Под грозовыми тучами. На Диком Западе огромного Китая - Александрa Давид-Неэль

Освященный обычаем гражданский брак в настоящее время остается довольно распространенным.

В некоторых провинциях, особенно в Сычуани, печатные бланки свидетельств о браке продаются в магазинах. Достаточно вписать туда имена супругов и заверить бумагу у представителя гражданской или военной власти, а также у какого-нибудь влиятельного лица, и брак становится законным. Никаких других формальностей не требуется.

Положения новой Конституции в отношении полигамии предусматривают наказание в виде лишения свободы для мужчины, вступившего во внебрачную связь, даже если он не содержит любовницу в своем доме. Хотя этот закон иногда применяется в связи с жалобой законной супруги, он, как правило, существует лишь на бумаге, особенно в отдаленных провинциях внутри страны, и полигамия продолжает процветать там, где она всегда была обычным делом: в высшем обществе и среди богачей. Благодаря более независимому образу жизни современных женщин, несмотря на ограничения, еще сохранившиеся в китайской глубинке, количество истинных жен приближается к официальным данным; если раньше законная жена и сожительницы были прикованы к дому, то сейчас они разъезжают в автомобилях или гуляют пешком, ходят в гости, делают покупки в магазинах; таким образом, люди знакомятся с супругой номер два или номер четыре господина X. Мне рассказывали об одном высокопоставленном деятеле, который обычно появляется в обществе в сопровождении нескольких жен и многочисленных детей. Лично я нахожу подобную искренность достойной уважения. Пока количество новорожденных девочек значительно превышает в Китае количество младенцев мужского пола, всякие попытки резко, в корне изменить супружеские нормы морали, существующие испокон веков, грозят привести к пагубным последствиям.

Наряду с богатыми многоженцами встречаются и бедняки, стремящиеся за счет количества жен обеспечить себя бесплатными помощницами, работающими с ними или на них. Купцы используют их в качестве компаньонок, поручая им вести дела в своих торговых домах. Один из моих поставщиков из Дацзяньлу[20], помимо магазина в городе, владеет еще несколькими лавками в Сиане, в провинции Шэньси, в Ячжоу, на границе провинции Сычуань, а также в Батане, на западной окраине провинции Юньнань. В каждом из этих отделений проживает одна из его законных супруг, и он серьезно, с совершенно невинным видом заявляет: «Таким образом, я спокоен за свои дела, а когда я приезжаю в разные филиалы, мне не грозит одиночество».

Среди современных, образованных китайцев, живущих в больших городах, всё больше и больше принято выбирать себе мужа или жену по личному усмотрению, и молодые люди, подобно американцам, перед свадьбой пользуются полной свободой, в отличие от французов из буржуазной среды. В Пекине я видела множество девушек, открыто разгуливающих по городу с юношами, то ли с женихами, то ли просто с друзьями, и с удовольствием отмечала, что они ведут себя безупречно — молодежи всех без исключения западных стран следовало бы брать с них пример.

Китаец, женатый на иностранке, довольно редко приводит в свой дом любовницу, но не исключено, что он обзаведется еще одной, китайской, семьей на стороне. Такие двоеженцы встречаются порой и на Западе, но для Китая характерно, что иностранка, считающая себя единственной законной супругой, сплошь и рядом, вопреки своей воле, оказывается лишь одной из жен в полигамном браке. Особенно часто это случается, если муж родом из провинции, где до сих пор принято сговаривать детей в раннем возрасте и женить их совсем молодыми. Юноша, уезжающий учиться за границу, не придает большого значения этому браку. Он встречает в Европе или Америке иностранку, влюбляется в нее и женится, а затем привозит ее в Китай, поселяется там с семьей, а его жена-иностранка ни о чем не подозревает. Между тем в отчем доме китайца проживает женщина, которая в глазах всей семьи, а также перед законом является его законной супругой, единственной действительно законной супругой[21].

Ее мышление отличается от психологии жительниц Запада, она знает по собственному опыту и видит на примере окружающих, что главная жена, та, что продолжает род, как правило, пребывает в своей родной стране, независимо от того, живет ли она у родителей мужа или в отдельном, построенном им доме. Возможно, она переживает, но не удивляется, что у ее мужа есть еще сожительница-иностранка: за долгие века полигамии китаянки свыклись со своей участью, и мысль о протесте даже не приходит им в голову.

Китаец не может не навещать временами своих родителей. Тогда не исключено, что он вспомнит о законной жене. К тому же члены семьи всячески будут способствовать их сближению. Если первая супруга еще не стала матерью, то она сможет ею стать; если у нее родится мальчик, то он будет наследником. Белая женщина может годами пребывать в неведении и внезапно узнать о фактическом положении дел после смерти мужа, когда встанет вопрос о наследстве.

Я не довольствуюсь пересказом различных слухов. Мне известны подобные случаи. Одна американка узнала о предыдущем браке мужа уже после того, как она произвела на свет двоих детей. Что ей оставалось делать? Она стала работать, обрела независимое достойное положение и продолжает носить китайскую фамилию мужа. Китаец проводит с ней время от времени несколько недель. По-моему, они совместно занимаются каким-то бизнесом, но в основном он живет в другом городе со своей законной женой-китаянкой и их детьми.

Еще одна моя знакомая иностранка, подозревавшая после приезда в Китай, что, до того как жениться на ней в Европе, ее супруг уже заключил другой брак, упорно старается закрывать на это глаза. Муж во всем мне признался. Он нисколько не привязан к жене-китаянке, но она родила ему сына, и он обожает малыша.

Я встречала иностранок, выходивших замуж за вдовцов и таким образом оказывавшихся единственными законными супругами. Однако их судьба тоже была незавидной. Их дом заполоняли жившие там родственники мужа: его сыновья с женами и детьми, а также одним-двумя племянниками в придачу. Сколь бы вежливо, казалось, ни вели себя все эти люди, они постоянно давали чужестранке понять, что являются законными домовладельцами, и взирали на особу, ублажавшую их отца, с унизительным для нее снисхождением.

Я ограничилась описанием некоторых аспектов жизни супруги-иностранки в смешанных семьях, потому что эта проблема может вызвать особый интерес у моих читательниц, но и положение китайца — мужа иностранки имеет свои отрицательные стороны. Азиатская среда, где он вырос и куда затем вернулся, накладывает на него свой отпечаток, как и вековые традиции, вошедшие в его плоть и кровь. Постоянно сталкиваясь с чуждым ему образом мыслей и действий западной женщины, китаец поневоле испытывает множество противоречивых чувств.