Поместье Даунтон. Начало - Маргарет Йорк

Конечно, никакие свечи не погасли, но еще на один танец Роберт ее пригласил. Кора постаралась взять себя в руки, но стоило начать вальсировать, как все старания рассыпались прахом. Нет, с графом Грэнтэмом категорически нельзя танцевать даже под маской.

– Вы любите вальс?

О господи, хорошо, что этот вопрос задан во время второго танца, на первом она бы не справилась с дрожью в голосе.

– Да, как и вы, милорд.

– Вы так уверены, что я милорд?

На мгновение из-за насмешки в его голосе Кора даже усомнилась в своей правоте, но потом осадила себя: голос-то лорда Кроули! Да, именно этот голос произнес отказ пригласить ее на танец на королевском балу в Лондоне.

– Даже если это не так, едва ли я обидела вас подобным обращением.

– Разве у вас в Нью-Йорке относятся к титулам столь же серьезно, сколь к богатству?

Крайне нелепая тема для разговора во время вальса на маскараде, но Кора вдруг… рассмеялась:

– Граф Грэнтэм, вы могли надеть не только маску, но и два парика, и все же выдали бы себя с головой.

Роберту тоже стало смешно.

– Да, мисс Левинсон, от ваших проницательных глаз ничего не скроешь.

– Скорее уж ушей, ведь вы выдали себя вопросом. И вы уверены, что я мисс Левинсон?

– Да, мисс Кора Левинсон…

Вальс закончился и пришлось раскланяться, а потом Кору беспрестанно приглашали другие молодые люди, в первую очередь Генри Невилл. Да и сам лорд Кроули танцевал с другими партнершами. Время от времени его взгляд выхватывал из толпы стройную фигурку в золотистом наряде, отмечая грациозность движений и веселость девушки, но не более. Сердце Роберта Кроули осталось нетронутым.

– Роберт, о чем вы говорили с Корой?

Роберт усмехнулся: тетушка все же намерена женить его на миллионах Левинсонов?

– Она подтвердила, что любит вальс, и дала понять, что знает, кто я. Этого достаточно, чтобы сделать предложение?

– Негодник! Немедленно пригласи мисс Левинсон танцевать еще раз и постарайся получить приглашение на скачки.

– Для того чтобы посетить скачки, нужно приглашение? Я полагал, что достаточно простого присутствия и билета.

– Ты должен получить приглашение на трибуну Левинсонов. Хорошо, мы будем сидеть у Бельмонтов.

Танцевать на маскараде им больше не пришлось, Кора была постоянно ангажирована, а потом просто исчезла, как и с бала у леди Астор. Но они встретились еще раз довольно скоро – на том самом приеме, посвященном героям хартумской операции.

– Томас, нужно посмотреть, что из привезенного подойдет для такого приема…

– Милорд, а зачем смотреть, разве не лучше быть в парадном мундире с орденами?

Роберт рассмеялся:

– Ты предлагаешь за день чудесным образом переместиться в Даунтон, чтобы принести оттуда мой мундир? У меня нет феи из сказки.

– Есть!

– Что есть?

– И фея есть, и мундир тоже. Вон он висит выглаженный и готовый.

– Томас?! – Роберт не поверил своим глазам, его парадная форма и впрямь была в полной готовности. – Откуда?

– Ваша фея – леди Маргарет, это она посоветовала мне взять с собой форму и награды.

– Ну, леди Маргарет… – прошептал Роберт, разрываясь между благодарностью к предусмотрительной тетушке и возмущением из-за ее слишком плотной опеки. Ему не семнадцать и вот так старательно загонять его к алтарю – это уж слишком.

Но как бы ни возмущался Роберт, приходилось признать, что леди Маргарет оказалась дамой предусмотрительной и была права. Появиться на подобном приеме во фраке было бы гораздо хуже.

Прием, который устроил дядя супруги Эдварда, проходил в очень узком кругу – всего сотня гостей. Сьюзен присутствовала по праву другой племянницы хозяина особняка, а Кора по праву ее ближайшей подруги. Она отчаянно противилась необходимости посетить совершенно неинтересное для нее мероприятие, но Сьюзен буквально взмолилась:

– Кора, Джеймс уезжает на неделю, я рискую остаться там совсем одна среди скучных-скучных мужчин. Умоляю, не дай погибнуть! Мы постараемся исчезнуть, как только появится такая возможность, обещаю.

Когда слуга объявил о появлении леди Маргарет Кроули и лорда Кроули графа Грэнтэма, Кора стояла к входу вполоборота и не намеревалась оборачиваться. Но ей пришлось… Невозможно не заметить, как почти все присутствующие, дружно забыв о своих визави, поступили именно так – повернулись к графу Грэнтэму. Роберт замер у порога, чуть смущенный такой встречей, а хозяин – мистер Джордж Беннет – поспешил ему навстречу.

Кора тоже замерла, потому что на ярко-красном мундире графа Грэнтэма выделялись награды самого высокого достоинства, причем не только английские. Сам Роберт меньше всего походил на скучного джентльмена.

– Как он хорош… – невольно прошептала Сьюзен. – Кора, ты только посмотри!

Мисс Левинсон понадобилось усилие, чтобы отвести глаза и продолжить разговор со Сьюзен.

Мистер Беннет не зря предвкушал успех приема – граф Грэнтэм оказался главной его достопримечательностью. С молодым героем, имевшим боевые награды, захотели побеседовать все.

Позже Кора оказалась за столом неподалеку от графа Грэнтэма, почти напротив него. Встретившись с ней взглядом, Роберт склонил голову в знак приветствия, Кора также степенно ответила. Она очень старалась не проявлять открытый интерес к графу, но все же не удержалась и поинтересовалась у сидевшего рядом мистера Коллинза, какая из наград лорда Кроули самая значительная.

– Крест Виктории. Он не очень ярок, но весьма дорог, поскольку дается за боевые заслуги.

– Это высшая награда Англии?

– Нет, конечно, существуют ордена Подвязки, Бани… Но это боевая награда.

В слове «боевая» чувствовалось такое уважение, что Кора не могла не оценить. Эдвард Коллинз, сам того не ведая, сильно повлиял на отношение мисс Левинсон к своему английскому другу.

Подобные приемы не рассчитаны на светскую болтовню и ухаживания, тем более Сьюзен быстро заскучала, потому при первой же возможности они с Корой поспешили распрощаться. Лорд Кроули был окружен любопытствующими, танцы не полагались, потому мистер Беннет не возражал против ухода племянницы и ее подруги.

Дома мистер Левинсон заметил некоторую задумчивость дочери.

– Кора, где ты была?

– На приеме у Беннетов.

– А, да… Беннет сегодня собирал старых вояк. Не понимаю его любовь к военным трофеям и прочему. Ну и кем он потчевал гостей на сей раз?

– Героем дня был граф Грэнтэм, папа.

– Молодой Роберт Кроули? Чем он сумел заслужить такую честь?

– У него боевые награды, в том числе, как мне сказал Эдвард Коллинз, Крест Виктории.