Путевой дневник. Путешествие Мишеля де Монтеня в Германию и Италию - Мишель Эке́м де Монтень

Мы уехали оттуда в субботу рано утром по очень красивой насыпи вдоль реки[305], имея по обе стороны весьма плодородную, богатую хлебами равнину, где в полях тенистые деревья перемежаются виноградниками[306], а на дороге со всех сторон виднеются красивые загородные дома для отдохновения, и среди прочих принадлежащий роду Контарини, у ворот которого имеется надпись, что здесь, возвращаясь из Польши, останавливался король[307]. Мы приехали в Ка’ Фузину, где отобедали.

КА’ ФУЗИНА, двадцать миль. Это всего лишь постоялый двор, откуда по воде отправляются в Венецию[308]. На реке[309], по которой сюда прибывают всевозможные суда, устроены машины со шкивами, наподобие жерновов для выжимания масла, их крутят две лошади, и перетаскивают эти суда на деревянном поддоне при помощи всех этих колес под ним и над ним, и спускают их в канал, соединенный с морем, где и расположена Венеция[310]. Мы пообедали там и сели в гондолу, чтобы поужинать в Венеции.

ВЕНЕЦИЯ, пять миль. На следующий день, в воскресенье утром, г-н де Монтень увиделся с г-ном де Ферье, королевским послом, который радушно его принял, отвел к мессе и удержал у себя на обед. [Этому старцу уже за семьдесят пять лет, по каковому поводу он говорит, что в своем возрасте здоров и жизнерадостен; но в его манерах и речах есть что-то схоластическое, мало живости и остроумия, а его мнения о наших делах весьма очевидно склоняются к кальвинистским новшествам[311].]

В понедельник они с г-ном д’Эстисcаком снова отобедали там. Вот что из сказанного послом среди прочего показалось ему [т. е. г-ну де Монтеню] странным: дескать, он не завел в городе ни одного близкого знакомства, поелику у здешних людей нрав такой недоверчивый, что, если бы один из их дворян поговорил с ним хотя бы раза два, они сочли бы это подозрительным; а также то, что Венеция приносит Синьории сто пятьдесят тысяч экю ренты. Впрочем, редкости этого города достаточно известны. Он [г-н де Монтень] сказал, что нашел его не совсем таким, каким представлял себе, и чуть менее восхитительным. Он с крайним усердием осмотрел его со всеми особенностями. Местоположение, политическое устройство, Арсенал, площадь Св. Марка и толпы чужестранного люда показались ему самым примечательным[312].

В понедельник за ужином синьора Вероника Франко, венецианская благородная дама[313], прислала г-ну де Монтеню для ознакомления сочиненную ею книжечку писем[314]; он велел передать ей с тем же посыльным два экю[315].