарских компаний был верно определен как «доход иностранного источника» и потому «свободен от налогообложения в США согласно налоговому договору между США и Швейцарией». То, что прокуроры сочли «ложными налоговыми изъятиями», в действительности является «затратами на проданные товары». Согласно выводам двух профессоров налогового права, компания Рича вообще не должна была платить налоги.

5. Иран. До сегодняшнего дня звучат обвинения в том, что Рич лично торговал с врагом. Это обвинение было, по мнению журнала Time, «одним из самых серьезных».[149] Многие часто забывают, что и MRI, и Marc Rich + Co. были швейцарскими компаниями. MRI была «учреждена в надлежащем порядке» по законам Швейцарии в 1978 г. как единоличная дочерняя компания Marc Rich + Co., которая, в свою очередь, была швейцарской компанией, учрежденной по тем же законам в 1974 г. Все время, относящееся к данному делу, MRI и Marc Rich + Co. имели существенную деловую активность в швейцарском Цуге, где находились головные офисы обеих компаний. Такие компании, утверждали юристы Рича, и даже иностранные «дочки» американских компаний однозначно не подпадали под ограничения эмбарго, и потому их торговля с Ираном не являлась преступлением. Как мы видели, это четко оговаривается в указе президента Картера.[150] Ряд компаний позволяли своим «дочкам» торговать с Ираном во время кризиса с заложниками; в списке фирм, вполне законно проигнорировавших иранское эмбарго, можно увидеть даже двух подрядчиков Министерства обороны США.[151]