«Мое утраченное счастье…» Воспоминания, дневники - Владимир Костицын

С Фроловым мы повидались 7 декабря 1945 года. С осени 1944 года при каждой встрече с Фроловым я говорил, что мы хотели бы к ним придти и провести вечер, как когда-то… Не знаю, может быть, им не улыбалась эта перспектива, но он всякий раз отвечал: «Отложим. Сейчас из-за смерти Никиты жена моя в таком состоянии…». Никита — их сын, убитый немцами. Наконец, год спустя, в начале декабря, он предложил нам придти на чашку чая. Свидание вышло очень натянутым и неудачным. Анна Васильевна смотрела зло, пустила несколько мелких шпилек, которые, может быть, казались ей крупными, и больше этого опыта мы не возобновляли. С самим Фроловым наши отношения остались очень хорошими: он часто забегал к тебе в Сорбонну, и каждый раз, как мы встречались, прогуливались, дружески разговаривали на научные и политические темы, и я, как специалист специалиста, очень ценю его.

В начале декабря я получил от Игоря приглашение на учредительное собрание «Содружества русских сопротивленцев во Франции». Собрание имело место у него на квартире. Почти все участники (около 12 человек) носили известные имена. Но не они сделали эти имена известными, начиная с самого Игоря — сына министра земледелия, одного из лучших царских министров[1278]. Алексинский (не Григорий Алексеевич) — племянник известного хирурга[1279], Булацель — сын известного адвоката-черносотенца[1280], Угримов — сын известного профессора-экономиста[1281] и племянник известного профессора-электрика[1282], Андреев — сын известного писателя, Вырубов — сын известного земца и верховного военного комиссара[1283] между Филоненко и Станкевичем, Подгорный — племянник известного артиста[1284], Аитов — сын известного географа[1285] и т. д. Кажется, только один я представлял самого себя[1286].

На следующий день, когда Игорь спросил о моих впечатлениях, я, со свойственной мне «жестокостью», высказал ему свои соображения и спросил, по какому принципу он подбирал участников. Как бы там ни было, мы объявили себя временным правлением Содружества[1287], приняли временный устав[1288] и заполнили анкеты для Префектуры полиции. Тут я узнал, что наша организация — не единственная: имелась еще секция сопротивленцев в Союзе советских граждан[1289], более многочисленная, чем наше Содружество. Было принято решение вступить в переговоры об объединении обеих организаций. Переговоры вел Игорь, обладавший, несомненно, дипломатическим и организационным талантом.