Книга о самых невообразимых животных. Бестиарий XXI века - Каспар Хендерсон

Во-вторых, змееподобные движения угреобразных напоминают нам о том, что некоторые явления остаются неизменными на протяжении длительных периодов времени. Извивающиеся движения – один из самых эффективных способов передвигаться, изобретенных животными, снова и снова использовавшийся различными видами на протяжении более полумиллиарда лет. Конодонты, предшественники современных позвоночных (древние вымершие представители типа хордовых, внешне напоминавшие угрей), их дальние «родственники», такие как миксины, и, конечно, относительно недавно появившиеся змеи (змеи возникли несколько десятков миллионов лет назад, после вымирания динозавров), несмотря на множество различий, используют извивающиеся, изгибающиеся, «пламевидные» движения, которые, возможно, появились на Земле даже раньше огня. Можно сказать, что эта форма движения постоянно меняется, но никогда не исчезает – метафора самой жизни.

Тип: Acoelomorpha и Platyhelminthae (плоские черви)

Охранный статус: не присвоен

Уинстон Черчилль как-то сказал: «Мы все черви. Но я считаю, что я червячок-светлячок». На уроке биологии за эту шутку он бы наверняка схлопотал «двойку» (потому что светлячки – это вид мух или жуков). А вот за понимание психологии людей ему можно поставить «отлично». Мы знаем, что мы – малюсенькие точки в бескрайней Вселенной, но все-таки не можем не верить в свою особенность и уникальность. Или, если взглянуть на это с другой стороны, конечно, мы восхитительны… но никуда не денешься, по большому счету мы и черви – одно целое. Как сказал генетик Стив Джоунс, «любой из нас, даже самый выдающийся человек, представляет собой десятиметровый шланг, по которому перемещается пища, преимущественно в одном направлении».

Но, что ни говори, едва ли в обычной жизни кто-то из нас проводит много времени в размышлениях о червях. За пределами достаточно обособленных миров эволюционной биологии и паразитологии отношение людей к червям мало изменилось с тех пор, как семь веков назад были написаны бестиарии: да, есть много всяких червячков, те, что живут в земле, – хорошие, от остальных же лучше держаться подальше… вот, в принципе, и все, что мы знаем о червях. И очень жаль, как мне кажется, потому что таким образом мы упускаем возможность узнать о чем-то прекрасном и удивительном, а не только о противном и отталкивающем. Если преодолеть чувство брезгливости, то вам откроется целый мир, полный чудес и ужасов. Щетинкочелюстные, эхиуриды, сипункулиды, приапулиды – узнать побольше о разнообразном, богатом, ярком мире червей будет полезно каждому.

На протяжении значительной части XX в. большинство ученых считало, что сложные животные, то есть животные с такими органами, как сердце, кишечник, состоящими из миллиардов или даже триллионов (в случае человека) клеток, эволюционировали из одноклеточных организмов в течение нескольких миллионов лет, начиная примерно с 542 млн лет назад. Именно тогда произошел кембрийский взрыв – внезапное и резкое увеличение биологического разнообразия, которое эволюционный биолог Билл Гамильтон назвал «огромным психоделическим опытом природы». Но, как я уже писал в главе 2 «Бочкообразная губка», сейчас нам известно, что относительно простые многоклеточные организмы существовали уже за сотни миллионов лет или даже больше до начала кембрийского взрыва: так что у этого взрывного устройства был очень длинный запал, и жизнь уже давненько экспериментировала с различными возможностями роста и развития. Одной из таких возможностей было стать губкой – и как мы увидели, она не исчерпала себя и сегодня. Другой возможностью воспользовались существа эдиакарского времени – разнообразный комплекс организмов, среди которых в том числе чарния, напоминающая длинный лист дерева, похожая на ребристую подушку дикинсония и трибрахидия с тремя радиальными осями симметрии, напоминающая прикрепленный к пицце трискелион{15}. Организмы эдикария, достигающие метра и даже больше в диаметре, более чем психоделические. Как сказал герой писателя Итало Кальвино под ником Qfwfq, в «Космикомических историях»: «Пока вы молоды, вся эволюция простирается перед вами… Если соотнести себя с последовавшими ограничениями, если подумать о том, как одна форма исключает другие, о монотонной рутине, пленниками которой все мы в конце концов оказываемся, придется признать, что жизнь была прекрасна в те времена».

К сожалению, по мнению большинства палеобиологов, удивительные животные эдиакария почти не оставили потомков. По невыясненным пока до конца причинам им на смену пришли другие типы животных, в том числе мы, хордовые, и многие еще червеобразной природы. Кто был предком этих последних, тоже пока непонятно, но определенные предположения позволяет сделать загадочный окаменевший след, обнаруженный в породе, возраст которой оценивается в 600 млн лет. Некоторые ученые считают, что этот след был оставлен организмом, который назвали Vernanimalcula, или «весеннее животное»{16}. Это было, вероятно, похожее на червя существо, предположительно животное, размером не толще человеческого волоса. Потомки вернанималкулы (или другого не известного пока организма, от которого произошли сложные животные, обитающие на Земле сегодня) смогли свободно развиваться только после исчезновения эдиакарской биоты.