Мир на краю пропасти. Предвоенные хроники - Юрий Житорчук

Комментарий автора. Из доклада генерала Гальдера видно, что в это время немецкое командование вновь вернулась к идее создания «Великой Украины».

2 апреля 1939 года

Москва, Кремль, кабинет Сталина.

М о л о т о в. Англичане и французы без каких-либо консультаций с нами дали гарантии независимости Польши. В свою очередь поляки отказались подписывать декларацию о политических консультациях в случае возникновения опасности политической независимости какого-либо европейского государства, если на этой декларации будет стоять подпись Советского Союза. Мало того, Варшава открыто заявляет, что она категорически возражает против любого участия СССР в европейских делах.

С т а л и н. Я плохо верю в то, что Запад всерьез собирается воевать с немцами, если те нападут на Польшу. Скорее всего, эти гарантии Чемберлену нужны только для того, чтобы запугать Гитлера и сделать его более сговорчивым, и не более того. Основной же целью Лондона является достижение очередного мирного договора с Берлином по типу Мюнхенского с передачей Германии Данцига.

М о л о т о в. Тем не менее, судя по всему, поляки и не думают отдавать Данциг немцам.

С т а л и н. Так ведь и чехи, пока их не заставили союзники, тоже не собирались отдавать немцам Судеты. Только вот если Лондон с Берлином договорятся о передаче Данцига, то куда же поляки денутся?

М о л о т о в. А чем нам-то угрожает передача Данцига Германии? Ведь к нашим границам этот шаг немцев не выводит.

С т а л и н. Конечно, нам по большому счету безразлично, кому будет принадлежать Данциг – Германии или Польше. Однако дело вовсе не в самом Данциге, и даже не в его стратегическом значении как крупнейшего торгового и военного порта на Балтике. Дело в тех военно-политических последствиях, к которым в создавшихся условиях может привести его так называемая «мирная» передача Германии.

Ведь передача Данцига немцам по мюнхенскому образцу неизбежно приведет к сильнейшей деморализации поляков. В результате они почувствуют себя преданными своими союзниками и совершенно беззащитными перед гитлеровской Германией. Немцы начнут контролировать большую часть внешней торговли Варшавы, как это уже произошло с Румынией. Рано или поздно все это приведет к полному подчинению Польши воле Гитлера, а возможно, и к немецкой оккупации этой страны, как это произошло в Чехии. После чего дивизии вермахта, разумеется, по просьбе Варшавы выйдут к нашим границам, ну а повод для этого всегда найдется.

М о л о т о в. И чего же в этих условиях должна добиваться наша дипломатия?

С т а л и н. Мы должны продолжить нашу политику обеспечения коллективной безопасности. Для этого нам нужно заключить такой договор о взаимопомощи с Англией, Францией и Польшей, который гарантировал бы нашу безопасность.

Однако при этом нам не нужен очередной фиговый листок, который позволил бы Западу забыть о своих обязательствах. Нам нужен договор, содержащий твердые обязательства сторон, от которых наши союзники не смогли бы отказаться, как это было в случае с Чехословакией.

М о л о т о в. Но ведь Польша категорически отказывается подписывать любой договор, в котором будет участвовать СССР.

С т а л и н. Если Запад действительно заинтересован в том, чтобы остановить фашистскую агрессию в Европе, в том числе и с нашей помощью, то он найдет способы, как заставить Варшаву принять советские предложения. Ведь смогли же Чемберлен и Даладье заставить чехов смириться со сдачей Судет. Если же Лондон и Париж хотят использовать нас лишь в качестве страшилки для Гитлера, то в этих политических играх мы принимать участие не будем. Обратите на это внимание товарища Литвинова, который, похоже, переоценивает значение гарантий, данных Западом Польше.

Кстати, как идут дела с заключением торгового соглашения с Англией?

М о л о т о в. Все по-прежнему упирается в проблему старых, в том числе еще царских долгов. Несмотря на то что наши контрпретензии превышают английские, а с нашей стороны внесены предложения о взаимном аннулировании долгов, Лондон упорно не желает идти на такой шаг. В результате нам очень редко удается размещать свои заказы на промышленных предприятиях Англии, а в тех случаях, когда это все же удается сделать, то их выполнение сильно запаздывает по сравнению с договорными сроками.

Кроме того, приходится признать, что визит министра по делам заморской торговли Великобритании Хадсона в Москву и его переговоры с Микояном ни в политическом, ни в экономическом отношении никакого эффекта не дали, а при таких визитах отсутствие положительных результатов должно считаться результатом отрицательным.

С другой стороны, в настоящее время наблюдается некоторая активизация усилий Берлина по заключению германосоветского торгового договора.

С т а л и н. Торговый договор с Германией может быть заключен, только если будут предоставлены достаточно выгодные для СССР условия. А пока же Берлин отказывается даже от выполнения заказов, ранее заключенных нами с правительством Чехословакии, ни о каком договоре не может быть и речи.

Пусть товарищ Мерекалов встретится с руководством германского МИДа и поставит перед Берлином вопрос о необходимости выполнения наших военных заказов, ранее заключенных с заводами «Шкода». При этом полпред должен подчеркнуть, что у СССР нет причин, по которым наша страна не могла бы поддерживать с Германией нормальные торговые отношения.

16 апреля 1939 года

Москва, НКИД, кабинет Литвинова. В кабинете посол Великобритании Уильям Сидс.

Л и т в и н о в. Мы до сих пор не получили от Лондона ответа на наш вопрос, а именно как представляет себе английское правительство помощь Румынии со стороны Англии, Франции, СССР и других заинтересованных государств. Мое правительство обратило внимание на отсутствие такого ответа и поручило напомнить вам об этом.

С и д с. Мне непонятна ваша настойчивость в этом вопросе, ведь английское правительство официально уже заявило в парламенте, что оно придет на помощь Польше и Румынии всеми средствами, имеющимися в его распоряжении.

Поскольку Майский уже заявил Галифаксу о вашей готовности помогать Румынии, то мне совершенно непонятно, почему СССР не может выступить с соответствующей декларацией, которая могла бы оказать должное впечатление на Германию и успокоить общественное мнение. Дело ведь срочное и не терпит отлагательств.

Л и т в и н о в. Какая же помощь ожидается от СССР, ведь Бухарест и Варшава заявили об отказе принять нашу помощь? Несмотря на это, Советский Союз в принципе готов предоставить помощь Румынии и Польше, но, прежде чем принять на себя формальные обязательства и заявлять об этом публично, мы хотели бы знать, о чем идет речь. Сейчас же у нас складывается впечатление, что правительство Великобритании желает добиться односторонних гарантий с нашей стороны, а нас это явно не устраивает.

Мы не знаем также, что происходит в отношениях между Германией и Румынией, между Германией и Польшей, зачем Гафенку едет в Берлин, не поступит ли он там подобно Гахе и Урбшису, капитулировав и тем самым оставив всех гарантов в дураках.