Сон Геродота - Заза Ревазович Двалишвили

class="p1">– Во всяком случае, закона никто не нарушал. Да, толпа была большая, но выборы прошли по правилам. Вот если прольется кровь, тогда демократы отрежут себе путь к отступлению, и гражданской войны не миновать. Завтрашние выборы проведем в цирке Фламиния, как можно дальше от форума, чтобы народу собралось меньше. Да хранит нас Юпитер!

– Тебе легко так спокойно рассуждать: какая бы сторона не победила, ты окажешься в выигрыше, – с ненавистью вырвалось у Скавра.

– Вы вызвали меня в Рим для того, чтобы я навел порядок в городе и пресек бунт. Я это сделаю и разобью Сатурнина точно также, как разбил германцев, а еще раньше – царя Нумидии. Если вам это не нравится, могу сегодня же оставить Рим и вернуться на границу, а с Сатурнином тогда разбирайтесь сами, – Марий при этих словах поправил на плече тогу и с гордо поднятой головой вышел из сената.

В Гостилиевой Курии не оказалось ни одного сенатора, кто посмел бы его остановить.

– Будь ты проклят, Гай Марий, ты, твои легионы и эта уличная толпа, которую ты, конечно, сам и взбудоражил, и вывел на улицу, – с бессильной ненавистью в голосе прошептал принцепс сената, когда старший консул уже вышел из Курии.

..........................................................................................................................................................

Труп Гая Мемия с разбитой головой лежал на Марсовом поле. Кандидата в консулы от сената перед глазами всего народа в день выборов насмерть забили дубинами сторонники Главция. Когда Марий в сопровождении сенаторов пришел на место происшествия, там уже собралась большая толпа. Ликторы оградили отцов города от праздных зевак, и Марий приблизился к беспомощно лежащему трупу. Его белая тога кандидата была окрашена кровью, а из разбитой головы вытекала какая-то желто-красная жидкость. Марий взял принцепса под руку и отвел в сторону.

– Случилось то, чего я так боялся. Пролилась первая кровь. Сатурнин пересек роковую черту и поставил себя вне закона.

– Именно так и обстоит дело, – согласился Скавр. – Он подстроил убийство главного соперника Главция на консульских выборах, расчищая своему другу путь к консульскому креслу. Консульство Главция при трибунате Сатурнина и Манилия означает гибель Рима.

– Правильно, с сегодняшнего утра вопрос стоит так: либо сенат, либо Сатурнин и его толпа.

Скавр вздохнул тяжело, платком вытер со лба выступившие капли пота и повернулся к консулу:

– Что ты предлагаешь?

– Я могу все: например, ввести свои легионы в Рим и восстановить порядок в городе.

– Сатурнин – отчаянный человек, и не станет отступать. Все это может кончиться очень плохо.

На мрачном лице Мария промелькнула надменная улыбка.

– Сатурнин – оратор с форума, правда, энергичный и талантливый, но всего лишь болтун, демагог, и больше ничего. Его сила – это сила неорганизованной уличной толпы, которая не сможет противостоять регулярным войскам.

– Никогда за всю историю Рима регулярная армия не нарушала границ города. Рим – свободный город, и нельзя допустить его захвата вооруженными силами, – твердо произнес принцепс.

– Тогда пускай Юпитер защищает сенат , потому что другого союзника в этом городе у него уже нету.

– Ты являешься консулом и обязан восстановить в городе порядок.

– Восстановить чем? Двенадцать моих ликторов не смогут противостоять трехсоттысячной толпе.

– Не криви душой, Марий, ты пользуешься большим влиянием среди римского народа, можешь начать переговоры…

– Как ты не понимаешь, Сатурнин для того и убил Мемия, чтобы больше никаких переговоров не состоялось. Мы сейчас теряем золотое время.

– Если легионы войдут в Рим, Республика погибнет, так или иначе, – упрямо выдавил Скавр.

Неожиданно из города послышался неопределенный шум. За Капитолием, там, где начинается Палатин, вспыхнули языки пламени. Вскоре несколько дымовых столбов поднялись и со стороны Квирилина. В городе явно что-то происходило. Затем пришли и первые вести, их принесли бежавшие из Рима люди.

– Народ громит лавки и городские склады!

-Квириты устроили резню среди римских жителей, убивают всех: греков, евреев, сирийцев!

– Плебс ворвался в банковские конторы и начал сжигать долговые книжки и обязательства, всюду убивают ростовщиков!

– На Палатине и Квириниле подожгли дома сенаторов. Скоро пожар перекинется на целые кварталы!

Ужасные вести приходили одна за другой. Сенаторы и зажиточные горожане в отчаянии рвали на себе волосы. Очень скоро собравшиеся вокруг представители первого и второго классов, окружив Мария, стали умолять его спасти город, их дома и имущество от разгула толпы.

– Я не имею права без разрешения сената ввести в город легионы. Когда все это закончится, первый же демагог с форума потащит меня в суд с обвинением в измене Республике, – возразил Марий и смешался с толпой сенаторов.

– Хорошо, хорошо, пусть будет по-твоему, – произнес Скавр, ломая от бессилия руки, – что ты требуешь от сената?

– Особых полномочий, неограниченную власть внутри города, а также иммунитет от всякой ответственности за свои действия на будущее.

– Диктатура, – выдавил Скавр.

– Порядок, – ответил Марий.

Сенат собрался за городом в храме богини войны Белонны: это был первый случай в истории города, когда римляне начинали войну против римлян. Сенаторы сидели в три ряда в узком полутемном зале храма. Окруженный ликторами, Гай Марий сел в консульское кресло из слоновой кости в классической позе римлянина: весь выпрямившись, с гордо поднятой головой, положив руки на колени.

Принцепс Скавр вышел вперед и от имени сената обратился к старшему консулу:

– Город в опасности. Гай Марий, вам, как старшему консулу, дается полное право по своему усмотрению управлять Республикой. Я заявляю, что с сегодняшнего дня вето народных трибунов на вас не распространяется. Ваши приказы и действия на будущее не подлежат судебному преследованию. Все магистраты города, сенаторы и вооруженные силы Республики обязаны подчиняться только вашим приказам. Вы имеете полное право по своему усмотрению выбирать себе помощников и других должностных лиц. Все, что касается вас, распространяется и на них, – Скавр на несколько секунд остановился, и вдохнув глубоко, высоким, зычным голосом произнес последнюю и традиционную фразу. – Пусть смотрит консул, дабы Республика не понесла урону.

......................................................................................................................................................

– Ты что творишь? – Луций схватил Сатурнина за плечо и с силой потряс его. – Убийства, пожар в городе, грабежи, беспорядки, скажи, зачем все это?

Сатурнин резким движением освободился от рук, сжимавших его плечо, бросил поспешный взгляд на окружающую их толпу и отвел друга за трибуну.

– В городе убивают иностранцев: греков, евреев… Это инициатива толпы, и я тут непричем. Они боятся, что не смотря